ладонью вверх.
— Прямо здесь? — Къярт с сомнением посмотрел на него.
— Почему нет? Он все равно только в наших головах, а ты рядом, так что никто не решит, что я болтаю сам с собой.
Къярт не стал больше возражать, снял перчатку и коснулся мизинцем ладони Райза.
— Я погляжу, вы оба делаете успехи в освоении своих сил, — раздался над ухом голос Фелиса, а его ладонь опустилась на плечо Райза — вполне осязаемо опустилась.
Вокруг Къярта вспыхнули алые огни, когда вторая рука появившегося позади скамьи некроманта легла на его плечо. Райз ожидал, что тот дернется, разорвет установившуюся связь между разделенными половинками души, но тот выразил все свое отношение к происходящему лишь в напряженной челюсти и уставившимся в никуда взгляде.
— Что за запись в банке, Фелис? — Райз повернул голову, чтобы видеть ухмыляющееся лицо некроманта.
— Сюрприз, — тот расплылся в своем коронном оскале.
— И много еще нас ждет сюрпризов?
Пусть счет в банке и был приятным открытием, Райз не удивился бы, если бы за тем последовали куда менее хорошие новости.
— Ты так бессердечен в своей неблагодарности, — Фелис наигранно вздохнул и, убрав ладони с плечей Райза и Къярта, появился прямо перед ними. — Я трудился не покладая рук, чтобы вам не пришлось думать ни о чем, кроме вашего предназначения; чтобы вы могли окружить себя необходимым комфортом и уделять все свое время и силы только тому, что требуется для победы над Ордой. А ты даже «спасибо» не сказал. Я чувствую себя оскорбленным и недооцененным.
— Хватит сцен, Фелис. До своей смерти ты не вел себя, как ребенок, которому не хватает внимания.
— Это, наверное, потому, что у меня было двадцать четыре часа в сутках, а не несколько минут за три дня?
— Может и их не быть, — отрезал Райз и добавил, уже спокойнее: — И да, спасибо за твои старания.
— Пожалуйста, — Фелис изобразил добродушную улыбку и перевел плотоядный взгляд на Къярта.
— Не трожь его. Лучше расскажи, что ты знаешь об этом отделении паладинов. Ты, я так понимаю, и здесь успел приложить руку?
— Разумеется, — некромант сел на скамью с противоположной стороны от Къярта. — И раз мне дано всего пару минут времени, сообщу самое важное: вы и сами получите от них всю необходимую информацию, если сообщите о моей скоропостижной кончине. Последние десять лет я регулярно перечислял на их счет кругленькие суммы, так сказать, благотворительные взносы на упрочнение нашей защиты от Орды. Уверен, руководство отделения не захочет потерять подобный источник дохода. Но раз теперь имение и земли с виноградниками принадлежат вам — вам и принимать решение.
— Неплохо. А мы тебе приходимся…
— Бедными сиротками, которых я великодушно подобрал, отмыл, окружил заботой и которым оставил все имущество.
— Разве отсутствие кровного родства не испортит карты?
— Никого не волнует кровное родство, если у вас есть нужные родовые листы. А они у вас есть.
— Допустим. Что-то еще?
— Ничего, что имело бы значение в текущий момент.
— Что и когда имеет значение, решать буду я, — очередная тайна Фелиса была, как удар по уже отбитому пальцу.
— Решай, — Фелис хохотнул. — А я буду решать, что и когда говорить. Ты не можешь меня заставить.
— Отвечай на его вопрос, — холодно произнес Къярт.
— А я уж было решил, что ты разучился говорить, — Фелис поднялся со скамьи. — Но раз мне оказана такая честь, так и быть, отвечу. Сегодня вечером. Не вам же одним решать, когда мне давать слово.
— Фелис, — в голосе Къярта появились предупреждающие нотки.
— Ну что ты напрашиваешься, мальчишка, а? — с лица некроманта исчезла улыбка. — Мне велено тебя не трогать, а как не трогать, если ты все лезешь и лезешь, и…
Райз убрал руку, и Фелис исчез.
— Надоел, — будничным тоном пояснил он. — Что ж, самое время познакомиться с паладинами поближе.
К тому моменту, когда они подошли к главному входу, рядом с ним уже собрались желающие посетить отделение. В стороне от них с папкой в руках стоял паладин, который тут же подозвал к себе новоприбывших.
— Если желаете посетить наше отделение вместе с группой, необходимо внести ваши имена в список, — он постучал карандашом по приколотым к папке бумагам.
— Вообще-то мы рассчитывали на индивидуальный визит.
Слова Райза повеселили паладина, но тот никоим образом не выдал своих эмоций.
— Увы, подобное невозможно. Все наши силы направлены на защиту Коуфладских земель от порождений скверны, и мы можем выделить только одного человека для сопровождения граждан, желающих узнать историю нашей общей борьбы. Уверяю, даже при групповом посещении у вас будет возможность изучить все представленные экспонаты. Кроме того, если вы сделаете небольшой взнос всего в три фракса с каждого, по окончанию экскурсии вы сможете пройти на территорию одного из тренировочных полигонов.
— У нас будет возможность увидеть вашу броню?
— Нет, конечно нет, — паладин позволил себе улыбку. — Никаких воплощений на территории городов без необходимости. Так я вношу вас в список? — Райз утвердительно кивнул. — Ваше родовое имя, пожалуйста.
— Енкарта.
Имя Фелиса сработало безотказно. Лицо паладина выровнялось, кончик карандаша перестал тарабанить по бумаге, а энергия духа вокруг вспыхнула всеми возможными оттенками.
— Могу я увидеть ваши родовые листы? — после нескольких секунд молчания, спросил паладин.
Райз протянул документ.
— Будьте добры, подождите здесь.
Паладин вернул бумагу и скрылся за дверьми отделения.
— Только меня смущает, что Фелис, учитывая, кем он являлся, умудрился заставить ходить строем местных паладинов?
Къярт отрицательно покачал головой.
Ожидая возвращения паладина, Райз размышлял о том, играет ли текущий расклад в их пользу или все-таки нет. Заключалась ли причина подобного положения вещей в том, что Фелис действительно был на несколько голов выше всех остальных и смог водить за нос ничего не подозревающих паладинов, или же последние не так уж и сильны, и в город может пробраться любой среднестатистический некромант? Что, если вся эта толпа под входом в отделение наполовину состоит из некромантов?
Двери отделения открылись, но из них вышел не встретивший их паладин, а другой, мужчина лет пятидесяти на вид, с гладко выбритой головой и лицом, внушающим одновременно доверие и трепет. Во всяком случае именно такие чувства оно должно было бы вызывать у большинства людей. Райз же не испытывал трепета даже перед лидером друидов. Сначала, потому что был самоуверенным мальчишкой, затем — не менее уверенным в себе юношей, а после уже было поздно учиться перед кем-либо трепетать.
— Господа Енкарта, — позвал их паладин, держа дверь открытой.
Они вошли в отделение под недовольный ропот остальных визитеров, все еще ожидающих, когда их наконец пригласят внутрь.
