– Руку отдай, – сказал он, когда гуттаперчевые дети исчезли за кирпичной стеной.
Марс разжал пальцы. Осмотрел себя с головы до ног и матерно выругался. Чёрные вещи исчезли, на их место вернулась привычная школьная одежда. Джинсы, свитер и двуцветная болоньевая куртка, которую он тут же брезгливо скинул на землю.
– Небось, прихватил с собой сюрикен? – угадал Лазарь.
Марс перестал ощупывать карманы.
– Финку, – с неохотой признал он. – Как узнал?
– Не ты один такой умник. Думаешь, если бы сюда можно было протащить оружие, я бы не придумал, как прихватить с собой парочку «Дизерт-Иглов»? В инсон перемещается не физическое тело, а проекция. Так что, пока твоя проекция выбирает любовь, а не войну, можешь переодеваться хоть в Джона Рембо – здесь ты будешь оставаться школьником.
Марсен красноречиво выругался и отшвырнул ногой свою старую куртку подальше.
Лазарь сверился с часами – Яника уже давно должна была появиться. Вариантов могло быть три: либо она не прошла и осталась в комнате, любо прошла, но не до конца, и теперь застряла где-то посередине, либо прошла, но её забросило далеко от того места, где появились они с Марсом. Какой из вариантов верный станет известно, когда к ним присоединится Дара. Но третий вариант Лазарь мог проверить и сам.
– Слушай внимательно и впитывай, – обратился он к Марсу. – В команде главный я. Все мои приказы выполнять беспрекословно и незамедлительно. Соображать быстро. Проявлять умеренную инициативу и помнить, что она всегда наказуема. Вопросы?
– Никак нет, сэр, – отрапортовал Марс, зачем-то соединив в одной фразе уставной солдатский ответ и забугорное «сэр». Лазарь знал, что для строптивой натуре мальчишки такие инструктажи, как амброзия для аллергика, а значит, ему действительно важно быть здесь, раз он всё-таки надавил на горло своей гордости.
Лазарь прижался спиной к стене и осторожно выглянул за угол. Гуттаперчевые дети по-прежнему занимались своими бесполезными делами. Между двумя мальчишками на лавочке завязалась шутливая борьба. Младшаки на велосипедах затеяли игру в догонялки. Маленькая девочка с огромными бантами в косичках задумчиво наблюдала за спящей на заборе кошкой, выдувая шар из чуингама. Ни Яники, ни Энуо видно не было. Сейчас не помешала бы помощь Сенса, но тот, как назло, куда-то запропастился.
– Надо выяснить, где живёт мальчик, – сказал Лазарь, одним глазом сканируя перекрёсток. – Это явно где-то поблизости.
– И как узнать? – прошептал сзади Марс.
– Можно спросить у вон тех озорников.
– А если они... ну, ты знаешь.
Лазарь повернулся к Марсену и криво ухмыльнулся:
– В вашем ниндзюцу учат быстро бегать?
Марс ответил похожей ухмылкой:
– Ну, пошли.
Лазарь сделал шаг из укрытия, но был остановлен Дарой, рявкнувшей в ухо:
«Стоп! Назад!»
Лазарь отпрянул обратно за угол. И всё же успел заметить, как девочка с жевательным шаром повернула голову в его сторону. Шар лопнул, рот залепило розовой плёнкой. Возможно, у него разыгралось воображение, но ему показалось, что глаза девочки уставились прямо на него. Два чёрных пулевых отверстия на обесцвеченном смертью лице.
– Какого чёрта так долго! – набросился он на Дару. – Где Яника?
Дара только усмехнулась в ответ:
«Посмотри через дорогу».
Лазарь посмотрел. Над зубцами одного из заборов взметнулось облако медно-рыжих волос и тонкая рука, призывно махнувшая ладонью. Судя по высоте забора, Янике пришлось подпрыгнуть.
Сердце Лазаря сжалось от восторга.
– Это то, о чём я думаю?
«Она настоящий снайпер! Высадилась прямо во дворе у мальчишки!», – не скрывая восхищения в голосе, подтвердила Дара. – «Знаешь, такая точность не каждому дана».
Она права. Одно дело – появиться там же, где оставил свою проекцию в последний раз, и совсем другое – идти по следу чужой проекции. Одна промашка – и можешь очнуться на дне колодца или силосной ямы. Такому ни научить, ни научиться нельзя. Всё зависит от одарённости Бегуна.
– Как мы туда доберёмся? – спросил Марс. – Просто пойдём по дороге?
– Эта идея больше не кажется мне удачной, – ответил Лазарь, вспоминая лицо девочки, заклеенное жевательной маской от подбородка до носа, и два круглых отверстия над ней.
Копна рыжих волос и вытянутая рука снова мелькнули над забором и тут же исчезли.
– Дара, скажи Янике, мы её видим. Пускай откроет калитку, когда подойдём. Готов, Малой?
– Угу.
– Хорошо. Держись рядом. Мы пойдём спокойно.
Как только они вышли на перекрёсток, детский гомон стих. Лазарь старался не смотреть по сторонам. Он устремил взгляд на зелёную калитку, за которой его ждала Яника, мысленно повторяя: «это светлая зона, светлая зона, светлая зона», и медленно шёл к намеченной цели. Он не видел, но знал – гуттаперчевые дети провожают их взглядом. Они бросили свои занятия и молча следили за незнакомцами до тех пор, пока они с Марсом не перешли на другую сторону дороги. Потом весёлый шум возобновился. За спиной у Лазарь Марс облегчённо вздохнул.
Яника приоткрыла калитку и манила их рукой. Они юркнули во двор, дверь закрылась.
Двор был стандартный, в шесть соток, две трети которых занимал огород, давно заброшенный и поросший бурьяном. От калитки и до крыльца вела коротенькая тропинка из битого кирпича. Узкий дворик вмещал две лавки и стол. Каркас из проржавевших металлических прутьев над головой увивали побеги давно усохшего винограда, который почти не давал тени.
Яника преградила Лазарю путь.
– Неплохая посадка, – одобрительно кивнул он в ответ на её счастливую улыбку в тридцать два зуба. – Какие впечатления?
Яника засияла ещё ярче – казалось, она только и ждала вопроса.
– Сначала мне показалась, что я действительно в кроличьей норе! – принялась с жаром объяснять она. – Но потом поняла, что это вовсе не нора, а цилиндр фокусника... но как бы на боку, понимаешь? Я падала в него к белому кролику, только это было горизонтальное падение. Я как бы парила над землёй, а сама только и думала: не зацепиться бы за подкладку.
– А мне показалось, мы в трубе пылесоса, и нас засасывает с дикой силой, – простодушно влез Марс, враз уничтожив весь поэтизм.
Улыбка улетучилась с лица Яники с той стремительностью, как это удавалось только ей.
– Надо бы парня в аквапарк сводить, – заметил Лазарь. – Кстати, если Дара не ошиблась, и мы действительно во дворе у парнишки, то Яника у нас просто шляпных дел мастер.
«Дара не ошиблась», – откликнулась Дара. – «Мальчишка в доме, я видела в окно. И, похоже, не один».
Лазарь поднялся на крыльцо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
