Васса торопилась. Сердце билось где-то под горлом. Она цеплялась за людей, пробираясь против потока, пока не увидела его. Карстан Оннад стоял в стороне и направлял людей, бежавших прочь от пожаров. Его черные с проседью волосы трепал ветер, а сосредеточенное лицо словно сбросило маску старости. Девушка сбавила шаг. Ею вдруг овладело неестественное спокойствие. Она знала, что ей не страшны ни князья, ни огонь. Она подобралась близко, почти вплотную, как невидимая тень, и откашлялась.
— Князь Оннад, — мелодично позвала она, словно собираясь пригласить на танец. Князь обернулся и злобно сверкнул глазами.
— Отправляйся в тоннель. Сейчас же. Кыш!
— Сперва Вы назовете мне имя того, кто был спрятан в древе, — расплылась в улыбке девушка. Князь застыл, смеряя ее холодным взглядом.
— Брысь отсюда. Быстро. Захвати пару малых и уводи их.
— Я никуда не пойду. И вы не пойдете, если не скажете, — усмехнулась она. Карстан взглянул на нее недоверчиво, а затем просто отвернулся. Продолжил направлять пробегавших мимо людей. Васса вспыхнула от злости. — Я все еще здесь!
— Либо приноси пользу, либо уходи, — отозвался мужчина. — Я ничего не знаю.
— Ой ли…? — усмехнулась девушка и бросилась на него, как дикая кошка. Повисла на руке, вцепившись пальцами в голую кожу. Она впилась взглядом в его глаза и повторила вопрос. Карстан побледнел, сжал губы, клацнул зубами, пытаясь сдержать рвавшиеся наружу слова. Васса еще сильнее сжала его руку, по буквам выдавливая имя. В небе эхом отозвался грохот еще одного взрыва.
***
Куно стоял неподвижно. Скованный, будто запертый в собственном теле. Мир вокруг подернулся плотной дымкой, из которой то и дело выныривали знакомые лицы, отзвуки слов. Он не чувствовал ни холода, ни страха. Все ощущения в нем словно выжглись изнутри. Как расходился в небе трещинами волшебный барьер, защищавший Север множество столетий, так и в нем таяло то, что когда-то было им самим. Сила, которую он носил в себе, которую он (думал, что) приручил, взметнулась вверх и вширь, она распирала его, уничтожая все, что ей мешало. Она плескалась в нем, как океан. А Куно только и мог стоять, упираться каждой клеткой своего тела в попытках сохранить контроль.
На секунду его взгляд прояснился, он увидел продвигающуюся по улицам толпу. Сперва он хотел улыбнуться, но в отсверках огней блеснули мечи. Впереди них шел гигантский скальный лев, а за ним, еле передвигая ноги, плелся старик, укутанный во множество платков и одеял, так что на холодном воздухе оставалась только костлявая рука с длинными пальцами. Из-под тугого капюшона показалось лицо мумии, тонкие губы растянулись в улыбке.
— Ма-а-альчик. Как бы ты ни был талантлив, она тебе не по зубам, — покачал головой Ланс. Он огляделся по сторонам и довольно прикрыл глаза. — Напоминает мне старые времена, когда Север полнился чародеями. Но вам с ними все равно не сравниться. Древние ни за что бы не стали спасаться бегством и прятаться за спину человеческой девчонки. Пусть и умненькой.
— Сколько можно трындеть? — рыкнул скальный лев. Он оттолкнулся от земли и встал на задние лапы, на ходу перевоплощаясь в Ирвина. Белесые шрамы тянулись через бровь до самого уха. В глазах застыло нетерпение. Ланс поцокал языком и сделал шаг в сторону Куно.
— Отдай, — прошелестел он. Куно развел руками и покачал головой.
— Отдай, — с нажимом повторил Ланс, сжимая его плечо. Куно вскрикнул. Магия внутри обожгла, прорываясь к хозяину через кости и плоть.
— Я не знаю имени, — пробормотал Куно, чувствуя подкатывавшую к горлу тошноту. Ланс ухмыльнулся и щелкнул пальцами. Солдаты Ирвина вывели из переулка перебиравшую ногами Вассу. Растрепанная, с застывшими в глазах слезами, она рухнула на снег между двумя мужчинами. Губы дрожали, сдерживая рвавшийся наружу плач.
— Не трогай… — заговорил было чародей, но Ланс предупреждающе цокнул языком и схватил девушку за подбородок.
— Я всегда считал правдовидцев тупиковой ветвью эволюции магов, правда-правда. Где это видано, из всех возможных даров им достался один сомнительный талант и обязанность все время говорить правду. Но они оказались очень живучи и полезны, если дать им правильную цель. Да, моя славная крошка? — он погладил ее по щеке. Васса слабо, испуганно улыбнулась. — Для них нет никаких преград вроде лжи или блефа. Так скажи мне, старый принципиальный князь сказал, как меня зовут?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Васса кивнула и шепотом произнесла:
«Дарий».
— Да-рий, — протянул старик, смакуя каждую букву. Глаза блаженно закатились. Куно почувствовал, как ему перехватывает дыхание. Вся магия в его теле устремилась к старику, откликаясь на имя, как на зов. Он осуждающе взглянул на Вассу.
— Ты правильно думаешь, мальчик мой. Она мне помогала. Такая очаровательная юная леди. Но теперь от тебя зависит, будет она жить дальше или ты пожертвуешь ей? Отдай мне силу по-хорошему, и она будет жить. Не захочешь — она умрет, потом я вытащу из тебя свою силу, но прежде выну из твоего щуплого тельца все жилы и выпью всю кровь, как в старые добрые времена.
Куно задрожал. Одна его часть страстно желала, чтобы все это закончилась, а другая отчаянно цеплялась за древнюю силу, как вор, ни в какую не желающий расставаться с добычей. Он бросил усталый взгляд на Вассу. В ее глазах был непроницаемый холод и гордость. Она была довольна собой и даже не пыталась этого скрывать. Солдаты Ирвина расступились, отошли на несколько шагов, закрывая собой князя.
Чародей кивнул и протянул Лансу руку. Тот кивнул и хищно вцепился в его ладонь. Прошипел: «Повторяй за мной. Дарий… пожиратель хаоса, наставник и учитель… возвращаю тебе то, что по праву твое и освобождаю тебя»
Непослушные замерзшие губы слабо шевелились, язык неохотно выталкивал в морозный воздух нужные слова. Тело пробила дрожь, голову пронзила боль. Над головами, застилая небо, вился дым, а в нем плясали искры. «Интересно, — подумал вдруг Куно. — Что стало с людьми Кайриса?» Он пытался напрячь слух, чтобы услышать пульсацию их сил в реве огня, но его тело, безупречный инструмент магии, изменило ему. Он чувствовал себя бессильным. Пустым. Голову словно набили ватой.
«Сконцентрируйся», — одернул его Дарий. Куно заглянул ему в глаза и оторопел. Вместе с силой к Дарию вернулся и облик. Он в целом походил на человеческий. Кожа разгладилась, пропала стянувшая дряхлое тело сеть морщин, куцые пряди отпали, а на их месте появилась густая шевелюра. Глаза сверкали, как молнии, а кожа, до этого бесцветная, как бумага, словно напиталась смолой. Дарий даже как будто прибавил в росте, или Куно так только показалось, потому что его ноги в ту же секунду подкосились и он рухнул на снег.
Наблюдавшая за этим Васса встрепенулась.
— Хватит! — вскрикнула она. Дарий перевел искрящий сытый взгляд на нее, обнажил белоснежные зубы в улыбке. Он медленно разжал пальцы, позволяя чародею осесть на землю. По лицу Куно растеклась слабая улыбка, словно закончилась борьба, продолжавшаяся в нем день и ночь. Он перевел тяжелый взгляд на Вассу. Та вышла вперед, встала между ним и Дарием.
— Ты получил, что хотел, — уверенно проговорила она. Смелая, как никогда в жизни.
— О, да, — цокнул языком дух и снова схватил Вассу за подбородок, привлек к себе для жаркого и жадного поцелуя. Так человек, потерявшийся в пустыне, делает первый глоток воды. Но через секунду Дарий отшатнулся и отвращенно поморщился. — Ладно, будет время поразвлекаться потом. Пора воздать всем должное.
Он хлопнул в ладоши и оглядел собравшихся, как фокусник перед представлением.
— Начнем, пожалуй, с правдовидицы. Если бы не она и ее бесполезная сила… — мурлыкнул он. — Ты желала, чтобы тебя видели, чтобы запомнили, чтобы ты была самым ярким воспоминанием. Что ж…
Он хлопнул в ладоши. В воздухе заплясали вспышки, кожа Вассы заискрилась. Девушка уставилась на свои руки, растопырила пальцы, оглядывая их со всех сторон.
— И что мне прикажешь с этим делать? — нахмурилась она. Но Дарий только шире улыбнулся.
