Выкрик Джэя на фоне скорбной тишины выглядел как оскорбление. Но Хирам Уорчестер поднял взгляд, увидел его и проложил путь через толпу, как большой белый океанский лайнер через скопище лодчонок, громоздкий и величавый.
– Джэй-попугай, – сказал он, приблизившись, – господи, это ты. Что у тебя с лицом?
– Не обращай внимания, – сказал Джэй. – Хирам, нам нужно поговорить.
– И что это все значит? – спросила Дженифер.
Бреннан все еще кипел.
– Подстава. Подстава, черт возьми.
– Что?
Бреннан взглянул на Дженифер.
– Мы не подготовились. Змей и Суй Ма – подготовились.
– Понимаю. Думаю, это так.
– Поищем телефон.
Телефон отыскался в углу. Бреннан набрал номер, и на втором гудке трубку взял Исчезник.
– Алло.
– Не люблю, когда мне лгут, – мягко сказал Бреннан.
– Да, Ковбой. Рад тебя слышать в урочный час.
– Ты слышал, что я сказал?
– Да, конечно. Это ты о чем? Я ведь дал верную наколку насчет Моркле, так?
– С этим порядок, – сказал Бреннан. – А вот насчет Змея ты не был так же точен.
– А?
– Он не причастен к смерти Хризалис. Когда ее убили, он был в Гаване.
– Ох. Ладно. Виноват.
Хорек вонючий, подумал Бреннан.
– Я не работаю у тебя палачом, – мрачно сказал Бреннан.
– Честно, я ошибался…
– Не усугубляй ложь, – сказал Бреннан. – Буду на связи.
– Подожди, – сказал Исчезник прежде, чем Бреннан успел повесить трубку. – Есть что-нибудь про папки Хризалис?
Бреннан, не ответив, разъединился.
1.00 дня
– Это просто невозможно, – произнес Хирам, когда Джэй закончил свой рассказ. – Нет.
Джэй открыл сумку, вытащил из нее куртку и положил ее на столик между ними.
– Да, – сказал он.
Зал для коктейлей был таким местом, где в полдень было так же сумрачно, как и в полночь. Здесь, подальше от съезда, было достаточно малолюдно, чтобы они смогли уединиться.
Кондиционер посылал потоки арктического воздуха, но со лба Хирама на аккуратно подстриженную бороду сбегали струйки пота. Кабинка была чересчур тесной для массивного туза, его обширный живот был плотно прижат к столу, но когда Джэй положил на стол куртку, Хирам отпрянул назад, как бы опасаясь ее коснуться.
– Это какое-то чудовищное недоразумение. Грег – хороший человек. Джэй, я знаю его многие годы. Годы!
Джэй коснулся куртки.
– Ты был с Хартманом в Сирии. Это та куртка или нет?
Хирам заставил себя взглянуть на куртку.
– Кажется, она, – сказал он. – Но, Джэй, это обычная спортивная куртка, такие делают тысячами. Это, должно быть, подделка, должно быть.
– Не думаю, – сказал Джэй. – У Стигмата нет причин лгать. Он даже не понимал, что у него в руках. Другая куртка была подделкой, Пророчица не доверяла Гимли. Она дала ему дубликат, возможно, использовала собственную кровь, чтобы тест выявил присутствие вируса. Именно эту Гимли и дал Хризалис. Настоящую Пророчица оставила себе. Наверняка у нее были свои планы, но Хартман и Мекки Мессер не дали ей времени их осуществить.
– Значит, – с сомнением сказал Хирам, – Хризалис…
– Умерла ни за что. За поддельную куртку.
– Нанятый ей убийца не был поддельным!
– Нет, – согласился Джэй. – Джордж Керби – настоящий. Какая-то чертовщина: сейчас я уже не уверен, копаю ли я за или против него.
– И не думай об этом! – в страхе произнес Хирам. – То, что совершила Хризалис, делает ее не лучше, чем Нур… убийство есть убийство. Неважно, что она знала или думала, что знала. Если у нее были какие-то обвинения, надо ей было выйти и их предъявить. Ведь Грегу надо было дать возможность защиты? Джэй, все это не так, я тебе говорю. Если бы ты знал Грега Хартмана, как я… он, он такой хороший человек… такая смелость… в Сирии, видел бы ты, как он поднялся на Нур-аль-Аллаха, ты был бы горд. Обвинять его в столь… столь чудовищном преступлении, основываясь на чем? На показаниях Копателя Даунса? – Хирам пришел в ярость. – Этот человек – профессиональный лжец, Джэй! Сколько раз мне его приходилось вышвыривать из «Козырных тузов»?
– Это не по делу, Хирам, – сказал Джэй.
Хирам Уорчестер нахмурился. Лежащая на столе рука сжалась в бессильный кулак.
– Где Даунс? – потребовал Хирам. – Хочу посмотреть ему в глаза и услышать от него самого эту историю. Я пойму, если он лжет, и, клянусь, если это так…
– Авиакомпания его потеряла, – уныло сказал Джэй. Кошачья клетка не прибыла ни следующим рейсом, ни следующим за ним. Дельта обещала, что ближайшим рейсом уж точно. – Не бери в голову.
Хирам выглядел смущенным. Он наполовину выпил свой Pimm’s[29] большими глотками. Когда он опустил стакан на стол, рука тряслась.
– Ты не сказал, кто, как ты думаешь… на самом деле… сделал это… с Хризалис… я имею в виду…
– Скажем так, мне очень хотелось бы знать, что делал Билли Рэй в воскресение вечером и в понедельник утром.
– Билли Рэй, – произнес Хирам. – Господи, это абсурд! Он сотрудник министерства юстиции! Уж не думаешь ли ты, что здесь замешано все федеральное правительство!
Джэй пожал плечами.
– Пока не доказано обратное, я никому не верю, не обязан.
Хирам допил свой крюшон. Он смотрел на пустой стакан, но взгляд его был обращен внутрь себя.
– Так много людей работали, и так упорно. Мы все… так много сделали. Ты видел этих бедолаг на улицах. Грег – их единственная надежда. Если это правда, что им делать?
– Голосовать за республиканцев? – Сарказм едва ли был способен приободрить, и когда он это произнес, тут же пожалел об этом. Печаль Хирама была искренней.
Но едва ли Хирам услышал его. Он вытащил из-за отворота черный шелковый платок и промокнул им лоб. Большой человек выглядел смущенным и растерянным, слишком слабым для того, чтобы нести всю свою плоть.
– Есть тут репортер, – медленно произнес он, – Сара Моргенстерн, которая всем рассказывает, что Грег – туз-убийца. Никто ей не верит. Понимаешь, она не слишком уравновешенна. Но прошлым вечером на ее жизнь покушались. Какой-то туз, к сожалению. Ее спас Джек Браун и погиб бы сам, если бы не моя помощь.
– Я видел репортаж по телевизору, – сказал Джэй. – Человек, с которым сражался Браун, похож на Мекки Мессера, если судить по описанию Копателя.
– Похоже, это один человек, – сказал Хирам. – Это не доказывет, что он в самом деле работал на Грега, но, я полагаю… – Он сделал глубокий решительный вдох, как человек, который вынужден проглотить такое, что желудок не примет. – Полагаю, я должен принять это всерьез. Тогда ладно. – Тут он стал прежним Хирамом, решительным, целеустремленным. – Я доставлю тебя к доктору Тахиону. Он сможет проделать нужный анализ крови и при необходимости войти в сознание Хартмана и узнать правду. Какова бы она ни была. – Пальцы его рук над столом сжимались и разжимались, сжимались и разжимались.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
