— Как война? Почему война? — ошарашенно округляю я глаза.
— Да вот, блохастому шлея под хвост попала. Говорит, что не уедет, пока не увидит девушку, что спасла его сына. А он настырный, я знаю, — кривится Аедан. — Не покажу тебя, объявит войну. Ему мой Холдовин сильно покоя не даёт.
Это просто какой-то бред. Ну не может же он всерьёз такие вещи говорить. Какая война? Зачем война? Почему? С кем? Но тут я вспоминаю, как назвала мальчишку ведьма, и в груди всё обмирает.
— А кто он, этот… блохастый? — шепчу, уже зная ответ.
— Князь Луады. Очень наглый и ушлый волчара, скажу я тебе, — хмыкает король Раграста.
Богиня Пресветлая, ну как же так? Почему именно князь? Почему ничего не может быть просто?
— Не надо войны, — закрываю я глаза.
Этого я никак не могу допустить. Я жизни должна хранить, а не становится причиной кровопролития.
— Я… я встречусь с ним. Как-нибудь замаскируюсь и встречусь, — вздыхаю тяжело. — Можно мне увидеться с дэей Кахин? Я спрошу у неё совета, как лучше это сделать, чтобы ничего плохого не случилось.
Поднимаю на Аедана просящий взгляд и едва не отшатываюсь назад, таким злым он выглядит.
— С Кахин ты увидеться не сможешь. Я её выгнал после того, что она с тобой сделала, — жёстко чеканит демон.
— Но… но дэя Кахин не виновата… и она обещала рассказать мне об отце… и бабушке. Я ничего не знала о них, — заламываю потрясённо руки.
Но лицо Аедана остаётся жёстким и непреклонным.
— Виновата. Ты из-за неё чуть не сгорела заживо. Если бы я вас не нашёл, ты могла быть уже мёртвой. Скажи спасибо, что я её там же не порешил. Поэтому, ещё раз нет. Ты с ней не увидишься.
Он не передумает. Да и не обязан. Скорее, наоборот. Слово короля всё-таки.
Мне остаётся только смириться. Как бы мне не было жаль, он тут полностью в своём праве. И за то, что Кахин увела меня таким образом, действительно мог её даже казнить. Надеюсь, с ней всё в порядке.
Мне безумно обидно, что я ничего больше не узнаю о своём наследии, об отце, его матери… Но раньше мне ведь даже имена их были неизвестны. Может, теперь я сама со временем смогу что-то разведать?
Опустив голову, запахиваю плотнее халат, лишь бы чем-то занять дрожащие руки. Чувствую на себе внимательный взгляд Аедана, и очень стараюсь не показывать, насколько расстроена. Незачем это.
Но провести демона мне не удаётся.
— Крольчонок, послушай… — начинает он, но больше ничего сказать не успевает.
В дверь кто-то деликатно стучит, перебивая его. Скрежетнув зубами, король сжимает раздражённо губы. Вздыхает гневно.
— Кто? — гаркает через всю комнату.
— Ваше величество, — в гостиную заглядывает его личный слуга Ойзин. — Там дэйр Мартан прибыл во дворец. Просит о встрече, говорит, что срочно. И князь опять спрашивал…
Глава 69
Если бы я не сидела, то наверняка бы упала. Мартан? Он же… С Танраггосом в Террвин поехал. И уже вернулся. Ещё и с какими-то срочными новостями.
О боги!
Может, узнал, что королева умерла ненастоящая? Может, Танраггос об этом узнал? Или ещё что-то страшное случилось?
— Скажи Мартану, что я приму его с докладом через… четверть часа, — бросив на меня внимательный взгляд, приказывает Ойзину Аедан. — А князю, что спасительница его сына уже пришла в себя, и ему сообщат, когда она сможет с ним встретиться.
— А её высочеству? Она спрашивала, когда сегодня можно прийти, — втянув голову в плечи и стараясь смотреть куда угодно, лишь бы не в мою сторону, уточняет слуга.
— А её высочеству… — король раздражённо вздыхает. — Скажи, что её дражайшая подруга к ней сегодня сама придёт. Когда посчитает нужным. А теперь оставь нас, наконец. И не беспокой больше, пока я не позову.
Ойзина как ветром сдувает. И Аедан всё своё внимание обращает на меня. Обводит пристальным взглядом. Подмечает и судорожно сжатые на салфетке пальцы, которые я не успеваю расслабить, и наверняка испуганный бледный вид.
— Может, ты хочешь мне что-то сказать перед тем, как я поговорю с Мартаном? — интересуется вкрадчиво.
Он знает. Вижу это по его глазам.
Может, не до конца уверен, но знает.
Я пытаюсь что-то произнести, как-то слепить ошмётки мыслей во что-то членораздельное, а получается только хватать ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег, и комкать эту проклятую салфетку дрожащими пальцами.
Что он сделает, когда убедится? Я ведь обманом попала сюда. В его королевство. В его дворец. В его жизнь. Стала… невестой.
Беглая жена Танраггоса. Какая из меня избранная? Я обманщица.
— Имя… вы спрашивали… моё имя Аминнариэль, — шепчу сипло, буквально выдавливая из себя каждый звук, чувствуя, как царапают они горло, а сознание накрывает неудержимой паникой. И никакого света и новообретённого равновесия не хватает, чтобы унять её.
— Угу. Красивое имя, — словно ничего необычного от меня не услышал, кивает демон. Поднимается из-за стола, протягивает мне руку. — Только длинное очень. Язык сломать можно. Для Верховной жрицы сойдёт. А вот наедине я бы предпочёл как-то покороче к тебе обращаться. Придумать самому, или скажешь, как тебе больше по душе?
Сбитая с толку и не веря до конца своим ушам, я даже не замечаю, как послушно вкладываю свою руку в его ладонь. А в следующий миг оказываюсь в его объятиях.
— И чего опять трясёшься, как крольчонок шуганный? — прижав меня к своей груди, интересуется демон. С улыбкой в интонациях. Целует макушку. — А говорила, что исцелилась. Тут ещё исцелять и исцелять. Долго, тщательно и с расстановкой. Так что с именем?
— Можете звать меня Миной. Вы не сердитесь? — чувствуя, как отпускают потихоньку сжавшие грудную клетку тиски, я неожиданно для самой себя набираюсь смелости обнять его в ответ. Просто обхватить руками. И прижаться к мужчине, набираясь от него сил. И тепла.
— Немного сержусь… Мина, — перекатывая моё имя на языке, произносит он. — Ты могла бы сказать мне раньше. Желательно тогда, когда у меня была возможность выпотрошить эту мразь сразу же, не откладывая в долгий ящик.
— Я не могла, — шмыгаю носом. — И боялась.
— Что тогда боялась, это понятно. А сейчас чего испугалась?
— Вашего гнева. Я же обманывала, — признаюсь неохотно.
— Это да. За это тебя обязательно нужно наказать, — хмыкает Аедан, заставляя меня снова насторожиться. — С этого момента тебе строго настрого запрещается… обращаться ко мне на «вы». Поняла меня? Услышу ещё раз, дам по попе.
И вот как он это делает? Вроде наказанием грозит, а меня снова улыбаться тянет. И тяжесть с души уходит. Невозможный просто мужчина.
— Так, ладно. Иди в спальню. Сейчас Мартан зайдёт. А ты тут вся такая уютная и неодетая. Не надо моего сильнейшего хаосита своим видом соблазнять, он мне ещё живым нужен. Подслушивать под дверью разрешаю. А потом расскажешь мне всё в подробностях о своём побеге. Я хочу знать, как ты это провернула.
С этими словами демон сам отстраняет меня от себя, обхватив за плечи и разворачивая в нужном направлении. Подталкивает к двери, ведущей в спальню. И неожиданно… шлёпает по попе.
— Ай, — оборачиваюсь я к нему. Вскидываю удивлённо брови. — За что?
Это не было больно. Но странно.
— Не удержался, — озорно улыбается демон. — Красивая же. Иди, давай, скорее. А то мне теперь и потрогать хочется.
И красноречиво тянется ко мне руками.
Более веских доводов мне и не требуется. В спальню я буквально убегаю. Захлопывая за собой дверь под его хохот. Несносный.
Прижимаюсь к дверному полотну, перевожу дыхание, ловя себя на том, что снова чему-то улыбаюсь. Глупо, наверное. Но как же приятно, что я способна на это.
И только теперь до меня в полной мере доходит, что только что произошло.
Я призналась. Сказала о себе правду Аедану. И вместо того, чтобы разозлиться на меня, он ещё и утешил, смеша и отвлекая.
Смогу ли я когда-то понять этого мужчину? Не уверена. Но вот привыкать к нему я, кажется, уже начала. Как и доверять. Вон мне уже и уходить не захотелось. А теперь не хочется ещё больше. Ведь скрывать правду от его величества больше не нужно.
