отлично. Похоже у тебя даже будет время немного пройтись по школьному парку перед ужином. Теперь подними остальные два шарика.
Глава 23
Чертков обманул. Сразу после возращения меня никто отпускать не собирался. У меня было несколько вопросов насчет мест силы в Искажении, но прежде чем на них ответить и пойти отдыхать, он заставил сделать еще с десяток Светящихся Огоньков. Наконец последний его устроил.
— Ладно, пойдет, — сжалился надо мной старик. — По крайней мере, теперь у тебя получается хоть что-то похожее на шары, а не на чайники и пирамидки.
— Причем здесь чайники?
— Ну не знаю какие ты фигуры пытался выделывать и какие изменения вносил в формулу, но это явно были не шары. Во всяком случае, как я это понимаю, — он покрутился на стуле, пытаясь усесться поудобнее, выбрал привычное положение и кивнул. — Теперь задавай свои вопросы.
— Я хотел спросить насчет вот этих мест силы… Они разные, получается, бывают? Ну я имею в виду, чем больше смертей произошло, тем больше там силы?
— Правильно мыслишь, Максим, — кивнул он. — Но не только где много смертей произошло. Там, конечно, тоже след остается, как ты недавно видел, но самые мощные места — это кладбища. Особенно старые. Склепы всякие древние, ну и всякое такое. Когда-то давно я такие места специально искал и туда ездил, чтобы энергию забрать.
— Тогда почему мы сразу на кладбище какое-нибудь не пошли? Если вы говорите, что там силы больше.
— Потому, что не все так просто, Темников, — он поморщился и посмотрел на свою искалеченную ногу. — Здесь прямая взаимосвязь работает. Чем мощнее место, тем оно опаснее. Падальщик, которого мы с тобой сегодня прикончили, это так… По сравнению с тварями, которые в древних местах живут, просто мелочь пузатая. На твоем месте я бы об этом еще не задумывался. Всему свое время, Максим.
Он помолчал немного и хлопнул себя по колену.
— Между прочим, я именно в одном из таких мест немного силенки свои и не рассчитал. Тоже хотел рискнуть… Хорошо, что вообще жив остался…
— А мы сходим когда-нибудь в такое местечко, где не только падальщики водятся?
— Зря ухмыляешься, Темников, — прохрипел Чертков. — Это тебе сейчас кажется, что ты любую тварь прикончить можешь, а когда дойдет до дела, будет неплохо, если ты вообще к ней приблизиться сможешь.
— Да я верю, Александр Григорьевич, просто спрашиваю. Интересно же…
— Интересно ему… — он оперся на трость и с хрустом разогнулся. — Ты даже Светящийся Огонек нормальный сделать не можешь, а все туда же… Между прочим, можешь считать это своим домашним заданием на этот раз. Если научишься делать так, чтобы у тебя получался идеальный шар и будешь справляться с активацией заклинания за несколько секунд, то обещаю, что покажу еще кое-что интересное. Тебе должно понравиться.
— А если не научусь?
— Значит будем всю субботу с утра до вечера тренироваться, — пообещал он. — У меня времени много, пчелам, как ты понимаешь, тоже все равно сколько летать — они заводные.
Ну так себе перспектива, если честно. Я почесал ужаленное ухо, которое до сих пор болело и посмотрел на старика, прятавшего коробочку с пчелами в карман. Да, если он сказал, что всю субботу будем здесь торчать, то так оно и будет. Уж лучше потренироваться среди недели.
— Александр Григорьевич, а несколько секунд — это сколько? Это я так, для информации интересуюсь. К какой цифре стремиться?
— Стремись к максимуму, Темников. Сколько именно — я потом решу.
Вот жулик! На ходу правила игры выдумывает! Вот и как понять, что в его понимании максимум? Эх… Хорошо еще, что формула у меня теперь тоже будет короче.
* * *
К тому моменту, когда я освободился, Нарышкин уже изнывал от скуки в школьном парке, дожидаясь меня.
— Макс, ну где ты ходишь! Там у дежурного посылка лежит для тебя, ее на машине «Теней» доставили, я думаю, там эликсир, про который ты мне говорил.
— Так, а ты почему не забрал, если от «Теней»?
— Во-первых, это твоя посылка, как я ее могу взять? — гордо поднял подбородок Лешка. — Во-вторых… Этот твердолобый осел мне ее не отдает! Говорит, что школьными правилами это запрещено. Такое впечатление, что иногда их нельзя нарушить.
— Да ладно? Вот как ты заговорил, — улыбнулся я. — Могу напомнить, как кто-то год назад мне все уши прожужжал этими школьными правилами. Не ты ли случайно?
— Что-то я такого не помню…
Я присмотрелся к Лешкиному лицу и заметил тонкий белый шрам, который появился у него на левой щеке. Сто процентов еще вчера вечером ничего подобного на его лице не было. Уверен, что это случилось на его сегодняшних индивидуальных занятиях с Артамоновым, который тоже решил ему их сегодня устроить. Завтра же турнир, некогда будет им заниматься.
— Что это у тебя на лице? — спросил я. — Только не ври, что это уже давно. Шрам только сегодня появился.
— Да я и не собирался, — ответил княжич и вдруг стал серьезным. — Не все же тебе одному их зарабатывать.
Он провел рукой по щеке и хлопнул меня по плечу.
— Скоро должен насовсем исчезнуть, так что мелочи жизни. Пойдем за посылкой, мне Гвоздева уже все мозги проела.
— Идем, — согласился я. — Только потом сразу в столовку. Есть хочу, просто жесть. У меня сегодня маковой росинки во рту не было.
Мы забрали у дежурного посылку, и в ней, как предполагал Лешка, оказался эликсир, который приготовил для нас Ибрагим. Вот только кроме крохотной бутылочки с мутной темно-зеленой жидкостью больше ничего не было.
— Ну и как им пользоваться, интересно знать? — спросил у меня Нарышкин, подозрительно рассматривая эликсир.
Я открыл пробку и в нос ударил резкий вонючий запах.
— Фу! Закрой ее, Макс!
Чтобы выяснить, как правильно использовать зелье, я набрал призрака, но телефон у него был выключен. Наверное, на каком-нибудь задании, не иначе. Обычно он всегда на связи.
— Значит будем действовать опытным путем, — решил я.
— Ага, придется, — Лешка почесал затылок. — Но воняет от него знатно, конечно. Прикинь, если лягушки Варвары от него сдохнут?
— Не должны, — уверенно сказал я. — Мы же Ибрагима не отраву
