и знатного титула. Ну и, как оказалось, отличного потенциала. Так вот, когда его увидел, я, в очередной раз, чуть не засмеялся. Похоже, я был сторонником того, что где-то в мире у каждого человека существует несколько двойников. А учитывая количество миров многомерной Вселенной, то это всё стремится примерно к ста процентам.
Так вот, Миша был как две капли воды похож на молодого Охотника Дэна. Более того, похоже, что его страсть к алкоголю его и сгубила. Да, уже без удивления я понял, что основной его стихией был огонь. Ну, а когда я заглянул к нищему барону в душу и заметил там место для Колодца Душ, я понял, что это судьба. Тут у Михаила начались тяжёлые времена, потому что его взял в оборот Ратник. Первое, что он сделал — это запретил ему бухать. Было много приключений, как Миша пытался сорваться, и как ему в этом мешали. Но, в конце концов, поставив нужные души, он стал чертовски сильным Магом Огня.
За последней душой Огненного Ифрита, кроме Ратника и Гриши с его разломщиками, ходил сам Архип Глыба. Полуматериальная мерзкая сущность была серьёзным противником, но они справились. Вот Миша как раз был одним из дюжины будущих центурионов. Его Колодец Душ был полностью заполнен. И да, они не просто так не участвовали в битве с тварями, потому что использовать их было равносильно тому, как тараканов ядерной бомбой глушить. Но вот теперь появились достойные противники.
Оставшиеся твари перестали наседать, и тут же разбежались в стороны. Они оказались не совсем безмозглыми. Учуяли, что сюда приближается большая куча гоблинов, и поняли, что ловить им здесь нечего.
Пятёрка магов в круге, с Мишей в центре, подняли руки.
— Разрешите жахнуть? — весело спросил Миша, обращаясь ко мне.
Я отсалютовал ему кружкой какао.
— Жги!
И Миша жахнул. Да, он не переродился подобно Волку, и не мог видеть все стихии. Он владел пока что только одной — магией Огня. Но владел идеально. Он видел все энергетические каналы этого мира, взаимодействовал с ними, и они его слушались. Поэтому возникший в воздухе огромный шар огня не удивил вообще никого. Хотя вру, меня он удивил. Подозреваю, Миша хотел покрасоваться перед боссом, и влил туда намного больше силы, чем нужно было.
— Твою мать! — проговорил я, когда шар, под собственным весом, начал падать вниз. — Поднять щиты! — заорал я и, тут же, не дождавшись исполнения приказа, бросил перед Легионом свой фронтальный энергетический щит, прикрывая его от воздействия… Всего этого чёртового Армагеддона!!!
Бахнуло знатно. Это был второй по мощности взрыв в этом мире, который я видел собственными глазами. Первый — это когда недоделанный"Левиафан" уничтожил чудовище Серых. Но там всё было плодом технологий, магических ингредиентов и тщательной подготовки. Здесь же было дело рук шестерых пироманьяков, которые прямо сейчас радостно орали и хлопали друг друга по плечам, поздравляя с успехом.
— Волгомир, — устало сказал я.
Волгомир молча кивнул, и одарил отряд «Погибель» таким взглядом, что я им не позавидовал.
— Научи молодёжь контролировать свои силы.
Странно было то, что большинству «молодежи» было далеко за тридцать, но Ратник даже не улыбнулся.
— Сделаю! — сказал он. — Нам выдвигаться домой?
Я почесал голову, и пустил Шнырьку на разведку. Впереди был огромный кратер. И ни одного живого гоблина из армии Мусорщиков.
— Да, похоже, мы достигли всего, что хотели, — покачал я головой, про себя подумав, что за монстров сотворил.
С другой стороны, будь против нас сильные Одарённые, кто-то, возможно, и выжил бы, но не эти мелкие засранцы. Так что нельзя сказать, что я вырастил какую-то супер-имбу. Но это было очень близко.
— Ну, вообще-то, по плану у меня ещё Разлом с земляными элементалями. Надо собрать их души для бойцов первой линии, — задумался Волгомир. — Но это ненадолго. Есть какие-то задачи, помимо Эпицентра?
Я почесал голову.
— Есть одна мысль. Я теперь губернатор большой губернии, южная граница которой подвергается набегам монголов и Драконов. Можно направить туда Легион, чтобы потренироваться. Но, с другой стороны, — я снова посмотрел на неунывающего Мишу, — десять тысяч гоблинов — это одно, а вот десять тысяч людей — это совсем другое. Не должно человечество уничтожать друг друга, — я почесал задумчиво переносицу. — Ты это… не торопись домой. Потусите немного здесь. Походите, Разломы позакрывайте. А дядя Архип нам за это ништячков подкинет. Думаю, все будут в выигрыше.
— Понял, принял! — сказал Ратник. — Разрешите приступать?
— Командир, — возник рядом один из легионеров, — разрешите обратиться к господину?
— Что-то срочное? — скривился Ратник. Он не любил, когда его перебивали.
— Вызов для господина. Самохвалов на связи.
— Вот же блин! — сказал я вслух.
У меня пока было всего две станции артефакторной спутниковой связи, которые могли работать почти в любых условиях. Это был подгон от Северного Короля, который натренировался в условиях Арктики. Если один передатчик был у Легиона, чтобы до него мы всегда могли «дозвониться» в условиях Эпицентра, то второй был как раз у моих Паладинов. Ну, и стационарная в моём имении, но эта здоровенная артефакторная дура было точно не переносная. Как раз такие большие узлы связи — дорогущие, но стационарные были во многих родовых имениях. А переносных было, как я сказал всего, два. И со второго, прямо сейчас, меня вызывали.
— Слушаю!
— Командир, у нас проблема, — услышал напряжённый голос Макса Самохвалова.
Я чуть было не застонал. Ненавижу это выражение. Тем более, когда это выражение идёт от моих подчинённых. Я считаю, что настоящий мужчина должен сам решать свои проблемы. А, с другой стороны, если Макс мне звонит, значит, что-то действительно не так.
— Что случилось? — коротко спросил я.
— Мы догнали последнего Эмиссара. Вот только тут творится что-то невообразимое. Женщины и дети, командир. Простые местные. Многие без оружия, с какими-то палками. Бросаются на нас. А когда мы пытаемся их урезонить…
— То они превращаются в упырей, — закончил я за него.
— Верно, — сказал он. — Что делать? Ладно, мы, но Колюня на грани нервного срыва. Мы сейчас отошли, но они окружают нас со всех сторон.
Я выругался. Старый трюк Неназываемого. Именно так они подловили Паладинов в далёком мире Галлария. Они просто направили волну беженцев, как будто бегущих от Скверны. И когда люди смешались с рядами
