Джон внимательно слушал рассказ Гордона о печальной судьбе Геркулеса. Дослушав до конца, тяжело вздохнул.
— Мне все это тоже не нравится. Так что будем делать? Продолжать или ждать, пока процент белых кровяных телец снова рванет вверх, как ракета?
Гордон молчал. Что он может сказать?
— Решать это предстоит только ей самой! — наконец пробормотал он.
— Но она ведь уже сделала выбор, — напомнил ему Джон.
— Вы правы, — послышался далекий хмурый голос. — Вы правы. Все же это ее жизнь. Оставьте лекарство на месте. Думаю, мы не имеем право вмешиваться в ее личные дела на этом этапе. — Джон был целиком с ним согласен. Глядя на Грега, он думал, как ему все подоходчивее объяснить. Ну а если посмотреть на все с другой стороны?
Ему не хотелось в это верить.
После чудесной прогулки на плоту Рамоне с Дэмоном хотелось продолжить "речную тему". Дивный вечер на реке — как гласил буклет — сулил им не только увлекательную поездку вверх по течению на большой лодке с горящими факелами, но и настоящий обед по-ямайски, местное фольклорное "шоу", а также танцы в стиле регги.
Рамона надела изящное белое платье из чистого шелка в греческом стиле. Оно доходило ей до пят, спадая почти до земли, словно переливающийся шелковый водопад, оставляя открытым одно плечо. Для полного соответствия греческому образцу она должным образом уложила волосы, собрав их в высокий, красивый пучок. В ушах поблескивали платиновые серьги с бриллиантиками, шею украшала простенькая серебряная цепочка. На Дэмоне был черный вечерний костюм, подчеркивающий его мужскую красоту, силу и элегантность.
Появление на лодке такой необыкновенной пары заставило многих повернуть голову в их сторону. Когда они, устроившись на палубе, наслаждались теплой тропической ночью при ярком свете горящих факелов, к ним подошел официант. Протянув меню, он поспешил оставить двух любовников наедине в созданном ими для себя особом мире. Она заказала традиционный ямайский "герб" — мясное блюдо, которое готовилось с красными бобами, кокосовым молоком, луком-пореем и различными приправами. Дэмон выбрал знаменитый местный суп — острая смесь из соленой свинины, говядины, окры и островной зелени калладу. После того как он его попробовал, она весело рассмеялась и налила ему воды в стакан, и ее смех все нарастал, когда она глядела в его подозрительно заблестевшие глаза.
— Ну, это сделает тебя настоящим мачо! — бросила она ему вызов.
Вечер пролетел быстро. Опершись на борт и глядя на проплывающий мимо сумеречный растительный пейзаж, освещенный горящими факелами, они любовались темной магической ночью. Такая ночь, как эта, предназначена только им двоим. Ночь любовников. Такую ночь ничто на свете не может испортить…
Джо Кинг следил за лодкой, чувствуя, как гнев подступает к нему из-за его полного бессилия. Что это задумала Рамона? Почему она не отвязалась от Александера, чтобы передать отцу акции Маркхэма? Лодка растворялась в ночной мгле, а к Кингу явилось странное ощущение, что все от него бежит, выскальзывает из рук. Вздохнув, он приказал водителю возвращаться в отель. Теперь все решится на Кубе. Кинг нервничал, но наверняка нервничал бы куда больше, знай он в эту минуту, что кто-то внимательно следит за ним из безопасного, укромного местечка, расположенного рядом с пристанью.
— Вон он едет, — сказал Фрэнк, посасывая ямайское пиво из высокой банки.
— Ты заешь, как туда ехать? — спросил Ле Фортном.
Фрэнк знал. Вечерняя прогулочная лодка причалила у пристани возле небольшого клуба в нескольких милях вверх по течению, где должно было состояться фольклорное шоу и танцы.
Ле Фортном, выйдя из-за столика, бросил на него несколько ямайских долларов.
— Пора нам все уладить с доктором Кинг.
— Ну а что с Александером? — спросил Фрэнк, когда оба сыщика уселись в машину. Ле Фортном молчал. Он не знал, вписывается ли Дэмон Александер в придуманную им схему.
Верити, вытащив из сумки купальник, быстро переоделась. На палубе никого не было, холодный ветер загнал всех в закрытые помещения. Поверх купальника она надела толстый пляжный халат и в таком одеянии приготовилась бросить вызов разбушевавшейся стихии, открыв дверь, ведущую на палубу "Серенада". Вместе с сильными порывами ветра до нее донеслись обрывки музыки.
Помня о вчерашнем обмороке, она опасалась подходить близко к борту и поэтому отправилась к самому безопасному месту — к солярию. Она легла на топчан, закрыв глаза. Как же здесь приятно. Как хорошо вновь оказаться на свободе, а не в закрытой каюте изолятора. Она вздрогнула от неожиданности, когда чья-то густая тень упала на нее. Подняв взгляд, она увидела знакомое лицо, почувствовала, как сильно у нее забилось сердце.
— Зачем вы пришли сюда? — мягко упрекнул ее Грег. — Здесь холодно, слишком ветрено.
Верити, стараясь не выдать волнения, небрежно пожала плечами.
— Мне нравится, когда капризничает природа. Так я острее ощущаю жизнь. — Грег поморщился от ее слов, но он стоял спиной к солнцу, и она этого не заметила.
— Верити…
— Что с тобой, Грег? — тихо спросила она. Ей так хотелось прикоснуться к нему, успокоить, утешить его. Она чувствовала, что он страдает и что эту боль ему причинила она, Верити. — Ах, Грег, — тихо извиняющимся тоном продолжила она. — Я вовсе не хотела приносить тебе такие страдания. Разве ты не можешь забыть о моем существовании?
Он вздрогнул, словно от удара плеткой. Нет, он не может этого сделать, особенно когда она смотрит на него широко раскрытыми глазами, такая нежная, такая уязвимая, незащищенная. Теперь он наконец понял мотивы ее поведения: она хотела защитить его самого. Он, конечно, мог бы выпалить ей сейчас, что ему все известно о ней, и потом только наблюдать, как она будет отдаляться от него, уходить в себя, как раненый зверь находит убежище в надежной норе. Но имеет ли он право портить ей этот круиз, который может стать последним…
— Ничего, не волнуйся, — сказал он отрывисто. — Просто хотел предупредить тебя, что погода портится. А ветер скоро задует во всю мощь. Не лучше ли тебе на самом деле укрыться от непогоды в помещении?
Верити медленно встала.
— Слушаюсь… капитан.
Грег молча наблюдал за тем, как она, резко повернувшись, быстро зашагала прочь.
Они сошли с прогулочной лодки и теперь с увлечением смотрели шоу, которое оказалось вполне приличным. Перед тем как пойти на танцы, они решили, что неплохо бы и подзаправиться горючим. В клубе было полно людей, сильно накурено, стоял обычный галдеж. Дэмон начал пробираться через толпу к стойке бара. Рамона следила за ним.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
