вегетарианка или, скажем, не ест курятину? От интенсивной работы у парня заболела голова. В итоге, когда очередь дошла до него, Рябин взял Шаталовой рулет с овощами и творогом, а себе – с рубленой говядиной. В крайнем случае, всегда можно было поменяться.
Тоню выбор парня вполне устроил. Она немедленно вгрызлась в тонкий лаваш зубами, и между ними на некоторое время повисло молчание. Даня не сводил со своей спутницы глаз, даже не ощущая вкуса рулета. О чем с ней говорить? Не о своих же школьных проблемах, ей Богу. Вся жизнь Даниила крутилась вокруг учебы и работы в компании отца. Он не мог ни рассказать Шаталовой анекдот, ни ввести ее в курс последних кинематографических новинок. Рядом с этой женщиной Рябин чувствовал себя тем, кем являлся на самом деле – мальчишкой, желторотым птенцом, у которого нет еще своих крыльев. И в то же время, раз она выбрала его, украла, взяла взаймы у мира, значит – он не просто юнец, так ведь? Значит, что-то Шаталова в нем рассмотрела такое, чего не видела в других. Еще бы знать, что именно…
– Извини.
– Что?
– За вчерашнее. – Тоня промокнула губы салфеткой и отпила чая. – Я была очень… занята, поэтому так ответила. Моя жизнь не так безоблачна, как может показаться. Но, думаю, благодаря такому ангелочку, как ты, в ней появится больше хорошего.
– Ничего. Я так и понял, – стараясь выглядеть беспечным, ответил Даня.
– Давай сразу проясним кое-что. Я в разводе, детей не имею, занимаю в фирме довольно ответственный пост. Из этого вытекает сразу три заключения. Первое: мне плевать на мнение окружающих, так что, будь добр – не заикайся больше о разнице в возрасте. Это глупо. Во-вторых, у меня нет никаких обязательств, и тебе не стоит беспокоиться, что можешь кому-то помешать. И наконец, я не всегда буду белой и пушистой, не всегда смогу вот так сидеть и болтать с тобой. Порой до меня невозможно будет дозвониться, порой я буду резкой и вспыльчивой. Знай: в этом нет твоей вины. Работа есть работа.
– Ничего себе, – Даня даже перестал жевать от такой отповеди. – Вы очень серьезно настроены.
– И еще, – не обращая внимания на тон подростка, продолжила Антонина, – перестань мне выкать. В данном случае это – не проявление уважения, а дурная привычка.
– Ладно, – тут Рябин был согласен. – Ты очень серьезно настроена. Я еще не сказал, что хочу встречаться.
– Оу, снова огрызаешься, – в противоположность своим словам довольно ухмыльнулась женщина. – Но что-то мне подсказывает, что скажешь. Так ведь, ангелок?
– В таком случае у меня тоже есть пара замечаний.
Даниил чувствовал, как бешено пульсирует кровь в его сосудах, как вместе с ней по телу разноситься адреналин. Он никогда не был из робкого десятка, но поняв, что вытянул козырную карту, совсем потерял контроль. И ему, черт побери, это безумно нравилось. Нравилось вот так смотреть на Тоню, в упор, как и она на него. Нравилось «тыкать» ей. Он сгорал от предвкушения чего-то большего, чего-то неизведанного, чего-то запретного. Этот день напоминал гору, и Даня, подобно камню, все быстрее катился по ее склону. Пан или пропал. Либо он испытает настоящее счастье, либо все кончится трагедией – Рябин был почти на сто процентов в этом уверен. Когда рядом такие женщины, как Антонина, третьего просто не дано.
– Валяй, – разрешила она.
– Первое: я тоже не Ваньку целыми днями валяю. Так что иногда мне будет не до тебя, – пошел в лобовую атаку подросток.
– Что еще?
– У меня есть родители и сестра. И они, в отличие от меня, предрассудков не лишены. Так что лучше перед ними не светиться.
– И мысли не было, – заверила Шаталова. – Меня мало интересует твоя семья. Но если что, не волнуйся. Я всего лишь твоя знакомая, не больше. Дальше, или это все?
– Перестань называть меня ангелочком.
Это было немного по-детски, но Даня не удержался. Он сразу вспомнил того пупса, чья фигурка украшала свежую партию пирожных. Теперь-то намек Тони был ясен, но терпеть подобное обращение парень не собирался.
– А как же мне тебя называть, если ты, и правда, похож на ангела? – одной фразой смешала подростка Шаталова. Всякую наглость как корова языком слизала. Даня в срочном порядке сунул в рот рулет, делая вид, что смертельно обиделся. А Тоня еще не закончила: – Уж прости, но как хочу, так и буду тебя называть. Считай это… твоей платой за обучение.
– Какое еще обучение? – прошамкал Рябин.
– Искусству любви, – без тени смущения ответила женщина, заставив будущего ученика подавиться кусочком говядины. Юноша закашлялся, а Тоня лишь звонко рассмеялась. – Господи, какая прелесть, ты так мило смущаешься!
Даниил едва справился с кашлем и тут же заикал. В такое неудобное положение его еще никогда не ставили.
«Она что, пытается меня совратить? – с ужасом подумал парень. – Вот так, откровенно, без всякого стеснения? И что мне-то делать прикажете?»
– Ты сумасшедшая, – только и смог выдохнуть он.
– Есть немного, – залпом допивая чай, подтвердила Тоня. – Придется тебе привыкнуть. Задержи дыхание, это должно помочь.
– Знаю. – Даниил сделал глубокий вдох, стараясь задействовать при этом диафрагму. Потом резко выдохнул. – Значит, я – штурман?
– Так и есть. Просто я-то не местная. Переехала в этот городишко всего пару лет назад, но все не было времени как следует его изучить. Три раза останавливалась, спрашивала, где находится твоя школа. Так что приходится полагаться на твои знания. Проведешь мне экскурсию?
– Боюсь, из меня получится хреновый гид.
– Да ну? Но любимые места у тебя имеются? – Шаталова попробовала подойти к задаче с другой стороны.
Подросток задумался. Он сам более-менее хорошо знал только два района. Тот, в котором прежде жил, и этот, где обитал всего около полугода. Но здесь не было ни одного примечательного объекта: ни памятников, ни красивых зданий, ни толковых развлечений.
– Любимым его назвать сложно, но да, есть одно место, – остановил свой выбор Рябин. – Правда, добираться до него далековато.
– Ничего, твоя задача указать, куда ехать, а рулить буду я.
– Ты была в «Парке пионеров»?
Мелкое несчастье
Символ левой руки. Сознательное игнорирование проблем или их преуменьшение. Также может означать непринятие помощи от других, излишнюю самонадеянность. Рисуется только теплыми оттенками, дабы побудить человека к действию.
3/8
Вика с Романом устроились на открытой веранде. К вечеру немного потеплело, ветер стих, сменившись полным штилем. Стулья из искусственного ротанга, круглый столик на изящных ногах – как продолжение гостиной, откуда они и переместились.
