Вместо ответа, Рейвар ткнул пальцем в две кроличьи тушки, сложенные в темном углу пещеры и полмешка крупы, стоящего там же. А потом – на ворох шкур в противоположном углу. Мерси сглотнула и круглыми глазами уставилась на свою недоеденную кашу:
- Я думала, это они из собственных закромов берут… или за деньги…
- … или вообще не думала, - язвительно добавил Рейвар. Девушка кивнула и содрогнулась:
- Даже не представляю, как буду с ними расплачиваться…
- Просто дай им то, чего они хотят. И не терзай себя напрасными сомнениями. Во-первых, ты никогда не догадаешься, о чем на самом деле думают Иждерехи. А во-вторых, - тут принц как-то очень кровожадно ухмыльнулся и закончил, - если они действительно захотят нас убить, шанса выжить у нас не останется.
Мерси хмуро покосилась на Рейвара: умеет же человек утешать! Нет чтобы обнять, пожалеть, признать, в конце концов, что у нее есть право возмущаться. То, что это никак ей не поможет, девушка и сама знала. Но было бы приятно. Ведь, говоря откровенно, Мерси сама себя очень жалела. Она старалась не думать об этом слишком часто, но иногда, просыпаясь по ночам, смотрела в потолок и надеялась, что произошедшее с ней – обычный сон. Что сейчас взойдет солнце и мама постучит в дверь. А потом отправит дочь в школу – в обычную среднюю школу в родных Штатах, где она будет изучать стандартные предметы, общаться с друзьями: не оборотнями, русалками или демонами – простыми людьми, и вести жизнь самой заурядной школьницы. Год прошел с тех пор, как Мерси рассказали правду, а она все жила отрицанием. Заставляла себя поверить и не могла. Ведь как можно поверить в то, что еще совсем недавно представлялось бредом, безумной игрой воспаленного сознания? Как принять, если и сейчас порой кажется, что она вот-вот очнется, глянет вокруг и не увидит ничего, кроме белых мягких стен и доброй тетеньки-медсестры с парой таблеток в бумажном стакане?
- Знаешь, - хмыкнул принц, глядя как девушка вновь погружается в состояние меланхолической отрешенности, - если ты надеешься отыскать нефть под кашей, вынужден тебя расстроить.
Она подняла на него удивленный взгляд. Рейвар кивнул на ложку, которой рыжая снова бездумно ковырялась в еде:
- Говорю: с такими темпами ты скоро дыру в тарелке сделаешь.
Мерси вздохнула:
- Чего-то есть совсем не хочется…
- Неужели я испортил тебе аппетит? – с легким оттенком сарказма уточнил Рейвар. Девушка подняла на него серьезный взгляд:
- Ты – нет. Драконы – еще как.
- Разве я не объяснил, что их поведение закономерно?
И вот тут Мерси не выдержала:
- Да к черту такую закономерность! Я для них – как неведомый звереныш, экзотика, на которую прикольно посмотреть и еще палочкой потыкать. «А давайте скажем Окайя, чтобы она сорок штук пергаментов за вечер прочитала. Не справится – съедим». «А давайте сбросим ее со скалы. Не полетит – помянем». «А еще можно в нее камнем швырнуть – она ж удачливая, увернется». Знаешь, надоело. Сам подход надоел. И дело, наверное, не столько в Иждерехах, сколько… у меня в последнее время вся жизнь такая. Чувствую себя подопытной крысой в лабиринте. И я знаю, что ты сейчас скажешь!
Мерси обличающе ткнула в Рейвара пальцем и его взгляд из просто задумчивого стал еще и любопытным:
- Они дали нам кров и защиту. Мы должны быть им благодарны. Я понимаю, правда, - девушка закусила губу, пытаясь подобрать слова. – Просто еще совсем недавно мне защита не была нужна в принципе. Я не боялась ни деватов, ни демонов – я даже не знала, что они существуют на самом деле, веришь?
- Верю, - кивнул принц, - раз ты так говоришь.
- Тогда почему смотришь на меня как психиатр на душевнобольную?
Рейвар вздохнул и, наклонившись вперед, положил локти на колени. Сцепил руки перед собой, несколько мгновений рассматривал собственные ладони, а затем поднял на рыжую внимательный и чуточку насмешливый взгляд:
- Отчего же? – спросил, улыбнувшись. – В смысле: отчего же «как»?
- Издеваешься, да? – беззлобно уточнила Мерси. Она и сама поняла, что наговорила лишнего. Не надо было вот так оголять душу. Он ведь, наверное, ждет от нее благородных порывов, желания нести свет в массы, делиться добрым и чистым. Сам вон от трона отказался, лишь бы перья не испачкать, а она…
- Ну, - протянул Рейвар, - я же вижу, что тебе надо выговориться. Лучше мне, чем Иждерехам.
- Могут съесть? – с грустной улыбкой уточнила девушка.
- Могут, - совершенно серьезно кивнул принц.
Мерси слегка поежилась, представив разъяренного дракона, которого погладили против шерстки, и быстро перевела тему:
- Расскажи, что происходит в Касдагаре? Тебе удалось что-то выяснить за прошедшую неделю?
Рейвар нерадостно кивнул:
- Ничего нового, если по существу. Отец зверствует, ему не нравится, что он не может тебя найти. Сильно по этому поводу напрягает совет. Войска, понятное дело, мечутся по всей Лазури. Следов наших они пока не отыскали, но вернуться к эмиру с плохими новостями для них – не вариант.
Принц вздохнул, опуская голову и, нахмурившись, скользнул взглядом в покрытый песком гранитный камень под ногами. Никто и не заметил, как в пещеру медленно и бесшумно вплыла огромная голова. И только когда она улеглась на пол, подняв в воздух тучу пыли и заставив пламя костра метнуться в сторону, пара резко обернулась на звук.
- Говори все, Хранитель, - вместо приветствия, приказала Drachenmacht. – Говори, как есть. А ты, принцесса, не передергивай плечами. Я слышала только последние фразы. И – нет, я не стану тебя есть.
Сложно было сказать, что после этих слов Мерси стало спокойнее. Скорее наоборот – она тут же напряглась, потянулась к Рейвару и осторожно коснулась его руки:
- Что значит «говори все»? Ты что-то скрываешь?
- Просто не показывает всей картины, - фыркнула драконица. Принц бросил в ее сторону раздраженный взгляд: старая карга, зачем она впутывает Окайя?
Рыжая нахмурилась и окончательно отставила тарелку:
- Рейвар, я хочу знать все.
- Знает все только Википедия, - мрачно отмахнулся Хранитель, но тут Drachenmacht вмешалась вновь:
- Расскажи ей, - безэмоционально предложила драконицы. – Расскажи, как эмир сходит с ума. Как терзает свой народ, не гнушаясь в средствах, и во что, рано или поздно, это выльется.
- Отец не перегнет палку! – почти прорычал Рейвар свозь зубы.
- Он ее уже перегнул! – отрезала Иждерех, и Мерси вздрогнула, до того угрожающе прозвучал этот внезапный окрик. В пещере повисло такое напряжение, что казалось еще немного – и воздух замерцает от молний. Оно чувствовалось во всем: в сжатых кулаках принца, в пламени, застывшем в глазах драконицы, в тревожной ряби, пошедшей по водной поверхности крошечного озера. Оно пробирало до костей, выворачивало душу наизнанку, заставляло сердце сжиматься испуганным кроликом и поднимало из недр сознания волну не вполне обоснованной паники. По крайней мере, именно так ощущала себя Мерси, отчетливо видевшая себя между молотом и наковальней. Позади пыхтела драконица, рядом игнорировал просьбы Хранитель и собственное воображение тут же рисовало худшую из возможных картин.
