Красавица в небесно-голубой блузке и брюках в обтяжку вошла в секцию садоводства и огородничества и остановилась рядом с Барлоу, глядя на него так, как смотрит женщина на вдруг непонятно откуда взявшееся пятно от кофе на лучшей скатерти.
— «Мэри Уиткрофт», — сказала она. — Как вы думаете, ее еще не рано сажать?
При виде этой женщины Барлоу почувствовал колющую боль в груди.
— Да… Несколько рановато, но заказ я могу принять прямо сейчас. Мы доставим и посадим когда…
Взгляд сапфировых глаз равнодушно скользнул по нему.
— Мне нужны две дюжины. На имя миссис Ван Хертц. Номер моего счета у вас имеется… буду вам обязана, — и она двинулась прочь, поигрывая бедрами.
Барлоу смотрел как она уходит.
Одна из продавщиц сказала испуганно:
— Мистер Барлоу… вы порезались. Барлоу глянул на кровь, капающую с его пальцев. Он совершенно забыл, что держит в руках нож для прививки черенков.
Его светло-карие глаза еще раз скользнули по спине удаляющейся миссис Хертц, затем он поднял руку и облизал кровь с пальцев.
Глава 3
Добравшись до конца проселка, Энсон увидел, что створки ворот, ведущих к дому Барлоу, широко распахнуты так же, как и двери гаража. Правильно поняв намек, он загнал машину в гараж, вышел из автомобиля, закрыл двери гаража, а потом и въездные ворота.
В гостиной горел свет, и, направляясь к дому, он видел силуэт Мэг, стоящей за шторой. Заметив его приближение, она ушла из гостиной и отворила ему дверь. Какое-то время они стояли молча, глядя друг на друга.
— Вижу, вы весьма пунктуальны, — наконец сказала она. — Входите.
Он молча прошел за ней в гостиную.
Когда он снял плащ, они при свете лампы вновь посмотрели друг на друга. На ней была оранжевая блузка и широкая плиссированная юбка. Она показалась ему еще более соблазнительной, чем в первый раз.
— Поужинаете со мной? — спросила она. — Заодно и поговорим. Не знаю как вы, а я буквально умираю с голоду. Работала весь день, и с утра маковой росинки во рту не было.
— Разумеется… разумеется, — ответил он, хотя есть совершенно не хотел. — Как продвигается рассказ?
— Медленно, — она махнула рукой в направлении стола. Пишущая машинка и стопка бумаги перекочевали на подоконник, а на столе стояли тарелки с холодной говядиной и пирожками. Там же были небрежно брошены ножи и вилки, стояла бутылка виски, лед и содовая. — Будем считать, что мы на пикнике. Повар из меня еще тот.
Они уселись за стол, и Мэг тут же налила две большие порции виски.
— Итак, вы придумали для меня что-то интересное? — спросила она, наколов на вилку кусок говядины. — Сгораю от нетерпения услышать. Хорошая идея, вот чего мне не хватает.
Энсон сделал несколько глотков виски и механически принялся за еду.
— О ней и поговорим, — сказал он, прожевав первый кусок. — А для начала… Мне интересно… Миссис Барлоу, как долго вы замужем?
Она глянула на него.
— Год… В конце месяца как раз годовщина. А почему вы спрашиваете?
— Должен же я знать, что за человек ваш муле. Сегодня во второй половине дня я заглянул в магазин Фремли. Он прямо горит на работе.
— Он всегда такой. Как трудолюбивая пчелка.
«Не слышу я нотки презрения в ее голосе?» — подумал Энсон, насторожившись.
— По роду деятельности мне часто приходится встречаться с людьми, и среди них немало пар, которые непонятно что связывает. Увидев вашего мужа, я был просто поражен. Вы настолько разные. Что может вас связывать? — Он замолчал, глядя на нее и гадая, не слишком ли далеко он зашел. От ее ответа кровь буквально воспламенилась в его жилах.
— Я и сама не могу понять, как могла выйти замуж за такого неудачника. В тот момент видимо у меня поехала крыша, а с врачом я не проконсультировалась.
Склонившись над тарелкой, она продолжала есть, а он неотрывно смотрел на нее. Словно почувствовав это, она подняла голову.
— Вижу, вы не едите… нет аппетита?
Он положил нож и вилку.
— Немного приболел на уик-энд. Уж извините меня.
— Но от виски не откажетесь?
— Нет.
— Тогда посидите у камина. Вам не обязательно смотреть, как я ем. Идите… я скоро.
Прихватив бокал, Энсон прошел к дивану. Усевшись, он уставился на языки пламени, играющие в камине.
«Я и сама не могу понять, как могла выйти замуж за такого неудачника». Скорее всего это и есть зеленый свет, которого он дожидался.
— Вижу, я вас шокировала, — сказала вдруг она, словно прочитав его мысли. — Но Фил действительно неудачник. Все его мысли заняты садом. Его снедает страсть стать известным цветоводом, завести оранжерею и продавать цветы. Но это он никогда не сможет сделать, так как ему хронически не хватает денег. А чтобы начать дело, необходимы по крайней мере три тысячи долларов.
— Думаю, на постройку оранжереи нужно значительно больше, — сказал Энсон.
Мэг скривилась.
— Вы просто не знаете Фила. Он довольствуется малым. Ему нужен акр земли, чтобы на ней построить теплицу.
— И все же, как могло случиться, что вы вышли за него? — Энсон не отрывал взгляд от огня.
Последовала длинная пауза. Он мог слышать стуж ножа и вилки о тарелку.
— Как? Спросите что-нибудь полегче, — наконец ответила она. — Я думала, что у него имеются деньги. О’кей… я ошибалась. В данный момент мне бы хотелось стать вдовой.
Холодные мурашки вдруг пробежали по спине Энсона. Ему захотелось пододвинуться поближе к огню.
Мэг поднялась, отодвинула стул и, подойдя, уселась рядом.
— Я вам нравлюсь, не так ли? — неожиданно спросила она. — Чем же?
— Чем? — Энсон так сжал бокал, что побелели суставы пальцев. — Да потому, что такой необыкновенной женщины я еще не встречал.
Она рассмеялась.
— С тех пор, как я имела глупость выйти за него замуж, мне никто не говорил таких слов.
— О’кей, я сказал их.
— Ну что же, раз дело дошло до комплиментов, то и я должна признать, что вы мне нравитесь.
Энсон глубоко вздохнул.
— При первом же взгляде на вас, я сразу понял, что вы удивительная женщина. Все последние дни я только о вас и думал.
— Неужели такое бывает? — Она взяла сигарету из пачки, прикурила и выпустила дым в направлении камина. — Встречаются два человека и… ба-бах! — Она медленно повернулась к нему лицом, глядя на него в упор, и в глубине ее сапфировых глаз Энсон прочитал то же желание, которое сжигало и его. — Не будем терять времени, Джон. Я всегда опаздываю. Ведь вам хочется заняться со мной любовью, не так ли?
Энсон поставил бокал на столик.
— Да, — хрипло сказал он.
Она швырнула окурок в огонь.
— Так в чем же дело?
Горящее полено развалилось в камине, выбросив столб пламени и на короткий миг осветив гостиную. Мэг отодвинулась от Энсона, стала на колени и подбросила в камин несколько свежих поленьев. Языки пламени вновь заиграли в камине.
— Как насчет виски? — спросила она, глянув на него через плечо.
— Не хочу… иди ко мне.
Она не двинулась с места. Держа кочергу в руке, она помешивала угли, отчего по потолку забегали причудливые тени.
— Посмотри на время, — сказала она. — Уже десятый час. Ты можешь остаться на ночь?
— Да.
Сидя на корточках перед камином, она опять закурила сигарету. Отблески пламени играли на ее лице. Наконец она спросила:
— Так ты поделишься своей идеей?.. Идеей для рассказа.
Энсон наблюдал за игрой теней на потолке. Он расслабился и чувствовал себя прекрасно. Призраки всех девушек, с которыми он когда-либо занимался любовью, пронеслись у него в голове: теперь они были не более, чем призраки.
— Джон, — нетерпеливо сказала Мэг, — так что у тебя за идея?
— Да все в порядке. Налей мне виски.
Она налила две порции, один бокал протянула Энсону, а с другим уселась перед камином.
— Расскажи мне…
— Я не очень силен в искусстве написания рассказов, но мне кажется, дело должно обстоять примерно так, — начал Энсон, глядя в потолок. — Страховой агент очень нуждается в некоторой сумме денег. В один прекрасный день он наносит визит женщине, которая хотела бы обсудить с ним вопрос погашения убытков от пожара. С первого взгляда они нравятся друг другу. Она, неудовлетворенная своим мужем, убеждает его застраховать свою жизнь. Они оба — страховой агент и его любовница — разрабатывают план, как избавиться от опостылевшего мужа. Поскольку агент знает, как действовать в подобной ситуации, им все сходит с рук. Рассказ может быть интересным именно в глубокой проработке деталей. — Энсон сделал несколько больших глотков виски и поставил бокал. — Как ты смотришь на такую идею?
Она вновь разворошила угли в камине, и они загорелись ярким пламенем.
