— Если я слетаю в Москву, то смогу добиться развода. Но одна, потому что, если муж узнает, что у меня… что я… влюбилась, он сделает всё, чтобы отравить мне жизнь! Не даст развод, вот и всё. Но как я полечу, если только-только устроилась на работу?
— Ты влюбилась? Стелл, ты делаешь меня счастливым! Я твой начальник, — выдохнул Доминин ей в ухо, опалив его горячим дыханием. — Могу дать отпуск на неделю. Управишься?
— Н-не знаю. Мне нужно будет еще вывести средства, ведь муж, наверняка, потребует отступных! А это — время, ведь из бизнеса непросто одномоментно выдернуть крупную сумму.
— Я дам денег, — фыркнул Виктор. — И не вздумай отказываться, это нужно мне не меньше, если не больше, чем тебе. Три миллиона хватит? Если нет, то позвонишь, пришлю ещё. И две недели. Но подумай, мои ребята могут всё устроить быстрее и лучше, они профессионалы.
— Нет, Витя, мой муж — довольно публичный человек. Нам ни к чему скандалы. Я устрою всё сама!
— Договорились! В понедельник переведу деньги, и поговорим обо всём более предметно, — и накрыл её губы своими.
Немедленно жар охватил её с головы до ног, пронёсся огненным смерчем и собрался внизу живота. Просто кошмар, этот мужчина действует на неё похлеще шпанской мушки!
С трудом оторвавшись Доминина, едва переводя дыхание, Стелла всё-таки сумела убедить Виктора, что ей лучше поселиться отдельно.
Под недовольными взглядами матери и сестёр, которые на шум дружно выглянули из комнаты Дарьи, Доминин перенёс вещи Стеллы в соседнюю комнату, чётко донеся до родственниц, что не потерпит никаких оскорблений и дискриминации его невесты. И им пришлось смириться. Внешне.
Конечно же, шпилек в спину новоявленная невеста поймала изрядно — никто так не умеет говорить гадости, завуалировав их под заботу или невинный разговор, как ступившие на тропу войны женщины! С милой улыбкой и медовым тоном, они втроём ели Стеллу без соли и хлеба, а она даже не могла позволить себе как следует огрызнуться! Приходилось, как тем пингвинам — улыбаемся и машем. Доминин следил за ними, как коршун, но что понимает в женской пикировке мужчина? Видит, что женщины улыбаются, приветливо беседуют, и суть разговора протекает мимо него.
— Ах, милая, какой на тебе изумительный образчик коллекции 2017! У меня был такой же, но я давно подарила его своей горничной. Девчонка рада до одури. Я уверена, этот свитер ещё её внуки станут носить, ведь такие люди не разбираются в модных тенденциях.
— Да, Лерочка, ты права! Я никогда не надену прошлогоднюю вещь, а прислуге всё равно на актуальность!
— Стелла, ты работаешь? Боже, но зачем? Ведь у женщины и так полно дел! Например, я еле-еле успеваю посещать стилиста, косметолога, тренера по фитнесу. А ещё семья, дочери! Да у меня все двадцать четыре часа расписаны, едва не по минутам! Если ещё и работать, то пришлось бы забросить мужа и детей!
— Ника, о чём ты говоришь?! Ни одна уважающая себя настоящая женщина никогда не пойдёт работать на чужого дядю. Ей хватает забот о родных и себе самой!
— Девочки, не спорьте и не судите по себе — некоторым приходиться трудиться, чтобы иметь возможность приобретать со скидками одежду из позапрошлогодних коллекций. В надежде, что все заметят только название бренда, а не год его пошива.
— Стелла, неужели, Витя настолько мало тебе платит? Но обычно он щедр с теми, кого любит!
И так весь день и вечер.
В комнату она попала после полуночи, выжатая, как лимон. Скулы сводило от намертво приклеившейся к ним улыбки, виски отдавали болью даже на взмах ресниц, а в голове крутился винегрет из гадостей, которые она выслушивала всё это время. Надо признать, Стелла встретилась с достойными соперницами! Видимо, сестрички во главе с маман не только давно состоят в одной команде, но и значительно отточили языки, разгоняя поклонниц брата. И она поняла — почему! Все родственницы находились на иждивении у Виктора. Нет, мужья сестёр где-то там числились на работе у Доминина, но, судя по их тихо-незаметному поведению, ничего из себя не представляли. И женщины очень боялись, что жена Вити перекроет поток средств. Сам-то Виктор давал деньги, не глядя, стоит только попросить. Это кроме того, что ежемесячно щедро переводилось на счета матери и сестёр. Кому же захочется делиться с какой-то чужой, возможно, более алчной, чем они, женщиной? А Дарья смотрела сёстрам и маман в рот, и в жизни бы и шагу без разрешения свекрови не ступила, этим она и привлекла родственниц Виктора. Мужику жениться всё равно придётся. Детей захочет своих, например. Поэтому лучше заранее побеспокоиться, и подогнать братцу такую женщину, которая из воли родни не выйдет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Нет, напрямую этого Стелле никто не рассказал, но она же не совсем дура — прекрасно поняла все мотивы из бесед, взглядов, разрозненных сведений о жизни сестёр и матери Доминина.
Некоторое время она просто сидела, переводя дух, а потом устало поднялась и пошла в ванную. Надо смыть все липкие и жалящие взгляды, всю гадость, которой одаривали её весь вечер родственницы Виктора. Полежать бы в ванне, да так вымоталась, что просто уснёт там. Нет, лучше душ, и в кровать!
Стелла успела ополоснуться и переодеться в спальный комплект, как в дверь кто-то постучал.
Виктор?
Быстрый взгляд в зеркало — так, так, неплохо! Бледность, лёгкая растрёпанность и милое неглиже, притягивающее взгляд и дающее простор для воображения.
— Кто там? — усталым голосом произнесла она. — Я уже разделась.
— Дверь открой, — голос матери Виктора.
Вот так так — это к чему, такие визиты?
Слегка напрягшись, Стелла приоткрыла дверь и воззрилась на Доминину-старшую. Женщина, не долго думая, просто отодвинула потенциальную невестку и прошла в комнату, плотно прикрыв входную дверь.
— Что…
— Не ори, а то сейчас Витя примчится, — поморщилась женщина. — Я поговорить. Садись, не стой над душой.
Стелла плюхнулась на кровать, не сводя глаз с маман.
— Вижу, ты девка ушлая, а воевать с сыном мне не с руки. Нет, если дойдёт до серьёзного, то мы с девочками от тебя камня на камне не оставим, но Витька, дурак, всерьёз влюбился. Весь день за ним наблюдала — как есть, телок! Огорчать сына не хочу, чего бы ты там себе не надумала, поэтому решила поговорить. Итак, тебе нужен Витя, а нам с дочерьми — надёжный тыл. Ты упоминала, мол, сама не бедная, чего же работать пошла? Никого нет, только ты и я. Рассказывай.
Вот так — за секунду надо выбрать стратегию и не прогадать! Матери что-то надо, иначе, не пришла бы. Почувствовала серьёзного соперника? Хочет договориться? — мысли пронеслись табуном испуганных мустангов.
— Чтобы быть рядом с Виктором, — пролепетала она и опустила глаза. — Да, у меня есть недвижимость и компания, приносящая стабильный доход, который позволяет мне жить, ни в чём себе не отказывая, но я… влюбилась в вашего сына. Мы познакомились в Израиле, и ради того, чтобы быть рядом с Витей, мне пришлось сочинить, что в Москве мне некуда пойти. И согласиться на предложение Виктора поехать с ним в Красноярск!
— Влюбилась, говоришь, — мать хищно оглядела женщину. — Верю. Мой Витя во всём хорош! Хочешь сказать, что тебя не интересуют деньги, что ты нацелилась именно на мужчину?
— Говорю же, деньги у меня самой есть, девать некуда, — раздражённо передёрнула плечами Стелла. — Я полюбила, вот и вся причина!
— И что за компания?
— Разные направления, ещё заправки, кафе, и так… по мелочи, — она ловко ушла от прямого ответа, напустив туману. — На безбедную жизнь и все прихоти вполне хватает. Конечно, я всем не сама занимаюсь, у меня толковые управляющие и юристы. Подколы ваших дочерей были забавны, но вы, я уверена, правильно оценили то, что на мне надето, мою обувь и драгоценности?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Взгляд женщины изменился, стал глубже и задумчивее.
— Хорошо, — мать помолчала, продолжая рассматривать Стеллу. — Допустим, я поверила. Предлагаю так — мы отстаём от тебя, принимаем в семью, больше никаких издёвок и попыток подставить. А ты переписываешь на меня свою компанию. Виктор богат, ты ни в чём не будешь нуждаться, зачем тебе лишние хлопоты? За бизнесом надо следить, проверять управляющих, то да сё. Один геморрой.
