В 1946 году изучением научно-технических достижений Германии занимались высококвалифицированные специалисты из 52 министерств. По состоянию на 1 декабря 1945 года их насчитывалось 9 323 человека. Правда, к 1 августа 1946 года их число сократилось до 5076 человек. Они организовали более 200 технических бюро, в которых было занято около 8 тысяч специалистов и 11 тысяч рабочих, и около 50 экспериментальных цехов и лабораторий. В итоге их работы в соответствующие советские министерства было направлено свыше 3 тысяч законченных научно-технических работ, опытных образцов двигателей, приборов, металлорежущих станков, электромашин, мотоциклов и др. Многое из доставленного демонстрировалось на Выставке германской техники, устроенной в Москве[458].
Контроль и руководство основной группой советских научно-технических организаций осуществлялся уполномоченным Особого комитета, состоящего из технического отдела и ученого совета. Однако руководство комитета считало, что должный контроль над немецкими исследованиями из-за недостатка высококвалифицированных специачистов отсутствовал в то время. Руководители советских предприятий и научно-исследовательских учреждений неохотно отпускали своих специалистов, считая их командировку в Германию напрасной тратой времени.
Между тем, прибывшая в июне 1946 года в Берлин группа советских ученых и инженеров энергично взялась за работу: Перед ними были поставлены следующие задачи:
— изучение достижений немецкой науки и техники, которые можно будет использовать для народного хозяйства СССР;
— привлечение и использование немецких специалистов и ученых для разработки новейших проблем науки и техники, а также доработка работ, начатых ранее, но прерванных после капитуляции Германии;
— контроль за работой научно-исследовательских институтов, конструкторских бюро, технических обществ, лабораторий и отдельных специалистов с целью недопущения возрождения военного потенциала;
— решение вопросов, связанных с развитием изобретательства. Их решение началось в августе 1946 года.
За год деятельности в Берлине советскими органами науки и техники была проделана следующая работа:
— привлечен ряд немецких специалистов для решения отдельных важных научно-технических проблем (профессор математики Рорберт, специалист по твердым сплавам Улькан и др.). За 1946—1947 годы только бюро науки и техники в Берлине осуществило 16 разработок научных проблем, результаты которых были переданы советским научно-исследовательским организациям;
— взято на учет 71 научно-техническое бюро.
В берлинском районе Далем до капитуляции находилась секретная лаборатория, работавшая над расщеплением атомного ядра. Там, в центре атомных исследований работал доктор О. Г. Хан — виднейший ученый-атомщик, ученик М. Планка. Многие его сотрудники оказались в руках советских властей и были вывезены в Москву. В частности, под руководством П.Л.Капицы работали профессора Герц и Арден[459].
О результатах их работы (авиационная, атомная и ракетная тематика) уже было рассказано ранее. Кроме поисков документов и специалистов, они подбирали необходимое оборудование. Однако для реализации добытых технологий требовалась соответствующая производственная база. А как раз ее в Советском Союзе и не было. Во-первых, поступление нового оборудования из Германии прекратилось в июне 1941 года, но немецкая промышленность, несмотря на войну, все эти годы активно развивалась. Во-вторых, существовавшие станки были изношены в результате сверхнагрузок, либо уничтожены (бомбежки, эвакуация, оккупация и т. п.). В-третьих, началось восстановление народного хозяйства. Многочисленным заводам и фабрикам срочно требовалось оборудование, а его в СССР не могли производить из-за отсутствия необходимых производственных мощностей. Поэтому его срочно ввозили из-за рубежа.
Например, в мае 1945 года началось строительство крупнейшего в Сибири химического комбината. Он располагался у впадения в Ангару реки Китой. Все оборудование для него было вывезено из Германии. Сначала этот объект именовался «Китайский исправительно-трудовой лагерь» (в переписке он фигурировал как п/я ВМ-16), а с 1951 года получил статус города и имя Ангарск. В 1955 году химический комбинат был пущен. Десять лет — уникальный срок для возведения такого гигантского объекта[460].
Оценить эффективность такого способа строительства, даже спустя полвека, сложно. Мнения специалистов расходятся. Одни утверждают, что оборудование до места назначения доходило разбитым, его бросали и оно постепенно ржавело и разрушалось. Обычная российская бесхозяйственность. Поэтому и было решение организовать производство непосредственно на территории Восточной Германии, которая контролировалась советскими войсками.
Сторонники другой версии утверждают обратное. Вывезенное оборудование быстро монтировали, но из-за отсутствия квалифицированных кадров и невозможности их быстрой подготовки, оно простаивало.
В марте 1946 года состоялось специальное совещание, на котором присутствовали маршал Жуков, специалисты из советской военной администрации и делегации из ряда министерств, а также представители восточногерманских деловых кругов. На этом совещании рассматривались «трудности советской репатриационной программы» и говорили об ускорении выпуска подъемных кранов, без которых невозможно было восстанавливать советские города.
Еще одна проблема, которую активно обсуждали на этом мероприятии, — несогласованная работа отдельных советских ведомств. Многие директора заявляли о том, что приказы, исходившие от советских чиновников, противоречили друг другу. Часто бывало так, что указание о демонтаже оборудования приходило уже после того, как наладили производство. Один из заводов, например, начал выпуск продукции для репатриационной программы, используя сбереженные станки, уцелевшие после демонтажа, и был вынужден отдать их[461].
Решение о начале массового демонтажа и вывоза оборудования было принято в мае 1945 года. При этом решили начать с Берлина. Всего с марта 1945-го по март 1946 года ГКО и другими высшими органами Советского Союза было принято 986 различных постановлений, относящихся к демонтажу 4389 предприятий, в том числе 2885 из Германии, 1137 немецких предприятий из Польши, 206 из Австрии, 11 из Венгрии, 54 немецких предприятий из Чехословакии и 96 из Китая (Маньчжурия)[462].
Кроме оборудования вывозились и наиболее интересные образцы техники. Например, в 1945 году в СССР было отправлено 89 образцов наиболее интересных сельскохозяйственных машин общей стоимостью 64 тысячи марок. А с августа 1945 по 10 января 1947 года репатриационные органы приобрели 1333 образца сельскохозяйственных машин и оборудования общей стоимостью 194 тысячи марок[463].
Несколько промышленных объектов, которые были задействованы в атомной программе СССР, располагались на территории Германии. Например, предприятие «Висмут», занимавшееся добычей урана. А еще химический завод концерна «И. Г. Фарбен индустри» в Биттерфельде, где выпускался очищенный кальций. Это вещество использовалось при производстве урана-235. А на заводе Тева в Ньюштадте производилась никелевая сетка.
Поскольку многие фирмы, снабжавшие своей продукцией «Висмут» и другие предприятия, стали акционерными обществами при Главном управлении советской собственности в Германии, то пневматические молоты, специальные шахтерские лампы и морозильные испытательные камеры, которые они поставляли «Висмуту», сразу же оправлялись в СССР. То, что немцы не могли достать в советской зоне, запрашивалось через западногерманские фирмы. Например, завод в Биттерфельде нуждался в вакуумных насосах и специальной атомной стали, и это было заказано в Западной Германии[464].
Оценить объем полученных Советским Союзом запрещенных к экспорту в СССР технологий крайне сложно. Хотя известно, что в результате совместной операции западногерманской контрразведки и ЦРУ в конце 40-х годов было блокировано 400 контрактов, арестовано 800 посредников и нанесен ущерб этому бизнесу — контрабандным поставкам технолоий и оборудования в СССР — в размере 800 миллионов марок. Хотя это была только вершина айсберга[465].
Порой с трофеями были связаны различные экзотические истории.
Например, по сообщениям красноярской газеты «Очевидец», в первой половине февраля 1945 года двое охотников нашли в якутской тайге в районе Верхневилюйска странную повисшую на дереве «конструкцию», представлявшую собой авиабомбу со стабилизатором и медным пропеллером, анероидным прибором для отцепки бомбы на заданной высоте, парашютом и термитными шашками для уничтожения всей системы.
Журналисты из Красноярска посчитали, что это была маленькая копия американских атомных бомб «Малыш» и «Толстяк», случайно сброшенная Соединенными Штатами на территорию Советского Дальнего Востока раньше, чем на Хиросиму и Нагасаки. Бомбу забрали органы НКВД и перевезли в Москву.
