Когда в 1936 году мной был установлен рекорд высоты с грузом в 5 тони, я получил письмо от Сталина с поздравлением и пожеланием новых успехов.
В ответственном перелете через Северный полюс наш экипаж с мыслью о Сталине преодолел все трудности. Величайшей радостью и наградой для нас была телеграмма с поздравлением от Иосифа Виссарионовича, полученная в день окончания перелета в США и зародившая в нас мечты о новых дерзаниях и победах во славу великой нашей родины, во славу Сталина.
Константин Борин
Депутат Верховного Совета СССР
ВОСПИТАННИКИ СТАЛИНА
Это было 1 декабря 1935 года. В зале заседаний Центрального комитета Всесоюзной коммунистической партии (большевиков) состоялось совещание передовых комбайнеров и комбайнерок СССР с членами ЦК ВКП(б) и правительства.
Из далекого Казахстана, из хлопкового Узбекистана, из солнечной Грузии н Украины, с Кубани и Волги, с Кавказа и Крыма — со всех концов Советского Союза собрались в Москву мастера комбайновой уборки. Нас было двести человек.
Мы были счастливы и горды за свой народ, за свою родину, за свою партию, поднявшую нас, простых людей, на небывалую высоту.
Многие из нас в своих выступлениях говорили не только о сегодняшней работе, но и рассказывали о прошлой, проклятой, раз и навсегда ушедшей жизни.
Вот вспоминает о своей прошлой жизни комбайнер Семен Владимирович Полагутин:
— Прошлое мое — одни слезы. Я пас скотину кулака девять лет, меня пороли плетью.
Дошла очередь мне выступать. Я рассказал, что до недавнего времени в нашем Горьковском крае не знали комбайна. У бедняков земли так было мало, что они свои наделы «лаптями мерили». Не кормила земля. Волей-неволей приходилось итти в кабалу к горбатовским купцам. Этой жизни и мне пришлось отведать. В нашем хозяйстве была одна лошадь, да и та издохла. И только советская власть показала нам, беднякам, другую дорогу, дорогу к той жизни, за которую боролись рабочие и крестьяне под руководством великой партии большевиков.
В 1933 году я с семьей переселился на Кубань. Там мы, переселенцы, создали колхоз имени Максима Горького.
Я рассказывал совещанию о первых серьезных успехах колхозников, сломивших под руководством партии и правительства остатки контрреволюционного саботажа на Кубани; говорил о зажиточности, пришедшей в дом каждого честного колхозника.
Товарищ Сталин очень внимательно слушал речи комбайнеров.
Он меня спросил:
— Сколько вам лет?
Я ответил:
— Двадцать семь.
— А выглядите вы совсем молодым, — заметил товарищ Сталин.
Тогда я сказал то, что наверняка бы сказал каждый человек нашей страны социализма:
— Я молод потому, что я живу в Советской стране, где хорошо воспитывают и где хорошо жить.
Да, великое счастье жить и работать в Советской стране, где яркими звездами горят слова нашего любимого товарища Сталина о том, что люди, кадры — самый ценный капитал из всех капиталов, имеющихся в мире.
Совещание продолжалось всего один день — 1 декабря. Но какая это была богатейшая политическая и техническая школа!
Выступает комбайнерка Мария Петрова из Саратовского края. Она волнуется, речь как-то не вяжется. Ведь впервые она, простая крестьянка, произносит речь в ЦК партии. Но товарищ Сталин, как отец, подбадривал Петрову:
— Говорите смелее, здесь все свои.
И верно — все свои. Все мы, участники совещания, приехали не хвалиться одержанными победами, а учиться друг у друга и учить других.
У многих комбайнеров во время работы зачастую рвались цепи Галля. Товарищ Сталин спрашивал у нас об этом, интересовался, как мы смазываем цепи, выяснял возможности работы на третьей скорости.
После наших выступлений взял слово товарищ Сталин.
С тех пор прошло четыре года. Но и сегодня я помню речь вождя, помню все так ясно, как будто это было вчера.
Товарищ Сталин тогда поставил задачу: добиться через несколько лет ежегодного производства зерна не менее 7–8 миллиардов пудов.
Выросла наша страна. Увеличилось число городов, жителей в городах, рабочих в промышленности. Культурной, зажиточной жизнью живет колхозная деревня. Коренным образом изменилась жизнь трудящихся города и деревни. Значит, увеличилась и потребность в хлебе.
Мы ощущали вескость, проникновенность каждого сталинского слова, чувствовали, сколько в каждом слове заложено энергии, решимости, ума, воли, мысли, любви к людям.
Борьба за 7–8 миллиардов пудов зерна это борьба за высокие урожаи, за изобилие сельскохозяйственных продуктов, это борьба за счастье советского человека.
Мы, комбайнеры и комбайнерки, почувствовали огромную ответственность за успех этой борьбы, которая требовала от нас еще быстрее двинуть вперед и оседлать богатую технику, пришедшую из социалистического города на колхозные ноля.
Товарищ Сталин сказал:
— Особое внимание следует обратить на комбайны и на комбайнеров. Вы знаете, что самое ответственное дело в зерновом хозяйстве уборка. Уборка — дело сезонное, и она не любит ждать. Убрал во-время — выиграл, опоздал в уборке — проиграл. Значение комбайна состоит в том, что он помогает убрать урожай во-время.
Это указание товарища Сталина стало знаменем всех водителей степных кораблей. Работая под этим знаменем, тысячи комбайнеров добились блестящих успехов, опередив зачинателей борьбы за высокую производительность комбайнов.
Заканчивая свою прекрасную речь, товарищ Сталин выразил пожелание, чтобы число нашил комбайнеров и комбайнерок росло не по дням, а по часам.
По всем углам нашей великой родины разнеслись сталинские слова. Они звали крестьянских сыновей и дочерей множить армию водителей степных кораблей, овладевать техникой, итти в первых рядах борцов за 7–8 миллиардов пудов зерна.
* * *
После совещания комбайнеров я впервые в жизни поехал на курорт. После курорта, в марте 1936 года, в числе остальных награжденных орденами комбайнеров и комбайнерок я был вызван в Москву за получением ордена.
В Кремле при вручении орденов присутствовал товарищ Сталин. Трудно было сдерживать чувство радости и восхищения, что товарищ Сталин сумел при всей своей занятости найти время для новой встречи с комбайнерами.
Месяц пребывания в санатории мне показался удивительно длинным. Странно как-то было: целый месяц тридцать длинных дней — ничего не делать, не работать, а просто отдыхать. Вероятно, от такого необычного восприятия курортного отдыха я даже немного похудел.
И вот в день получения орденов собралось нас, комбайнеров, много. Иосиф Виссарионович, встретясь со мной, заботливо спросил, отчего я похудел. Я был растроган.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
