- Да, отлично, - давлю улыбку, отпивая крошечный глоток красного вина. - Веселись, на меня внимания не обращай.
- Точно?
- Конечно.
Гар довольно кивает и продолжает оживлённую беседу с товарищами по какой-то там секции, которую они вместе посещали в старших классах. Их подружки безостановочно ржут, ежеминутно присасываясь к бокалам.
Просто. Переждать. Этот. Долбаный. Вечер.
Откидываюсь на спинку украшенного красным бантом кресла и безучастно рассматриваю гостей. Мужчины скинули свои пиджаки и расслабили "удавки", причёски женщин потеряли прежний лоск.
Скучно.
Беру бокал, делаю глоток уже "посолиднее", снова окидываю безразличным взглядом присутствующих, как вдруг...
...в каледоскопе незнакомых лиц вижуЕго.
Часть 61
Резко отворачиваюсь и привожу дыхание в норму.
Это он. Этоточноон! Эмиль!
Но раньше там никого не было! За этим столом спиной ко мне сидел грузный мужчина, но место за ним точно пустовало. А сейчас...
Это былоегоместо. Он просто опоздал...
Осторожно кошусь направо, украдкой, но так жадно бегая глазами по его рукам, манжетам белой рубашки, сияющим на солнце запонкам. Я смотрю и смотрю на его руки, боясь поднять взгляд выше.
Боже, как я боюсь... И как этого хочу.
Один раз. Я просто взгляну. Всего один.
Наконец-то решаюсь и поднимаю глаза... и сердце летит кубарем куда-то вниз. В бездну. В ад.
Или рай.
Он так изменился... Гладко выбрит, черты лица стали грубее, тёмные волосы зачёсаны назад. А плечи... Разве у него были настолько необъятные плечи?
Разве он былтакимкрасивым?
Отворачиваюсь снова и утыкаюсь взмокшим лбом в плечо Гара.
Всё хорошо. Не нужно привлекать к себе лишнее внимание. И не нужно туда больше смотреть.
Но я смотрю. Снова...
Впитываю его черты, рассматриваю крепкую шею торчащую из-под расстёгнутого ворота рубашки, запрещая себе вспоминать, что находится под ней.
Недопустимо! Даже думать недопустимо! Вспоминать недопустимо!
Он здесь... и он один. Кольца нет и, Боже, с сердца свалился крошечный груз.
Перевожу дыхание и оборачиваюсь опять и... во рту пересыхает - рядом с ним теперь сидит девушка. Нет - женщина, на вид чуть больше тридцати. Роскошная.
Я вижу, каким хищным взглядом она его пожирает. Никогда в своей жизни я не видела, чтобы женщина смотрела на мужчинуТак. За те секунды, что я вижу их вместе, она уже раздела его глазами и многократно поимела.
Меня тошнит.
Прикладываю ко рту салфетку и сипло дышу через нос.
Случайная соседка или он пришёл с ней? Ну, конечно, с ней - они же одновременно опоздали.
Но она же старая для него! Шикарная, слов нет, но старая!
Вопреки желанию снова кошусь на пару - она широко улыбается, что-то стирая большим пальцем с его щеки, словно невзначай припечатав свои безразмерные буфера к его обтянутому рукавом пиджака плечу.
И он улыбается тоже. Не широко. Так, как умеет улыбаться только он. Чуть-чуть, одними уголками губ.
Невероятный красавец. Он и был, но сейчас...
Он мой брат. Брат по биологическому отцу-ублюдку, которого я никогда в жизни отцом считать не буду. Точка.
Он не смотрит по сторонам, поэтому не видит меня - наполняет свой бокал, потом бокал своей спутницы. Она прямо-таки из кожи вон лезет, он же выглядит довольно спокойным, даже отстранённым, словно эти все её выкрутасы совершенно его не касаются. Но я-то как никто знаю, насколько виртуозно он умеет шифровать свои истинные чувства.
Откинув голову он пьёт, кадык ходит в такт глоткам, а потом...
Его взгляд впивается в мой и мир в очередной раз рассыпается на миллионы осколков.
Часть 62
***Отворачиваюсь к Гару и кусаю и так уже искусанные губы.
Он меня увидел. Теперь он знает, что я тоже здесь. И, конечно, видит, с кем я пришла.
Его бывший друг. Эмиль никогда не считал его достойным соперником, но вот я с ним. Должно быть, его мужское самолюбие ужасно задето... А может, ему всё равно. Судя по его грудастой подружке, он явно не скучал в одиночестве эти годы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А впрочем... разве мне должна быть хоть какая-то разница до его личной жизни?
Наш роман был очень коротким и он далеко в прошлом. Нужно собраться и вести себя непринуждённо. Рядом со мной Гар, он обязательно поддержит. Надо просто не думать. Не вспоминать.
- Всё в порядке? Ты какая-то бледная... - Гар интенсивно работает челюстью, пережёвывая кусок баранины.
- Да, вполне. Просто тут немного душно.
- Да, жара сегодня как никогда. Впрочем, со связями тестя Ника не удивлюсь, что он и небесную концелярию подкупил, - ржёт. Его друзья поддерживают остро́ту, захлёбываясь в диком веселье.
Затылок жжёт, как и оголённые лопатки. Я чувствую, что Он на меня смотрит.
Я знаю, что нельзя оборачиваться, нельзя давать реакцию, но это выше моих сил - осторожно поворачиваю голову вправо и, делая вид, что тянусь к салату, кошусь на Эмиля. И снова врезаюсь в его взгляд. Он смотрит на меня и даже не пытается делать вид, что моя персона ему неинтересна.
Возможно, он смотрит и проклинает меня сейчас, называет в мыслях последними словами, но факт остаётся фактом - ему не всё равно.
А мне должно быть всё равно! Ведь он не знает правду, а я её знаю.
Он твой брат, - убеждаю себя. - У вас один отец. Не смотри на него. Хорошо... не смотри на него Так.
Но можно сколько угодно водить за нос мышление, но подсознание не проведёшь. И потерять память одномоментно нельзя. И вырвать из сердца любовь нельзя тоже. Но нужно. Вот этот тот самый случай, когда вариантов НЕТ! Нет их. Мы никогда, ни при каких обстоятельствах, даже если бы этот грёбаный мир перевернулся не смогли бы быть вместе!
Нужно отсюда уходить. Прямо сейчас. Чтобы не сделать хуже всем.
- Впрочем, ты знаешь, мне всё-таки нехорошо, - шепчу на ухо Гару. - Наверное, я поеду.
- Прямо сейчас? - скисает. - Может, выпьешь аспирин или ещё что-нибудь. Ну, эти твои жёлтые таблетки, которые от всего подряд.
Вряд ли, милый, что то, что у меня болит, можно вылечить простыми таблетками...
- Всё в порядке, ты оставайся. Я доеду до отеля на такси, - поднимаюсь, хватая со стола свою сумочку.
Мы решили не стеснять родителей Гарика - квартира у них не очень большая, а помимо мамы и отца там ещё два его младших брата и престарелая бабушка.
Сейчас я счастлива, что мы поступили именно так, ведь вернуться в дом к людям, которые относятся к тебе с очевидной осторожностью, идея не слишком заманчивая.
- Нет, подожди. Ну как-то это не айс... - пьяно мнётся Гар, поднимаясь следом. - Что ты там будешь одна сидеть...
- Говорю - всё отлично. Почитаю книгу, приму ванну. А ты веселись.
- Уверена?
- Более чем. Только скажи мне номер такси... - говорю и замечаю, как изменилось лицо Гара. Стало холодным, губы сжались в тонкую линию, а взгляд... Он смотрит куда-то поверх моей головы.
На кого-то.
Оборачиваюсь и вижу за спиной Эмиля. Заложив руки в карманы чёрных брюк он неторопливо идёт прямо... к нам.
Часть 63
Замечаю, как изменилось лицо Гара. Стало холодным, губы сжались в тонкую линию, а взгляд... Он смотрит куда-то поверх моей головы.
На кого-то.
Оборачиваюсь и вижу за спиной Эмиля. Заложив руки в карманы чёрных брюк он уверенно идёт прямо... к нам.
- Как жизнь? Давно не виделись, - улыбается (он улыбается!) и тянет руку Гарику.
- Да, давненько, - цедит мой "ещё бы чуть муж" и жмёт огромную ладонь Ветрова.
Я вижу, как Гар напряжён, за эти два года я отлично изучила его мимику. Но он пытается "держать лицо".
Вгрызаюсь в губу, сходя с ума от эмоционального перенапряжения. Сейчас мне даже не приходится врать о своём состоянии: я на грани сердечного приступа, не меньше.
