К сожалению, если с наличием инструментов все обстояло хорошо, то навыка их использования не было совсем. Все-таки их магией учили работать, а не руками. Но, благодаря магическому зрению, все-таки справился. И даже руки не дрожали, хотя внутренне Петю изрядно потряхивало.
Затем Петя капал в рану немного зелья и накладывал "малое исцеление", целясь в место наибольшего повреждения. Занимало все это пять-десять минут. Затем повторял все это со следующим казаком. Обработав так всех трех снова перешел на "волевое магиченье", стараясь исправить то, с чем не справилось заклинание. Окончательно исцелять даже не пытался. Сейчас его задача была бойцам жизнь сохранить и сделать их пригодными к транспортировке.
После попаданий пуль, хоть и отраженных аурным щитом, самочувствие у него было откровенно хреновое. Чтобы как-то привести себя в чувство "малую регенерацию" на себя потратил. На голову. Действительно, через некоторое время она стала меньше гудеть, и работа пошла легче.
Казаки тем временем обиходили коней и собрали все трупы вместе. Со своими все было понятно, надо тела обратно на прииск привезти. А вот убитых противников тщательно обыскали, собирая все ценное. В законности добычи, взятой в бою, казаки не сомневались. Однако возникли проблемы с ее количеством. Несмотря на напряженность работы, Петя все-таки прислушивался к их разговорам, поскольку, как выяснилось, они касались и его. Стало интересно. Он даже потратил на себя амулет с заклинанием "обострение чувств". И для работы полезно, и чужой шепот издалека слышен.
- Старшой, что с золотом делать будем? Неужели купцу сдавать? Тут его пуда три, не меньше. Такие деньжищи!
После долгой паузы старшина сказал:
- Давай с золотом после решим.
- Когда после? Когда на прииск вернемся? Поздно будет, - к разговору подключились и другие.
- Полсотни тысяч! А нам по сто рублей платят.
- А девать золото куда? К чжурчжэням? Так нам спасибо скажут, что через границу перенесли, и в расход пустят.
- Можно просто припрятать и забрать, когда служба закончится.
- И через всю страну везти?
- Довезем, своя ноша не тянет.
- Как раны объясним?
- Ерунда. Догнали, храбро бились, но взять не смогли. К бандитам подкрепление подошло, еле ушли.
- А за убитыми позже вернулись?
- Погоди, а что с магом делать?!
Петя почувствовал на себе оценивающие взгляды, но сделал вид, что ничего не слышит и не видит, так поглощен работой. Однако аурный щит снова развернул. Вот ведь ***! Ему энергия на лечение ран нужна, а не на поддержание щита. Хотя, какое лечение, если тут решают, что с ним делать?
Конкретных предложений Петя не услышал. Видимо, жестами показали. Это какие такие жесты могут быть? Скверно, пистоль так и не зарядил. Правда, подобрал, на месте боя не бросил.
В подтверждение нехороших мыслей раздалось:
- Да нет, братцы! Как-то не по-людски будет. Парень первым в бой полез, половину пуль на себя собрал, троих завалил. Сейчас наших лечит...
- И сдаст нас с потрохами.
- Долю предложить?
Эта мысль Пете понравилась больше. Вот только стоит ли игра свеч? Пятьдесят тысяч - большие деньги, но делить их на девять человек, а то и на одиннадцать, если семьям погибших долю предоставят. То если уже около пяти тысяч. Тоже много, но, если узнают, можно и под трибунал попасть. Украденное бандитами золото под снятую с тел добычу плохо подходит. Это казакам на все плевать, вольные птицы, а Петя хочет карьеру мага делать. И загубить ее ради пяти тысяч? Нет, не резон. Разве что сделать все так, чтобы никто не догадался. Но тогда где гарантия, что казаки ему долю, вообще, выдадут? Подстроят какой-нибудь скандал, уйдут из отряда, а он об этом и знать не будет. В общем, надо все аккуратно обдумать.
К такой же мысли пришли и казаки. Сначала остальное поделить, а про золото уже потом думать. Но и здесь возникли трудности. Как делить? И опять проблема была в Пете.
- Мажонок троих порешил, в том числе и их командира. А на том одном добыча больше стоит, чем со всего отряда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Кошельки можно в общую кучу...
- При чем тут кошельки? На нем кольчуга дорогущая, два пистоля, меч с кинжалом непростые, но, главное, вот!
Пете самому было ужасно интересно, что такое "вот", но настолько отвлекаться, чтобы посмотреть, он не мог. К тому же казаки сгрудились в кучу, закрыв все спинами. Следуя логике, это должен был быть именно тот амулет, благодаря которому он и заметил чжурчжэней так далеко. Напомнить казакам, что ли, что вся магическая добыча по праву принадлежит магу? Или они на него сразу кинутся, не дожидаясь окончательного исцеления товарищей? Вот ведь разбойничье племя! Уж сколько лет на службе у Великих князей, а все повадки не меняют.
Но это философия. Что делать-то? Срываться и в чащу бежать? Проводник-охотник как раз один из двух убитых, могут не поймать. Хотя для самого Пети лес совсем не "дом родной".
Лучше все-таки подождать.
- Что? Догнали-таки супостатов? - Раздался вдруг голос откуда-то сверху.
Петя никогда не думал, что когда-либо обрадуется Вознесенскому, как родному. А тот с кислой физиономией завис над ними в воздухе.
- Как видишь! Догнали и золото отобрали! - Петя прервал лечение и заорал даже громче, чем это было нужно: - Три пуда взяли! Лети, скорее, нашим сообщи! Вот обрадуются! И не забудь сказать, что путь ты нам указал!
Такого эмоционального мата, который раздался со стороны казаков, Петя раньше не слышал.
- Эй, вы чего? - Николай был явно удивлен приему. Как и расстроен тем, что приписать себя к делу можно только косвенно: - Покажите добычу.
Тут уже выругался Петя:
- Лети скорее, дурак! Тут еще чжурчжэни рядом, того и жди, что нападут. Подкрепление зови!
Упоминание о возможном бое остудило пыл воздушника. Не сказав ни слова, он развернулся и полетел прочь. Какая радость, что, увлекшись дележом добычи, казаки ружья тоже не перезарядили.
Петя посмотрел в сторону казаков магическим зрением. Все точно. Что-то магическое сияет.
- Раз уж отвлекся, хочу напомнить вам, что все взятое в бою магическое по всем законам принадлежит отрядному магу. То есть мне. Так что передайте, что там с командира чжурчжэней сняли. Амулет там или камень. Остальное можем поделить поровну.
Вместо ответа один из казаков уныло протянул тихим голосом:
- Напрямки полетел мажонок. Хрен его теперь догонишь...
И сразу же оживился старшина Нечипоренко. Как будто не обсуждали только что, не стоит ли своего целителя убить:
- Вы, ваше благородие, не отвлекайтесь. Бой был, хорошего друга потеряли. Сами едва уцелели, вот ребята и переживают. И шуткуют от дури. К сердцу не принимайте. Степан, передай магу алмаз.
Последовал обмен красноречивыми взглядами, и упомянутый казак подошел к Пете и протянул ему необработанный, слегка желтоватый камень размером с фалангу мизинца. Неужто и вправду алмаз?!
Впрочем, в драгоценных камнях Петя совершенно не разбирался. А камушек-то довольно тяжелый!
Но сказал он уверенным голосом:
- Какой алмаз? Накопитель энергии это. Жаль, почти разряженный, сейчас бы мне очень пригодился.
И добавил после паузы
- Сам перенервничал. Думаешь, приятно пули животом да башкой ловить? Хоть и магический щит, а бьет больно. Голова до сих пор гудит. И спасибо, что не подвели. А про шутки - забыли. Но помните, что я тоже пошутить могу. Например, заклинание у меня есть, после которого человек неделю срет непрерывно. Выучил, а испытать не на ком...
- Хорошее заклинание! - Немного ненатурально рассмеялся казак: - Часовых таким снимать хорошо. Со спущенными портками.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Раздались неуверенные и не слишком искренние смешки. Ладно, вроде, резать его больше не собираются. Можно к раненному вернуться.
Подлатал кое-как. Самому не нравится. Но до донышка опустошать хранилище не рискнул. На хороший аурный щит энергии, все равно, не хватит, но если удирать придется, хотя бы спину им прикрыть получится.
