Читаем без скачивания Герой Веков - Брендон Сандерсон

– Ты варвар, – бросила ему Вин.

– Варвар, который читает? – Эленд выглядел беспечным. – Хэм придет от этого в восторг.

– Скажи честно, где ты вообще взял эту книгу?

– Один из слуг Йомена нашел ее для меня. В дворцовой библиотеке. Я знал, что она там будет. «Суд над памятником» – весьма известный труд.

– Откуда мне знакомо это название? – нахмурилась Вин.

– Именно ее я читал в тот вечер на балконе в крепости Венчер. Когда мы впервые встретились.

– Ох, Эленд, это же почти романтично! Есть такой особый вид романтики, за который жене хочется прикончить мужа на месте.

– Я знал, что ты оценишь.

– Ты сегодня в отличном настроении. Давно я тебя уже таким не видела.

– Знаю. – Эленд вздохнул. – Честно говоря, Вин, я чувствую себя немного виноватым. Я переживаю, что был во время разговора с Йоменом слишком непринужденным. Он такой чопорный, что во мне проснулись старые привычки – те самые, что заставляли насмехаться над людьми вроде него.

Он вел в танце, а Вин смотрела и слушала.

– Ты стал похож на себя. Это хорошо.

– Из человека, которым я был, получился плохой король, – парировал Эленд.

– То, что ты узнал о королевской власти, никак не связано с тем, кто ты есть на самом деле, – не согласилась Вин. – Что мешает быть уверенным и решительным, оставаясь при этом самим собой?

– Я в этом сомневаюсь, – покачал головой Эленд. – Сегодня мне уж точно следовало бы вести себя более строго. Обстановка сделала меня небрежным.

– Нет. Я тебя слишком хорошо знаю, Эленд. Ты совершаешь ту же самую ошибку, что и я. Ты так хотел быть хорошим королем, что задавил в себе все, чем ты на самом деле являешься. Груз наших обязанностей не должен нас уничтожать.

– Тебя-то он не уничтожил.

– Мне с трудом удалось этого избежать, Эленд. Мне пришлось понять, что я могу быть одновременно и рожденной туманом, и знатной дамой. Пришлось признать, что происходящие во мне изменения не отменяют, а продолжают все то, что присутствовало раньше. У тебя все наоборот! Ты должен понять, что тот, кем ты был, по-прежнему является частью тебя. Он отпускает глупые шуточки и провоцирует людей. Но тот же самый человек способен любить, и у него доброе сердце. Ты не можешь отказаться от этого просто потому, что стал императором.

Выражение лица Эленда сделалось задумчивым – обычно это означало, что сейчас он начнет возражать. Однако на этот раз он явно колебался.

– Все здесь, – Эленд окинул взглядом изумительные по красоте витражи и собравшееся аристократическое общество, – напоминает мне о том, чем я занимался большую часть своей жизни. До того, как стал королем. Уже тогда я пытался все делать по-своему: я приходил на бал, чтобы почитать. Я мог бы заниматься этим в библиотеке, а не в бальном зале. Но я не собирался прятаться, а хотел продемонстрировать отцу свое несогласие и избрал для этого чтение.

– Ты был хорошим человеком, Эленд. Вовсе не дураком, как тебе кажется сейчас. Тебе не хватало наставника, но все же ты сумел стать хорошим правителем. Ты взял власть в Лютадели в свои руки и не позволил восстанию скаа превратиться в бойню.

– Но потом случилось фиаско с Пенродом…

– Тебе просто нужно было многому научиться. Как и мне. Но пожалуйста, не становись другим, Эленд. Ты можешь быть Элендом-императором и Элендом-человеком одновременно.

Он широко улыбнулся, прижал ее к себе и замер прямо посреди площадки для танцев.

– Спасибо тебе. – И Эленд поцеловал Вин.

Похоже, он еще не принял решения, по-прежнему считая, что должен быть суровым воином, а не мягким ученым. Однако продолжал размышлять. Пока что Вин этого было достаточно.

Она заглянула мужу в глаза, и танец продолжился. Они молчали, полностью отдавшись волшебству момента. Для Вин происходящее казалось невероятным. Их войско за городом, безостановочный пеплопад, смертоносные туманы – и вдруг беломраморный зал с разноцветными витражами, посреди которого она впервые в жизни танцует с тем, в кого влюблена.

Супруги кружились с грацией, доступной лишь алломантам, точно были созданы из ветра и тумана. В бальном зале стало тихо, как в театре; казалось, что собравшиеся наблюдают за великолепным представлением, а не за двумя людьми, которые танцевали впервые за много лет. Вин знала, что это и впрямь для них редкое и прекрасное зрелище. Рожденные туманом из благородного сословия не могли позволить себе быть слишком грациозными, поскольку это выдавало их истинную суть.

Для Вин и Эленда не существовало таких ограничений. Они танцевали, словно стремясь восполнить утраченное за четыре года, словно бросая свою радость в лицо надвигавшемуся концу света и враждебному городу. Музыка, под которую они танцевали, приближалась к концу. Эленд прижал жену к себе, и она почувствовала, как бьется его сердце. Оно билось намного быстрее, чем после обычного танца.

– Рад, что мы это сделали, – сказал Эленд.

– Скоро будет еще один бал. Через несколько недель.

– Знаю. И, я так понял, состоится он в Кантоне ресурсов.

– Его устраивает сам Йомен, – со значением произнесла Вин.

– Если хранилище расположено где-то в городе, то, скорее всего, оно под этим зданием.

– И у нас будет возможность – и повод – проникнуть туда, – подхватила Вин.

– И у Йомена есть атиум. Он носит одну частицу на лбу. Хоть эта частица и не доказывает, что где-то спрятан целый клад.

– Интересно, нашел ли он хранилище?

– Нашел. Я в этом уверен. Я заметил, как он повел себя, когда я только о нем упомянул.

– Это не должно нас остановить, – улыбнулась Вин. – Мы заявимся на бал, проникнем в пещеру, узнаем, что оставил там Вседержитель, и потом решим, как быть с осадой. И с городом. Так?

– Хороший план, – похвалил Эленд. – При условии, конечно, если я не смогу уговорить Йомена. У меня почти получилось, Вин. Мне не отделаться от мысли, что мы можем переманить его на свою сторону.

Она кивнула:

– Что ж, отлично. Уходим красиво?

Вин улыбнулась. Когда музыка стихла, император повернулся и бросил императрицу в сторону. Та оттолкнулась от металлического бордюра площадки для танцев и полетела над головами гостей, направляясь к выходу.

Позади нее Эленд провозгласил:

– Благодарю всех за то, что позволили присоединиться. Любой, кто захочет покинуть город, сможет беспрепятственно миновать мой военный лагерь.

Вин приземлилась и увидела, как заволновалась толпа, когда Эленд прыгнул и, к счастью, сумел долететь до выхода, не ударившись об относительно низкий потолок и не разбив окно. Он присоединился к ней у входных дверей. Вместе они сначала вышли в переднюю, а потом улетели в ночную тьму.

Гемалургию создал Разрушитель. Она уничтожает. Она отнимает способности у одного человека и передает их другому, однако в меньшем объеме – часть силы при этом теряется. Все происходит в соответствии с главной целью Разрушителя – раздробить Вселенную на мелкие части. Гемалургия одаривает щедро, но взимает очень высокую плату.

33

Люди глумились бы над Тен-Суном, бросали бы в него чем-нибудь и выкрикивали вслед проклятия. Кандра для подобного были слишком уравновешенны, однако Тен-Сун чувствовал их презрение. Они следили, как его выпустили из клетки и повели к Сокровенному месту для исполнения приговора. Сотни глаз наблюдали за ним, а он видел сотни тел с костями из стали, хрусталя, камня и дерева. Молодые кандра экспериментировали с формой, более зрелые придерживались традиций.

Никто не проявлял сочувствия.

Раньше, на суде, они испытывали любопытство и, возможно, страх. Теперь же все изменилось: время, проведенное Тен-Суном в выставленной напоказ клетке, привело именно к тем последствиям, которых следовало ожидать. Второе поколение сумело его опозорить, и те, кто проявлял к нему хоть какую-то симпатию, глядели сейчас с отвращением. За тысячу лет среди кандра не было второго такого преступника, как Тен-Сун.

Он вытерпел их взгляды и презрение, протрусив по коридору с высоко поднятой головой. В теле пса. Собачьи кости ощущались до странности родными. Тен-Сун носил их только год, но, снова надев и избавившись от человеческого тела, голого и костлявого, почувствовал себя так, словно лишь теперь по-настоящему вернулся домой.

А предполагаемое унижение воспринимал почти как триумф. Тен-Сун воспользовался ничтожным шансом и заставил Второе поколение вернуть ему собачье тело. В мешке были даже когти и шерсть, – видимо, они просто собрали весь мусор после того, как год назад сбросил тело перед тюремной камерой.

Удобные кости прибавили сил. Это тело дала Вин. Она была Героем Веков. Он должен верить.

Иначе то, что собирался предпринять, станет огромной ошибкой.

Стражники препроводили Тен-Суна в Сокровенное место. На этот раз желающих поглядеть на происходящее оказалось слишком много, и Вторые объявили, что все поколения моложе Седьмого останутся снаружи. Каменные скамейки были заполнены до отказа. Кандра молча наблюдали, как Тен-Сун поднялся на возвышающийся в центре каменного пола металлический диск. Широкие двери оставили открытыми, и молодые кандра сгрудились возле них.