Перед этими экранами всегда сидит с десяток человек, принимающих экстренные вызовы и сигналы «SOS».
У ближней к входу стены стоит множество автоматов, продающих сигареты и предлагающих (не бесплатно, все вычеты удерживаются из зарплаты, но расходы минимальны) легкие закуски на любой выбор, первые и вторые блюда и добрую сотню безалкогольных напитков на любой вкус.
Большая часть настенных экранов сейчас выключена, да и включенные ничего экстраординарного не показывают, работая лишь для проформы и удовлетворения любопытства скучающих техников.
Лишь перед двумя сидят небольшие группы, и кипит активная деятельность. Значит, ситуация спокойная, что стало большой редкостью в последнее время.
Прорва находящегося в зале оборудования предназначена для полной запарки, возникающей в случае войны или крупномасштабного стихийного бедствия, угрожающего целому континенту, что случается не чаще одного раза в десять‑пятнадцать лет. За все время я лишь однажды видел полностью задействованный главный ситуационный зал, и два резервных тоже были забиты. В остальные же дни сегодняшняя картина является нормой.
Старший смены, лейтенант Стеклов, крепенький блондин средних лет, как раз выбивал из автомата очередную чашку кофе, когда я вошел в зал.
– Что у нас? – поинтересовался ваш покорный слуга.
– Все тихо, – ответил он, и на этих словах автомат таки разродился кофе. – Пара несчастных случаев, поломка реактора Кузнецова, не поддающаяся ремонту. Двое выводят людей на соседнюю планету. Рутина. Думаю, можно смело придавить ухо на пару часов.
Шутка. Никто из гвардейцев не позволит себе заснуть на дежурстве, сколь бы долгим оно ни было. Это прямой способ вылететь из Гвардии и присоединиться к огромному числу безработных.
Правда, гвардейцы, даже бывшие, долго без работы не сидят, с их квалификацией устроиться в частную охранную структуру, муниципальную полицию или даже ВКС не составит особого труда, но... Гвардия есть Гвардия, и лучше ее никого нет.
Усвоив, что в Галактике не происходит ничего, требующего нашего немедленного вмешательства, а с остальными проблемами люди разберутся сами, я отправился бродить по залу.
Лейтенант прав, ничего не происходит. Как приятно дежурить в такую тихую смену.
Мне следовало бы помнить, что ничто хорошее не может длиться долго...
Мое внимание привлек Дик Джонс, в эту минуту работавший с вызовами. Отгороженный звуконепроницаемой сферой, он что‑то исступленно орал в экран и вовсю жестикулировал. Заинтересовавшись, я подошел поближе и попал в зону слышимости, как раз вовремя, чтобы услышать продолжение затянувшейся дискуссии.
– Как вы не понимаете, – слабо пытался возражать делающий заявку очкарик. – Миниатюрные летающие кролики водятся на весьма ограниченном количестве миров и подвержены вымиранию. Требуется особая природная среда, чтобы поддерживать на должном уровне популяцию этих существ и...
– Плевать я хотел на ваших кроликов! – орал в ответ Дик. – Гвардия не в состоянии заниматься каждым идиотом, не способным поменять памперсы без посторонней помощи!
– В чем дело? – поинтересовался я, мысленно соглашаясь с его последним утверждением. Знать бы только, к чему оно относилось.
Дик обернулся с явным облегчением, он был рад, что не придется разбираться с этим делом самому и появилась возможность спихнуть ответственность на начальство. Его собеседник тоже приободрился, ожидая, что я буду посговорчивее.
– Парочка влюбленных идиотов отправилась в медовый месяц по горам Шейландии, – объяснил Дик. – Новоиспеченного супруга свалил приступ аппендицита. Видите ли, ему не сделали операции в детстве, исходя из каких‑то религиозных соображений его родителей. Парень загибается, а погода и характер местности не позволяют врачам «скорой помощи» подобраться к нему на скиммере, вот руководство заповедника к нам и обратилось.
– У «скорой помощи» должны быть орбитальные базы, – напомнил я. – Спуск с корабля на поверхность обойдется куда дешевле, чем бросок гвардейца с походным автохирургом.
– Так‑то оно так, – подтвердил Дик. – Но вот этот тип (даже не пытался вспомнить ни фамилии, ни должности собеседника, экий мерзавец!) утверждает, что посадка корабля на реактивной тяге способна нарушить экологический баланс, созданный в искусственной природной зоне, которую они слепили специально для своих летающих тварей.
– Кроликов! – возопил тип с экрана, задетый за живое подобным эпитетом по отношению к его любимцам.
– И много этих тва... кроликов погибнет при посадке корабля? – поинтересовался я.
– Но там нет никаких кроликов! – заорал в ответ Дик.
Мне стало казаться, что я попал в глупую комедию положений, да еще и отхватил себе роль вечно недогоняющего идиота со слюнявой улыбкой.
– Простите, господа, – сказал я. – Мне кажется, что я где‑то от вас отстал» Разве ты сам только что не говорил...
– Об искусственной природной зоне, созданной для этих тварей! Но самих тварей они еще не импортировали!
– Кроликов!
– Кролики – это хорошо, – сказал я, пытаясь выглядеть рассудительным, а на самом деле совершенно сбитый с толку. – Но правильно ли я оцениваю происходящее? Посадка корабля «скорой помощи», которая может спасти жизнь человека, способна повредить популяции кроликов, которых там нет?
– Именно! Завоз животных назначен...
– Вы можете отложить его на пару дней, а за это время восстановить нарушенный экологический баланс. Если, конечно, он будет нарушен.
– Вы не понимаете! На это уйдет несколько месяцев, а условия гранта на проведение нашего эксперимента...
– Это вы не все понимаете, – сказал я. – Перемещение агента через нуль‑пространство требует огромного количества энергии, а следовательно, и денег, и чем больше расстояние, тем больше эти затраты (ложь!), которые впоследствии ложатся на местный бюджет. Поэтому, если существует способ, позволяющий решить проблему без привлечения Гвардии, а в вашем случае такой способ налицо, то нас стараются не тревожить. Мы не дублируем местные службы спасения, и я не вижу абсолютно никаких причин, по которым мы должны реагировать на ваш вызов, отвлекая сотрудников от более важных дел. (Как, например, игра в «осаду», но об этом я ему сообщать не собирался.) За сим считаю вопрос исчерпанным.
– Стойте! Позовите сюда вашего начальника, я хочу с ним поговорить!
– Без толку. Даже если он и найдет время, то скажет то же самое, только в более агрессивной манере, так как он не любит, когда его беспокоят по таким пустякам. Вырубай, Джонс.
Дик воспринял последние слова как руководство к действию и вырубил связь, занеся номер вызывающего в черный список. Теперь парнишка может часами набирать наш номер и не увидит ничего, кроме стандартной заставки телефонной компании.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
