решительно. – Может, если её нормально одеть, и сделать прическу в хорошем месте, станет покрасивее. А сейчас… – он махнул рукой. – Ну, это твоё дело, конечно. Хотя ты мог бы найти себе и лучше.
– Сей, отвяжись, – попросил Амрит. – Я пока никого не нашел, ни лучше, ни хуже. Просто она мне немного понравилась.
– Ну, если это называется «немного», то ладно, – Сей засмеялся. – Пошли, ещё позанимаемся. С этой компанией не удалось.
– Почему не удалось? – удивился Амрит. – Из всей компании потенциально нам годится именно она, Иринка. Потому что она умеет чувствовать, и она необычная.
– Думаешь? – Сей замедлил шаг. – Давай на неё потом ещё посмотрим, хорошо? Мне так не показалось, и я считаю, что она нам не подходит.
– Почему не подходит? – нахмурился Амрит.
Новое, незнакомое чувство. Обида? Он сейчас обиделся на Сейя из-за того, что тот сказал такие слова о девушке? Что-то новое. Раньше он ничего подобного не чувствовал.
– Потому что не подходит, – Сей остановился, огляделся. – Пойдем, посидим, я объясню. Девушки нам нужны, но они должны быть красивые и умные. А она и не красивая, и не умная.
Амрит замедлил шаг, и зло глянул на Сейя.
– Она красивая, – упрямо повторил он. – На счет ума не знаю. Но мне она дурой не показалась.
– Значит, всё серьезно, – Сей всё еще безмятежно улыбался. – Идём, идём, всё равно, поговорить надо. И, видимо, не здесь.
…Девушек сопротивление использует, говорил Сей, и вполне определенным образом – они шпионки. Они могут втереться в доверие к кому-то, могут собрать информацию, могут узнать что-то, что не сумеет узнать мужчина. Поэтому к девушкам всегда особые требования. Может быть, эта твоя Иринка и ничего, симпатичная, но подумай сам – кто на неё поведется, чтобы сразу? Вот Нина, например, подошла бы. Но только по внешности, для сопротивления она умом не вышла.
– Только как шпионки? – задумчиво спросил Амрит. – Почему?
– Потому что кем еще может быть девушка? Бойцом? Такие тоже встречаются, но редко. Это обычно спортсменки, причем настоящие, не любители, – ответил Сей. – Иринка эта твоя уж точно не из спортсменок. Она хиленькая какая-то. Ручки тонкие, ножки тонкие, волосики жиденькие. Не обижайся только, я говорю непредвзято, Ами, говорю, как её вижу я, со стороны! Может быть, она и хорошая, и добрая, и глаза у неё необычные, но нам она не подходит, повторяю.
– Ладно, – сдался Амрит, наконец. – Значит, не подходит. Мне всё равно.
– Поведешь её гулять?
– Да, поведу, – Амрит отвернулся. – И хватит об этом. Давай, учи дальше, раз уж мы здесь.
* * *
Искать самолётик Амрит отправился через двое суток – не было времени. Сперва тренировка, на этот раз в вирте, с прямой трансляцией, потом учёба, потом – вернулась почти на сутки домой Джессика, да ещё и в компании Карины. Все эти двое суток Амрит ждал, что Иринка объявится, но она так и не вызвала, хотя найти его было проще простого, хотя бы потому что второго Амрита на радиусе просто не существовало, с этим именем он был один. Двое суток ожидания – и возможности взять корабль, и вызова – сделали Амрита злым и раздраженным, он даже умудрился наорать на яхту, пока она шла привычным маршрутом к нужному месту. Кажется, система яхты на него обиделась, хотя вида не подала.
Самолетик, к радости Ами, отыскался быстро, и это был самолет от Яна, точнее, от двоих братьев сразу – последнее время они всё чаще стали отправлять по одному самолётику, чтобы он не тратил время на поиски. Прочесть письмо Амрит решил прямо в корабле, потому что, как он справедливо предположил, дома для этого не будет ни возможности, ни времени. Завтра снова на учёбу, потом тренировка, потом…
– Так, – одернул он сам себя. – Хватит этих мыслей. Ну-ка, что там?
«Амрит, у нас случилась беда. Мы не знаем, как это произошло, но мы попали в драку, и сильно избили Комара и его товарищей. Мы не понимаем, как это получилось, потому что мы тощие, а они больше и тяжелее нас…»
– Что? – растерянно спросил он.
«Мы сейчас под следствием, и нас теперь все ненавидят. Амрит, мы не знаем, когда сумеем написать в следующий раз, и сумеем ли вообще это сделать. Поэтому сейчас расскажем тебе про Систему, и про то, что у нас получилось. Если мы больше не напишем вообще, это будет означать, что нас убили. Поэтому мы хотим тебе сказать, что мы в той драке не были виноваты, это как-то само вышло, мы даже не поняли, как мы вообще их били, мы же оба драться не умеем совсем. Просто запомни, что мы не виноваты, хорошо? Для нас это важно. А теперь я расскажу, как мы здесь собирали Систему, из чего она состоит, и что может делать. Почему-то это тоже важно, я чувствую, да и Пол об этом просил. В Системе есть элементы разного цвета, и разного звучания, они расположены в определенном порядке, и, если дотронуться до одного из них, Система отвечает – вся, то есть начинают действовать все предметы разом. Я там дальше нарисую, и всё подробно расскажу. И вот чего. Ты пока письмо в ответ не отправляй, тут везде ходят следователи и ещё кто-то, мы даже не знаем, кто они, но если эти самые они найдут самолётик, нам точно конец. У вас там, наверное, такие тоже есть. Они странно пахнут, у них плохой запах. Остерегайся тех, у кого плохой запах, понял? Они пахнут, как гнилой творог и как тухлая груша. Амрит, спасибо тебе за то, что стал нам другом и рассказал о книгах. Мы очень тебе благодарны. Пол и Ян Фламма. Написано Яном». Дальше следовала довольно сложная схема, с пометками и пояснениями, но Амрит на схему не смотрел, он сидел, ошарашенный, сжимая письмо в руке, и ничего не понимая. Драка? Следователи? Схема? Что там вообще происходит, какой неприятный запах, почему надо остерегаться?
– Не понимаю, – пробормотал он чуть слышно. – Как же так…
Ответом ему была лишь тишина.
– Откуда мне знать, как пахнет тухлая груша?
Он принялся складывать письмо – уже не как самолетик, а просто пополам, потом
