расслабленных Паладинов, то все поголовно превратились в боевых умертвий. Заруба была ещё та! Было это хрен знает сколько сотен лет назад. Но искусство войны эволюционировало. Развивались не только мы, но и наш противник. После этого, и ещё двух случаев, Паладины нашли «противодействие». Надо только вовремя его применить.
— Макс, помнишь, я научил тебя заклинанию Экзорцизма?
— Ха! — Макс не выдержал и, несмотря на серьёзную ситуацию, рассмеялся. — Это когда шарлатаны бесов из одержимых, типа, выгоняют?
— Ага, именно так, — сказал я. — Вот только, я научил тебя не для того, чтобы поржать. Заклинание сейчас как раз пригодится. Тебе нужно будет изгнать бесов из всего мирняка, что сейчас на вас прёт.
— Но это же фокусы для ярмарки! Вы сами говорили, — недоумевал Макс.
— Именно так, фокусы для ярмарки, где мошенники и шарлатаны лечили больные души тупоголовых прихожан, собирая за это звонкое золото. Вот только, изначально, это было боевое заклинание. Применимо оно лишь в одном случае — против настоящих «одержимых», как мы называли людей, что были заражены Скверной. Давно я не встречал таких по одной простой причине — все уже прекрасно знают, как с этим бороться. Но, видимо, этот Эмиссар решил, что раз Паладины молодые, значит, и знания у вас такого нет. Но, спасибо Кодексу, оно у вас есть!
— Блин, но их тут почти тысяча!
— Так, Макс, хорош ныть. Мне кажется, свободное плавание не пошло тебе на пользу. Вернёшься обратно, пойдешь к Волку, пусть он тебя с новобранцами погоняет.
— Э-э-э… не надо к Волку, командир. Я же Паладин.
— Ну, раз ты Паладин, то и действуй, как Паладин! — рявкнул я. — Экзорцизм, а потом Очищение. Вперёд!
— Есть, — сказал он и бросил трубку.
Я попрощался с легионерами, сел в «Буревестник» и, задумавшись, двинулся назад в усадьбу. Было много о чём подумать. В начале моего пребывания в этом мире меня неприятно поразил факт наличия эмиссаров Неназываемого. А дальше — больше. И, судя по тому, что мне сказал Крендель… Я взял телефон и набрал номер.
— Здравствуй, Генри! — поприветствовал я отца. — Видел твоё сообщение, что Ларик проснулся. Можешь мне его найти?
— Да, он рядом, — хмыкнул Генри. — Держи трубку.
— Здравствуй, отец! — поприветствовал меня Илларион. — Прости, что впустил в свой сон Морфея.
— Ага, вот это я и хотел узнать. Значит, Морфей…
— Да, это был его последователь. Но я всё равно виноват, — решительно сказал Ларик. — Я же знаю, на что он способен, и должен был сразу почувствовать.
— Так, хватит рефлексии, — рявкнул я уже второй раз за сегодняшний день. — Это одна из самых хитрых тварей, которая мне когда-либо встречалась. Если уж он открыл сюда калитку, значит, дело плохо.
— Отец, я чувствую, что его влияние распространяется среди наших офицеров. Многие люди жалуются на плохой сон и непонятные сновидения.
Я выругался. Те, кто жалуются, значит, сопротивляются. А сколько тех, кто подчинились? Как бы внутри нашего войска не возникло восстание, когда люди, управляемые хитроумным Морфеем, будут бросаться на своих же братьев и сестёр. Но есть один плюс — раз всё это вертится там, значит, врата Морфея находятся примерно в том же районе. Что ж, его нужно будет найти.
Я хотел попросить снова вернуть трубку Генри, чтобы дать ему инструкции. А потом понял, что это бесполезно. Пока там Ларик, он в безопасности, но вот остальные люди — нет.
— Передай деду, что я скоро буду, — буркнул я.
— Ого, здорово, передам, — развеселился Ларик.
— Ага, пока, — положил я трубку.
И тут я почувствовал возмущение Мироздания. Это значит, что последний Эмиссар Неназываемого в этом мире погиб. Это хорошая новость, но есть и плохая — теперь у Неназываемого есть ограниченное количество времени, дабы не потерять своё присутствие в этом мире. Ведь если он не поторопится, Мироздание схлопнется, и заново пробиваться ему сюда придётся, используя гораздо больше сил и ресурсов. Так как ему здесь явно что-то нужно. А это значит, что он сейчас бросит все дела и обратит самое пристальное внимание на этот мир. Хотел ли я такого развития событий? Ха, как будто у меня был выбор! Одно утешает — эта сволочь пока прийти сюда явно не может. Но вот то, что он устроит какую-нибудь пакость — это даже не обсуждается.
Где-то в Австралии
Когда худая женщина, с младенцем на руках, превратилась в уродливую тварь, и бросила своим свёртком в Колю, что в полёте разметал пелёнки в сторону, а мерзкое отвратительное нечто попыталось схватить юного Паладина за лицо, вот тут охренели все.
Нет, именно с этими двумя Коля справился сам. Он сжёг в воздухе мелкую тварь, а вторым файерболом сжёг и взрослую. Но тут из леса показались другие мирные люди, что с безумными глазами бежали прямо на Паладинов.
— Отступаем! — первое, что мог сказать, рявкнул Самохвалов. — Связь с господином!
Дозвонившись в усадьбу, они выяснили, что Александр ушёл к Ратнику. Это было удачей, так как у них была вторая станция связи. А потом они позвонили Александру. После разговора Макс положил трубку и потёр руки.
— Ну что? — спросил Олег Горохов, который заботливо выключил передатчик.
— Экзорцизм, парни. Изгоняем бесов.
— Да ладно, это же шарлатанство! — удивился Коля.
— Оказывается, нет, — Макс, прищурился. — Вася, Очищение потянешь на тысячу душ?
— Ну, если Колюня подсобит… — нахмурился Стихийник-Паладин.
— Он подсобит, — кивнул тот. — А мы, Олежа, давай изгонять души. Твоя правая полусфера, моя левая. Погнали.
Если бы кто-то наблюдал за всем этим со стороны, то сейчас бы увидел удивительную картину. Бегущие мирные жители на секунду застыли, затем закричали, держась за головы. А прямо из их макушек начали вылетать зелёные тени. Ну, как вылетать? Словно кто-то вытаскивал их насильно из людей. Хотя, почему «кто-то»? Их тащили два Паладина, собирая у себя над головами в одну точку.
— Вася, давай! — рявкнул Макс, по лицу которого текли ручьи пота.
— Ключ на старт! — хмыкнул Астапов, не теряя расположения духа.
И протянул широкую ладонь, на которую сверху легла уже не менее широкая ладонь молодого человека. Их энергетические поля соединились, и Вася выдал Очищение. С громким хлопком тысячи проклятых душ ушли на перерождение.
