Читаем без скачивания Рождение богов - Галина Раздельная

Антарес наблюдал и за ними. Ждать оставалось уже недолго. Вскоре существа завершат поиск, и после этого Антаресу останется ещё лишь раз закрыть на всё глаза, вновь позволив рабам Кочевника проникнуть в Солнечную систему Красной Звезды, теперь уже для вторжения.

Подвластные Тёмному Кочевнику пешки, выбранные им для его игры, позаботятся, чтобы оно прошло быстро. У расы, одураченной и преданной своими же собратьями, не будет возможности выстоять против орд завоевателей. Всё закончится в считанные дни.

Антарес знал, что Кочевник намеренно позволил Илтим наблюдать за всем этим, чтобы она видела и ничего не могла изменить. Он потешался над ней, наслаждался её слабостью, причиняя новую боль. Антарес хотел оградить Звезду. Но как он мог исправить начатое, помочь ей? Она не отвечала ему, не согласилась переждать в его реальности, даже не замечала его.

Кочевник предупреждал его о цене за такой выбор, но Антарес и не думал, что, ощутив эту цену на вкус, поймёт, насколько она непомерна. Выдержать равнодушие родной тебе души было непросто, как и презрение своих друзей, и лишь понимание того, что Илтим будет жить, поддерживало Владыку галактики.

Всё, что он мог — это облегчить её страдания, вернее, спрятать их от неё.

Собрав в пучок энергию своего разума, Антарес направил его в Солнечную систему Илтим, окутывая источник её власти — солнце. Через мгновение, перекрытый им до того поток энергии, превратившийся в обрывистые капли, полностью остановился, не давая сущности Звезды даже части её прежней силы. Лишившись и последней энергии, сознание Красной Звезды начало засыпать, постепенно теряя связь со своей реальностью.

…

Проведя Марсиуса и его сброд на территорию сокровищницы, Эн-уру-гал не спешил покидать место, которое последние три года было для него домом. Вернее, не домом — временным пристанищем, ещё одним препятствием на пути. Назвать же его домом он не мог, и не хотел. Ему и без того приходилось нередко притворяться и играть роли, чуждые его натуре, чтобы и сейчас, когда игра подходила к финалу, до сих пор оставаться неискренним с самим собой.

Как же ему надоела эта игра. Лицедейство никогда не было его талантом, но он и не заметил, как постепенно сросся с ним, становясь совершенно другим, чем себя знал. Эн-уру-гал и не помнил, сколько раз за последние сто пятьдесят лет ему приходилось носить разные маски, судьбы, лица. И сейчас, расхаживая по только что обчищенному одному из тридцати Хранилищ, он не решался снять их все разом. Любые мысли такого рода вели к сомнениям, были губительным для его решительности. Хватит и того, что он сорвался при допросе Хранителя, выдав ему не только своё имя, но и практически все планы.

— Терпение, — твердил ему Хозяин. — Терпение — залог всего.

Но Эн-уру-гал устал ждать. Долгие годы он был немым орудием в чужих руках, послушным и безропотным. Долгие годы он оправдывал каждый свой поступок наградой, которая ждала его по окончании всего. В чём-то похищенный им Верховный Хранитель был прав. Ему действительно сулили не только трон и власть, принадлежащие бывшему телохранителю по закону наследования. За подобное вознаграждение он бы ещё в самом начале отказался ступать дальше. Думать же о настоящих причинах Эн-уру-галу было больно — эти воспоминания всегда снимали с него маски холодного и спокойного убийцы, которым он стал.

Хозяин, требовавший от него терпения, недавно вновь призвал его к покорности. Он был зол на своего помощника, зол за его дерзость. Похитив Хранителя, Эн-уру-гал не смог сдержаться, воззвав к Владыке. Бывший телохранитель лишь несколько раз встречался с тенью Тёмного Кочевника, и этих коротких встреч было достаточно, чтобы увидеть перед собой воплощение чистой негативной силы. Никогда до недавнего дня он не рисковал искать с ним встречи, но в те мгновения отчаянье взяло верх, перевешивая инстинкт самосохранения. Эн-уру-гал требовал обещанную ему свою награду.

Каким наивным он всё же ещё был, раз даже на мгновение представил, что его Владыка выполнил бы требование парня, не получив вначале своё. Пока уговор не будет завершён, мечтать не только о награде, но и о спокойном существовании ни ему, ни Хозяину не стоит.

Может, именно поэтому, разозлившись очередной отсрочкой, он не остановил Хозяина, когда тот приказал пытать Хранителей и их первых учеников, и даже сам ввязался в это. Так низко, как в эти мгновения, ему ещё не приходилось падать. Смерть окрашивала бывшего телохранителя в густые краски крови и насилия, от которого, если б не его маска, Эн-уру-гала тошнило бы собственными внутренностями.

Его поиск, возможно, не был и столь безрезультатным, если бы он хоть знал, что ему искать. Уникальный артефакт, коим обладали Хранители, не походил ни на что, что являлось привычным для осознания простых смертных. Эн-уру-гал по-прежнему не понимал, за чем охотится. Времени же в его запасе оставалось немного. Наёмники Марсиуса, способные обворовать и саму Смерть, лишь умело зачищали все тайники Хранилищ, но был ли разыскиваемый осколок среди добытых ими сокровищ, Эн-уру-гал не ведал.

В подвалах продолжались пытки Хранителей и учеников. Многие из них уже разлагались в общей куче трупов, не сказав своим палачам ни слова. Интуиция подсказывала Эн-уру-галу, что правды он так и не услышит. Не здесь. Если кто и мог помочь ему, то только Верховный Хранитель, старик, над которым он не без удовольствия издевался последние дни, и, если это понадобится, будет издеваться хоть всю оставшуюся жизнь.

Ему следовало вернуться к Дильмуну и продолжить допрос сразу же после нападения на наёмников, не растрачивая времени на Марсиуса, который, кстати, даже не знал о его присутствии в сокровищнице, думая, что его мелкое воровство остаётся никем незамеченным. Но крысиные проделки второстепенного слуги мало занимали Эн-уру-гала. Он должен разговорить Дильмуна. Бывший телохранитель чувствовал, что тот не просто что-то скрывает. В старике крылась тайна, ему не понятная, но стоило Эн-уру-галу дотянуться до её разгадки, как она вновь становилась ещё более запутанной.

Продолжая оставаться в сокровищнице, ему вряд ли удастся докопаться до ответов. Ещё раз осмотрев найденные артефакты комплекса, наследник решил вернуться. Медленно поднявшись на шпиль Хранилища, парень готовился к телепортации. В его уме уже вертелся план новой стратегии поведения. В одном наследник был уверен: пытками и угрозами он ничего не добьётся. Впрочем, взглянув на старика под другим углом, Эн-уру-гал рассмотрел в том ещё один способ выбить правду. Не только у него самого, но и у Хранителя были слабые места, и наивное сострадание являлось одним из них. Так почему бы не надавить туда?