Френк обошёл вокруг капсулы и остановился у двигательного отсека. Одна из дюз уцелела лишь наполовину. Он провёл перчаткой по гладкому, срезанному краю. Чужой трассер. Пока он гнался за интерсептором, ему зашли в хвост и врезали ракетой по кораблю. Потом задели трассером спасательную капсулу. Несильно, чуть-чуть. Лишь повредили край одной из дюз.
А дальше всё должно было идти по однозначному сценарию. Повреждённую дюзу разломало давлением. Капсула, потеряв устойчивость, устремилась к планете по баллистической траектории. Она уже не могла безопасно сесть лишь на одном двигателе и гасила скорость второй дюзой настолько, насколько хватало мощности. А затем пошла на аварийную посадку. Компьютерный интеллект корабля спас человеку жизнь, подставив под удар грузовой отсек. Антенны, кислород, аккумуляторы — всё было сплющено, разломано, вдавлено в грунт.
Всё это было сейчас где-то там, в широкой борозде, выпаханной в песке.
Он уныло похлопал по зеркальному боку спасшего его, но сейчас бесполезного корабля. Потом повернулся и пошёл прочь, в пустыню. Ничто не удерживало его больше у капсулы. Он жив, пока есть кислород. Он умрёт, когда кислород закончится. Исход был лишь один, и ничто не в силах было ему помочь.
Он шёл наугад, не запоминая дороги. Взобрался на очередной бархан, сел на самой вершине и стал бездумно вглядываться в горизонт.
На пустыню опускались лиловые сумерки. Редкие, высокие облачка, словно искры, полыхали в небе. Унылый ветер завывал и наметал вокруг скафандра маленькие барханчики. Френк шевелил перчаткой песок и смотрел, как ветер вырывает из-под ладони тонкие струйки пыли и уносит их прочь.
Сгустившаяся мгла скрыла человека ото всего мира. Лишь яркие звёзды сверкали над головой. Все эти звёзды на короткий миг принадлежали только ему. Он был здесь один — наедине с целой Вселенной.
Френк не знал, почему началась эта война. Лейтенант авиации Второго Галактического Флота, он, как и все, однажды услышал в новостях, что звездолёт-шпион неизвестной, явно враждебной цивилизации пытался проникнуть в зону обитаемого Космоса, но был уничтожен огнём патруля. Президент Галактического Совета выразил тогда восхищение доблестью и умелыми действиями пограничников. Но вскоре неведомо откуда у границ обитаемого Космоса появилась армада чужих кораблей.
Флот, где служил Френк, одним из первых вступил в боевые действия. Десять удачных вылетов, восемь уничтоженных кораблей противника. Он надеялся через пару месяцев получить очередную звезду на погоны. Одиннадцатый вылет. Одиннадцатый вылет подвёл итог его недолгой военной карьере. И жизни…
Безумно хотелось пить. Он невольно потянулся губами к мундштуку, но нащупал лишь пересохший пластик. Баллон с апельсиновым соком был пуст уже несколько часов.
Чтобы отвлечься от мыслей о воде, он встал и оглядел горизонт. Сейчас он и сам бы не смог сказать, где находится спасательная капсула. Ветер медленно, но целеустремлённо заносил его следы. Хотя на что ему эта пустая железная скорлупка?
Сверкающий на солнце песок слепил глаза. Вдали, сквозь марево раскалённого воздуха, Френк различил что-то тёмное. Скала или большой камень. Какая, впрочем, разница? Он спустился с гребня бархана и побрёл в том направлении.
Ноги по щиколотку увязали в мелком рыжем песке. Белое солнце жгло немилосердно. Система терморегулирования скафандра работала вовсю, но он не жалел потраченной энергии аккумуляторов. Зачем ему энергия, когда кислородный датчик вплотную подполз к трёхчасовой красной зоне?
Песок однообразно скрипел под ботинками. Бездумно, вяло переставляя ноги, Френк то поднимался на вершины барханов, то спускался в глубокие, но не несущие прохлады котловины. Он и сам удивился, когда, взобравшись на очередной гребень, увидел прямо перед собой недавнее тёмное пятно.
Это не было камнем, это не было скалой. Чёрный, покорёженный цилиндр космического корабля лежал по другую сторону гряды песка.
Ещё мгновение Френк, как громом поражённый, стоял на вершине, потом упал и скатился вниз, в ближайшую ложбину.
Его сердце стучало как сумасшедшее. Лишь минуту назад ему было всё равно, а сейчас он боялся. Боялся быть обнаруженным!
В инопланетном корабле могли быть воздух и вода. Мысль о воде сводила его с ума. Френк не знал, сможет ли он добыть её, но он не мог больше ждать.
Вдруг новая мысль поразила его. Что если всё это только мираж, бред подавленного сознания? Он выхватил бластер и, пригибаясь, вскарабкался обратно на гребень.
Корабль лежал перед ним как на ладони. Чёрный, надломленный цилиндр, покорёженные остатки крыльев. Из топливного отсека сочится на песок зелёная жидкость. Да ведь это сбитый им интерсептор!
Носовой отсек корабля отсутствовал начисто. Вместо него во все стороны торчали чёрные скрученные рёбра шпангоутов. Что-то тёмное шевелилось между ними.
Френк вгляделся внимательней, потом чуть не отпрянул обратно за бархан.
Никто не знал, как выглядят пришельцы. Никто до сих пор их не видел. На песке между обломками чернело что-то многорукое, трепещущее, будто клубок слизи.
Но чем дольше он всматривался в этот шевелящийся сгусток, тем в большее приходил изумление. Всё выглядело так, словно там, внизу, одна тварь старается проглотить другую. Будто чёрный зубастый мешок пытался сожрать кого-то другого.
Как его проинструктировали перед вылетом, по данным галактической разведки на планете не было развитых форм жизни. Только простейшие микроорганизмы. Хотя кто удосужился тщательно обследовать этот рыжий пустынный шарик? Наверняка облетели по орбите да убрались к другим мирам. Кто знает, какие твари могли здесь на самом деле обитать!
Судя по всему, этот дрожащий студенистый сгусток и был пилотом чужого интерсептора. Пилотом, труп которого сейчас пытается проглотить какой-то зубастый мешок.
Стоило переждать, пока эта тварь сожрёт чужого и, насытившись, уберётся восвояси. Воздуха наверняка хватит, чтобы успеть вернуться сюда позже и спокойно обследовать корабль.
Он уже собрался нырнуть обратно за бархан, когда тварь выплюнула пришельца и уставилась на Френка. По крайней мере ему так показалось, потому что зубастая глотка развернулась в его сторону.
Он отпрянул за гребень и скатился в ложбину, но тварь была уже на вершине. Переваливаясь на четырех углах, живой мешок вместе с грудой песка нёсся прямо на него.
Френк не глядя выпалил из бластера. Луч мощного импульсного лазера с шипением ушёл в песок, так как твари на том месте уже не было. Она стояла сбоку от Френка и медленно, словно задумчиво, покачивалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
