— Лартиг убит! — сказал Бюсси-Леклерк. — Какой-то негодяй проткнул его насквозь.
— Мне так и сказали, — спокойно произнес Моревер. — Только я выхожу из дома, где жил бедный Лартиг, как вижу растреклятого Пардальяна собственной персоной! Он въехал в город через Монмартрские ворота и скачет по улице, как ни в чем не бывало. Я еле сдержался, чтобы не наброситься на него прямо на глазах у прохожих. Но потом решил, что такая дичь по праву принадлежит не только мне… Я тут же забыл про Лартига и кинулся к вам… А кстати, может, и убийство Лартига — дело рук Пардальяна? Он же поклялся истребить всех верных слуг вашей светлости!
Герцог даже зубами заскрежетал. Подумать только, этот наглец Пардальян среди бела дня заявился в Париж! И даже не прячется!
— Монсеньор, следует поторопиться! — настаивал Моревер, забыв об этикете.
В этот момент в зал вошел лакей и доложил:
— Ваша светлость, пришел человек с важным посланием от принцессы Фаусты.
Моревер в страхе попятился. Если герцог узнает о его переговорах с Фаустой, он погиб! По знаку Гиза лакей ввел посланца Фаусты в кабинет.
— Говори! — приказал герцог.
— Монсеньор, принцесса Фауста сегодня утром выехала из Парижа по какому-то делу. Как обычно, по пути ее следования заранее были расставлены слуги — на тот случай, если принцессе понадобится что-нибудь приказать.
— Неплохая привычка, — заметил Гиз. — Надо бы и мне ее перенять.
— Мой пост был у Монмартрских ворот, — продолжал слуга (тут Моревер насторожился). — Я видел, как принцесса вернулась в город. Естественно, я своего поста не покидал. Когда карета проезжала мимо меня, окошко приоткрылось и к моим ногам упала записка. Кроме того, я услышал слова: «Во дворец герцога де Гиза!.. « И вот я здесь, монсеньор, примите, пожалуйста, послание.
Гиз торопливо развернул записку и прочел следующее:
«Окружите Ситэ: Пардальян направляется туда. Ф.»
— Черт возьми! — воскликнул герцог. — Ты был прав, Моревер! Сегодня поохотимся, господа!.. Бюсси, возьмешь в тюрьме Шатле сотню человек, пятьдесят поставишь у моста Нотр-Дам, а пятьдесят — у Малого моста. Менвиль, ты отправишься с сотней солдат из Арсенала, пятьдесят человек пусть охраняют мост Сен-Мишель, а остальные пятьдесят — мост Менял. Моревер, ты возьмешь сто человек из охраны Тампля: пятьдесят к Новому мосту, пятьдесят — к мосту Коломб. Я заберу всю свою охрану, и мы встанем напротив Собора Парижской Богоматери. Негодяй отправился в Ситэ! Что ж — он оттуда не выберется! Я готов разнести на куски весь остров, но господин де Пардальян от меня не уйдет! Моревер, потом вернешься к собору, доложишь о своем путешествии в Блуа.
Моревер, Менвиль и Бюсси-Леклерк бросились выполнять приказ. Через пять минут герцог де Гиз выехал из ворот дворца. За ним следовал отряд в шестьдесят всадников. Приехав в Ситэ, герцог приказал своим людям рассредоточиться и охранять мосты до прихода основных сил. Меньше чем через час все мосты Ситэ были надежно перекрыты. Гиз со свитой расположился напротив Собора Парижской Богоматери, как раз рядом со зданием парламента. В парламенте очень перепугались, решив, что герцог явился разогнать высшую судебную инстанцию Парижа, и на всякий случай забаррикадировались.
Как известно, парламент и герцог де Гиз друг друга недолюбливали.
Глава XIX
ОБЛАВА В СИТЭ
Итак, герцог де Гиз привел в Ситэ четыреста человек для того, чтобы изловить одного. А что же делал в это время шевалье де Пардальян, невольно послуживший причиной такого переполоха?
Пардальян пересек весь Париж, сопровождая карету Фаусты. Въехав в Ситэ и остановившись у мрачного дома с железными воротами, шевалье спешился, подошел к экипажу и подал принцессе руку. Фауста, едва прикоснувшись к ней, легко спрыгнула на мостовую. Шевалье ударил дверным молотком, и звук удара гулко прокатился по огромному дому. Пардальян вздрогнул — этот звук вызвал у него очень неприятные воспоминания. Дверь открылась, и Фауста внимательно взглянула на своего провожатого.
— Может, зайдете, передохнете немного у меня? — предложила она.
На какое-то мгновение Пардальян заколебался — так ему хотелось бросить вызов Фаусте и зайти к ней. Но потом он вспомнил отвратительную железную сеть и решил, что лучше поостеречься.
— Сударыня, — вежливо ответил шевалье. — Я уже видел ваш великолепный дворец. Полагаю, ничего нового меня там не ожидает. Кроме того, со мной однажды приключилась пренеприятная история… тут, недалеко, в одном из домов Ситэ… С тех пор я очень боюсь запертых дверей, даже сплю исключительно под открытым небом!
— Надеюсь, что хотя бы под открытым небом вы чувствуете себя в полной безопасности, — заметила Фауста.
Пардальяну показалось, что она пытается его задержать и почему-то не хочет входить в дом. Он искал повод, чтобы попрощаться.
— Что мне делать с лошадью? — спросил шевалье. — По-моему, она принадлежит кому-то из ваших слуг.
— Оставьте ее себе, на память о нынешнем дне.
Пардальян покачал головой, привязал лошадь к коновязи и ответил:
— Нет, сударыня. Я беден, у меня нет ни дома, ни конюшни. Один конь у меня уже есть, а второго я не смогу прокормить. Так что, сударыня, позвольте откланяться…
— Я вас не задерживаю, — ответила Фауста. — Прощайте, шевалье де Пардальян! Бог отблагодарит вас…
Пардальян поклонился, а Фауста исчезла за дверью. Пардальян вздохнул с облегчением.
— Мне все время казалось, что она вот-вот на меня набросится! — пробормотал шевалье. — Что-то я стал очень подозрителен… Я же ей сегодня жизнь спас, так зачем ей убивать меня? Я, конечно, был с ней не очень-то вежлив… но я и не придворный щеголь!
Пардальян неторопливо брел по берегу Сены и вскоре оказался рядом с мостом Нотр-Дам. Оказался он там как раз в тот момент, когда офицер расставлял на подступах к мосту своих солдат. Шевалье заметил, что мост перегораживают цепями.
— Это еще что такое? — удивился шевалье. — Хотел бы я знать, что тут творится…
Он свернул налево и оказался на улице Жюиври, где увидел, что и с этой стороны мост Нотр-Дам тщательно охраняют. Пардальяну, правда, не пришло в голову, что ловят именно его. Но солдаты, что несли охрану, были в мундирах с гербом Лотарингского дома, и шевалье резонно решил, что с вояками Гиза ему лучше не связываться.
«Ничего страшного, пойду к Университету через Малый мост», — подумал шевалье.
Но и Малый мост уже был перекрыт цепями.
— Черт! — выругался Пардальян. — Не хотелось бы весь день проторчать в Ситэ… Мне нужно попытаться отыскать господина Моревера — чего доброго, он расстроится, что наша встреча не состоялась…
