— А кого там теперь охранять?— вопросом на вопрос ответил киммериец.
— Тоже верно,— благодушно согласился жрец.
Тем не менее, лишняя предосторожность никому еще не повредила. Конан отдал факел Акаяме, а сам быстро пошел вперед и, припав к полу рядом с темнеющим провалом, внимательно вгляделся в царившую внизу непроглядную темень, но, как и ожидал, ни одного огонька не пробивалось сквозь многочисленные ряды решеток. Только убедившись, что оказался прав, он осторожно спустился и осмотрелся еще раз, но, как и прежде, не увидел ничего подозрительного.
— Спускайтесь!— негромко позвал он друзей.
Именно этого они и ждали. Все трое один за другим быстро скользнули в подземелье, и Акаяма замер, глядя наверх.
— Что приуныл?— ухмыльнулся киммериец.
— Похоже,— Акаяма озадаченно поскреб в затылке,— придется мне возвращаться другим путем.
— Успокойся,— ободрил его Конан,— скорее всего, нам всем придется возвращаться другим путем: я не хочу, чтобы наше убежище обнаружили раньше времени.
Четверо друзей проверили оружие, прихватили факелы и двинулись вперед по знакомой дороге, хотя цель на этот раз у них была иная — дверь, через которую подвал сообщался с дворцом.
— Дальше пойдем без света,— объявил киммериец, когда они оказались на развилке.
Конан воткнул факел в держатель как раз в том месте, где начинался более широкий проход, ведущий к клетке, где недавно еще сидела Мелия. Сделав несколько шагов, он подошел к лестнице, медленно поднялся по ступеням, взялся за ручку, тихонько потянул на себя дверь и с удивлением обнаружил, что она не заперта. Тогда он, осторожно приоткрыв ее, посмотрел в щелку и увидел спину стражника, охранявшего спуск вниз. Он обернулся к своим спутникам, приложил палец к губам и бесшумно проскользнул в проем. Его могучие руки стальным капканом сомкнулись на шее незадачливого охранника, с хрустом ломая позвоночник.
— Первая заповедь солдата — не спи на посту,— назидательно изрек киммериец.
— Ему твоя наука уже не пригодится,— заметил Акаяма.
Северянин осмотрелся. Широкая, в два его роста, галерея уходила вперед на пару сотен локтей. Вся левая стена состояла из казавшегося бесконечным ряда высоких, от самого пола и почти до потолка, окон, разделенных узкими простенками. Вдоль противоположной стены тянулись украшенные причудливой резьбой двери. Свободное пространство между ними занимали картины самых разных форм и размеров. Но самым важным было то, что нигде, кроме дверей одной из комнат, расположенной в дальнем конце коридора, стражи не было видно.
— Насколько я понял из рассказов Сурии, это гостевое крыло,— начал объяснять киммериец.— Если дверь в комнату охраняется, кто-то в ней ночует. На всем этаже занята лишь одна комната! Я не знаю, кто этот человек, но для начала он подойдет нам как нельзя лучше.
Зул с Акаямой согласно кивнули, и осторожно, крадучись, все четверо неслышно пошли вдоль стены. Где-то посреди коридора Конан внезапно остановился, почувствовав взгляд в затылок. Неоднократно уже эта врожденная способность вовремя почувствовать угрозу спасала молодого варвара, помогая ему мгновенно превратиться из дичи в охотника. Вот и теперь киммериец застыл, пытаясь сориентироваться. Не ожидавший этого Акаяма, ткнулся в него всей массой, едва не сбив с ног.
— Ты что? — удивленно спросил он.
Но киммериец вместо ответа лишь досадливо зашипел на друга:
— Тихо! Сзади! — и резко обернулся, но никого, кроме Мэгила с Зулом, не увидел. Однако краем глаза отметил все-таки какое-то неясное шевеление сбоку.
— Кто это? — он вновь резко обернулся, но на этот раз к окну.
— Где? — Его друзья ничего не заметили.
— Да вон же, снаружи! — прошептал киммериец.
Однако даже если еще мгновение назад кто-то и прятался снаружи, то теперь никого не было видно. Правда, и Зул готов был поклясться, что, когда он оборачивался, чей-то темный силуэт мелькнул за окном и пропал. Конан тоже видел чью-то тень, но и он не понял, кто это был, да и был ли вообще. Быть может, ему только померещилась странная серая фигура, мелькнувшая за стеклом!
— Кром! — Сбрасывая наваждение, он тряхнул головой и уставился на Зула.— Наверное, ты прав — надо высыпаться.
Конан развернулся и так же осторожно, как и прежде, пошел вперед. До мирно дремавшего стражника оставалось совсем немного, когда Конан резко обернулся к окну. Однако на этот раз и незнакомец оказался настороже, и киммериец увидел лишь, как знакомая уже тень метнулась за очередной простенок.
Как только это случилось, северянин одним быстрым движением распахнул ближайшую дверь и бросился внутрь, увлекая за собой друзей. Комната оказалась совершенно пустой.
— Кто это был? — спросил Зул.
Он выглядел растерянным и не на шутку встревоженным. Мэгил с Акаямой чувствовали себя не лучше. Все они знали, на что идут, но приготовились действовать против людей, а столкнулись с неведомой и, вполне вероятно, злобной тварью. А неведомое, как правило, порождает самый сильный страх.
— Не знаю,— задумчиво покачал головой киммериец,— но кто бы это ни был, он не человек.
— С чего ты взял?— едва слышно прошептал Зул и зябко поежился.
Как и киммериец, он терпеть не мог колдовства, но у него было гораздо больше, чем у северянина, причин для страха. Сколько Зул ни старался, он так и не смог забыть ту ночь, когда Зана, его брата, принесли в жертву Дамбаллаху. И теперь он с большим трудом задавил этот страх, загнал его вглубь.
— Ты разве не видел,— удивился киммериец,— как он ходит?
— Я вообще его не видел,— ответил Зул,— а что?
— Тихо!— вскинул вдруг руку Конан.
В тот же миг из-за прикрытой двери донесся звон разбитого стекла.
— Эй, ты! — мгновением позже услышали они. Видно, стражник все-таки проснулся.— Стой на месте, или расстанешься с жи…
Грузно упало чье-то тело, и выскользнувший из рук клинок жалобно звякнул об пол. Резко распахнулась одна из соседних дверей.
— А-а-а-ш-ш! Ко-о-онан-н! — услышали они странный, шипящий зов, от которого мороз пробежал по коже не только Зула, но и невозмутимого киммерийца.
Они совсем забыли об обитателе охраняемой комнаты, но, когда послышались шаги, Конан понял, что где-то рядом появился еще один человек. Дверь отворилась, неизвестный вышел из комнаты и недовольным голосом, в котором явно слышались повелительные нотки, крикнул:
— Эй! Кто тут так глупо шутит со слугой всемогущего Сета?
В следующий миг киммериец понял, что, похоже, только теперь слуга Сета заметил обезглавленного стражника, в луже крови валявшегося на полу, а может быть, даже и самого незнакомца. Голос его дрогнул на последнем слове, и на время воцарилась мертвая тишина, пока ее не нарушило странное шипение:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
