хорошо.
Я отступил на шаг, а затем вскрикнул, когда сильная рука обхватила мой бицепс. — Перестань вести себя так, будто идёшь на казнь. Мы просто собираемся исправить твою сущность, чтобы ты мог наслаждаться временем, проведённым с семьей, и пополнять её! — прорычала Маледикт, наши тела охватило фиолетовое пламя, и я мгновенно оказался в другом месте.
От дезориентации закружилась голова, и мне потребовалось мгновение, чтобы прийти в себя, а когда головокружение прошло, понял, что стою в комнате, похожей на огромный грот. Кристаллы светились по стенам, потолку и даже полу. Комната была не менее двадцати метров в диаметре, огромный балдахин струился вокруг простой, хотя и большой кровати. Простыни малинового цвета на вид казались шелковистыми, хотя на ощупь оказалось, что это не так. Опустив взгляд, я понял, что Маледикт оставила всю мою одежду в лагере, когда переносила нас через портал. И не только мою. Женщина тоже была обнажена.
— Зачем? — спросил я, проводя пальцем по своему телу.
Дракон пожала плечами без малейших признаков раскаяния: — Я ношу одежду только потому, что смертные так странно относятся к своей естественной форме. Как мой гость, ты можешь не беспокоиться об этом.
Вспомнив свои предыдущие встречи с драконом, поджал губы, повинуясь импульсу, протянул руку и обхватил серебряной ладонью один из её рогов. Маледикт в шоке уставилась на меня, когда притянув её к себе, рукой подтолкнул к кровати. Воспользовавшись замешательством женщины, ущипнул её за подбородок и наклонил голову, заглянув в глаза.
— Нам нужно установить основные правила. Я абсолютно уверен в том, что ты можешь раздавить меня как букашку, даже не заметив этого, но с рукоприкладством нужно повременить. Понимаю, что ты не привыкла, чтобы за тобой ухаживали, и что для дракона это нормально, но я не из тех, кто позволяет кому-то топтать себя. Если мы хотим поладить, то тебе придётся измениться и стать помягче. Логично?
Глаза Маледикт смотрели, холодно, не мигая, и в мою душу закралось подозрение, что она вот-вот меня испепелит. Глубина силы, величие существования окутывали её, словно плащ, но всё же я отчетливо осознавал, что читаю лекцию существу, которое измеряет время по мирам, которые рождаются и умирают вокруг неё. Наконец глаза женщины опустились, и она бессознательно облизнула губы. Мне оставалось лишь сохранять бесстрастное и непроницаемое выражение лица.
— Если ты будешь хорошей девочкой, я позволю тебе облизать его, но только когда будет безопасно вступать с тобой в связь, — тихо и спокойно добавил я. Её глаза метнулись к моему лицу, а щёки вспыхнули. Я сжал зубы, чтобы не рассмеяться. Неужели Маледикт тоже тает от похвалы, как обычная женщина⁈ — Хочешь быть хорошей девочкой? Чешуйчатый хвост дракона метнулся из стороны в сторону, а на лбу у высокомерной красавицы выступил пот.
Глаза Маледикт снова опустились вниз, и в конце концов она едва заметно кивнула: — Да, я бы хотела… А теперь перестань отвлекать меня, чтобы я могла придумать, как вылечить тебя и не стать при этом твоей рабыней! Почти выкрикнув последние слова, она так быстро исчезла во вспышке фиолетового огня, что я пошатнулся, когда вытесненный воздух потянул меня к кровати, и со стоном опустился на матрас.
— Чёрт возьми, моя жизнь похожа на какой-то фантастический фильм, — пробормотал я, натягивая в себя чужеродную ткань покрывала. Она смутно пахла яблоками и корицей. Чуть приподнявшись, поудобнее устроился на широкой мягкой кровати и, перевернувшись на спину, бездумно уставился на кристаллы. Сон пришёл незаметно.
Внезапно, словно от толчка проснувшись, обнаружил, что ко мне прижимается тёплое мягкое тело. Моя серебряная рука оказалась зажата между бёдер Маледикт, а вторая сжимала её грудь. Голова женщины уютно устроилась на моём плече. Наши хвосты сплелись, а одна из её ног была перекинута через мои бёдра.
Рука дракона обхватывала член, как будто она играла с ним, когда засыпала. Я не был до конца уверен, что уже наступило утро, моё тело решило, что это именно так. Ощущения от нежных женских пальцев на члене, были просто потрясающие, но в то же время было больно оттого, что он твёрдый и с ним ничего не делают, поэтому попытался освободить его другой рукой. Маледикт крепче сжала пальцы, и я замер.
Не хватало ещё, чтобы спящий дракон оторвала мне такую нужную часть тела! В итоге я смирился, положил ладонь на её предплечье и стал ждать, когда женщина проснётся. К сожалению, я очень недооценил, насколько долго могут спать драконы. Прошёл час, но Маледикт не подавала никаких признаков пробуждения, и член начал зверски болеть.
Как только он начинал успокаиваться, шаловливые пальцы мигом приводили его в прежнее бодрое состояние, и мои мучения продолжались. И только когда я почувствовал, насколько влажными стали её бёдра, начал подозревать неладное. — Ты ведь не спишь, правда?
Еле слышный смех прошелестел над моим плечом: — Не могу поверить, насколько ты терпелив! Я и раньше проделывала такой фокус, но никогда не думала, что смертный может оставаться неподвижным так долго, когда моя рука рядом. Тебя возбуждает игра во сне?
Я моргнул и повернул голову, чтобы посмотреть на неё: — Что меня возбуждает?
— Игра во сне. Когда один любовник разрешает другому заниматься сексом, пока тот спит? Этот способ восхитителен и очень меня заводит. Хотя если бы кто-то из чужаков попробовал это сделать, мне пришлось бы уничтожить всю их семью до седьмого колена. Но мысль о том, что тот, кого я люблю, возбуждается от меня и доставляет мне удовольствие во сне… М-м-м, да. Даже мысль о том, что ты вставляешь этот толстый член мне в рот, заставляет меня сходить с ума.
— Это здорово, что ты так откровенна со мной. Я и раньше не рассматривал это как извращение и никогда не обижался, если просыпался от минета, так что, думаю, понимаю, к чему ты клонишь.
Я был всё ещё тверд, и теперь, когда знал, что она проснулась, было очень трудно игнорировать боль. Час или больше эрекции без разрядки не являлось приятным времяпрепровождением. Маледикт всё ещё не отпускала член и не проявляла особого желания двигаться, что заставило меня задуматься о выборе. К счастью, вскоре она сжалилась надо мной.
