Читаем без скачивания Герой Веков - Брендон Сандерсон

Великолепный вид вызвал у Марша удовлетворенную улыбку. Позади него люди наконец-то зашевелились, убегая, прячась в домах. В городке проживало где-то шесть-семь тысяч человек. Марш не собирался ничего с ними делать. Пока что.

Ему нужен был один, особенный дом. Он стоял в одном ряду с прочими, но немного от них отличался. Раньше в этом городе часто останавливались путешественники, и он полюбился аристократам до такой степени, что многие стали строить здесь дома. Лишь несколько знатных семейств жили тут постоянно, надзирая за скаа, которые работали на равнинах, на плантациях и полях.

Дом, который искал Марш, выглядел чуть приличнее своих соседей. Хоть фасад и нуждался в чистке, деревянные пристройки большей частью сохранились, а у ворот топтался охранник.

Его Марш убил заточенным, как бритва, треугольником. Их некогда использовали во время церемоний, посвященных Вседержителю. Вонзил оружие в грудь охранника, стоило тому открыть рот. Человек успел лишь коротко вскрикнуть и повалился на землю. Скаа, наблюдавшие за происходящим из соседних домов, даже не шелохнулись.

Напевая вполголоса, Марш двинулся по дорожке ко входу в особняк; спугнул небольшую стаю ворон, почуявших скорую поживу. Когда-то вымощенная плитами, дорожка шла через милый садик. Теперь по обеим сторонам простиралось поле сорняков. Владелец поместья явно мог себе позволить лишь одинокого стражника у ворот, поэтому никто не поднял тревоги. Марш подошел к самым дверям и, продолжая улыбаться, постучал.

Открыла горничная. Застыла, увидев неестественно прямую фигуру в темных одеяниях, штыри в глазах. Потом затряслась.

Вскинув руку с зажатым в ней еще одним треугольником, Марш алломантическим толчком направил оружие горничной в лицо. Треугольник пробил череп насквозь – женщина упала. Переступив через тело, инквизитор вошел в дом.

Внутри тот выглядел намного красивее, чем можно было бы ожидать. Роскошная мебель, свежая краска на стенах, вазы с замысловатыми узорами. Марш вскинул бровь, оглядывая комнату своими металлическими глазами. Его особое зрение не позволяло с легкостью различать цвета, но он мог их чувствовать, если хотел. Алломантические линии, выдававшие наличие металла внутри большинства предметов, оказались весьма выразительны.

Для Марша особняк представлялся пространством чистейшей белизны, в котором тут и там вспыхивали пятна цвета. Марш разжег пьютер, чтобы придать своим движениям легкость, обычно им несвойственную. Он убил еще двух слуг и в конце концов поднялся на второй этаж.

Там, в одной из комнат, инквизитор и обнаружил человека, который был ему нужен. Закрыв глаза, круглолицый, с аккуратными усиками лысеющий мужчина в дорогом костюме безвольно осел на стул. У ног его валялась пустая бутылка из-под крепкого спиртного. Марш недовольным взглядом окинул открывшуюся картину.

– Я преодолел долгий путь, чтобы найти тебя, – сказал он. – И перед самой нашей встречей ты упился до полусмерти?

Конечно, они не были знакомы. Однако это не мешало Маршу злиться, поскольку он лишился возможности насладиться ужасом в глазах того, кто внезапно обнаружил в своем доме инквизитора. Пьяному, как известно, море по колено. Какое уж тут предчувствие смерти. На мгновение инквизитор даже задумался, не отложить ли убийство до тех пор, пока жертва не протрезвеет.

Но Разрушитель не хотел ждать. Вздохнув, Марш смирился с несправедливостью и, повалив бесчувственного аристократа на пол, воткнул ему в сердце маленький бронзовый штырь. Он не был таким длинным и толстым, как один из штырей инквизитора, но убивал столь же хорошо. Марш вырвал его из груди мертвого аристократа, и на полу начала растекаться лужа крови.

Что ж, дело сделано – оставалось только покинуть дом. Хозяин – Марш даже не знал, как его звали, – недавно использовал алломантию. По невезению привлек внимание Разрушителя. Тому как раз требовался алломант, которого можно было осушить.

Марш пришел сюда, чтобы забрать и поместить силу туманщика в металлический штырь. Происходящее казалось инквизитору неправильным. Гемалургия – особенно в сочетании с алломантией – действовала наиболее эффективно, когда штырь, проходя сквозь сердце жертвы, попадал сразу же в тело носителя. Тем самым потери сводились к минимуму. Если же просто убить алломанта и создать штырь, то носителю доставалась лишь часть силы.

Что поделаешь. Сокрушенно качая головой, Марш снова переступил через тело служанки и вышел в неухоженный сад. Никто не помешал ему уйти, никто даже не посмотрел в его сторону, пока он шагал к воротам городка. У самых ворот, однако, инквизитор с удивлением обнаружил нескольких коленопреклоненных скаа.

– Пожалуйста, ваша милость, – заговорил один, когда Марш приблизился. – Пожалуйста, пришлите к нам снова поручителей. Мы будем служить им лучше, чем в прошлый раз.

– У вас не будет второго шанса. – Марш уставился на них своими штырями.

– Мы снова уверуем во Вседержителя, – сказал другой скаа. – Он кормил нас. Пожалуйста. Нашим семьям нечего есть.

– Что ж, об этом вам недолго осталось беспокоиться.

Инквизитор двинулся дальше, а растерянные люди так и остались стоять на коленях. Он не убил их, хотя был не прочь. К несчастью, Разрушитель предпочел забрать эту привилегию себе.

Марш вышел из города. Примерно через час, пересекая равнину, он остановился и вновь взглянул на городок и вздымавшуюся над ним пепельную гору.

В тот же момент верхушка горы взорвалась, извергнув поток пыли, пепла и камней. Земля задрожала, раздался оглушительный грохот. Затем вниз по склону, направляясь к равнине, двинулся мощный поток докрасна раскаленной лавы.

Марш покачал головой. Да. Голод едва ли был самой существенной проблемой этого города. Им явно не хватало умения разобраться, что в этой жизни главное.

Мне бы не хотелось особенно распространяться о гемалургии… С точки зрения Разрушителя, сила должна иметь безмерно высокую цену. Само по себе ее использование может быть привлекательным, но при этом оно непременно будет сеять хаос и погибель.

Фактически гемалургия – очень простое искусство. Паразитическое. Если не у кого будет воровать, она окажется бесполезной.

35

– С тобой точно все будет в порядке? – спросил Призрак.

Бриз отстранил взгляд от освещенных окон таверны и скептически приподнял бровь. Призрак привел его вместе с несколькими солдатами, переодетыми в обычную одежду, в достаточно большое и приличное заведение. Изнутри раздавались голоса.

– Не сомневайся. – Бриз снова принялся разглядывать таверну. – Скаа выходят по ночам. Вот уж не думал, что когда-нибудь увижу такое. Вероятно, вскоре и в самом деле наступит конец света…

– А я отправлюсь в один из бедных кварталов, – негромко сообщил Призрак. – Хочу кое-что проверить.

– Бедные кварталы, – задумчиво произнес Бриз. – Может, мне стоит пойти с тобой. Я заметил, что чем беднее люди, тем охотнее они распускают языки.

– Не обижайся, Бриз, но там тебя сразу обнаружат.

– Это почему же? – Гасильщик глянул на свой невзрачный наряд: коричневая роба разительно отличалась от сюртука и жилета, которые он обычно носил. – Я вырядился в эти ужасные тряпки, неужели этого мало?

– Дело не только в одежде, Бриз. У тебя есть… манеры. К тому же ты недостаточно испачкан в саже.

– Я внедрялся в низшие слои еще до твоего рождения, мальчишка, – погрозил пальцем Бриз.

– Ладно. – Призрак наклонился и набрал пепла. – Только давай я вымажу тебе лицо и одежду…

Бриз замер.

– Встретимся в нашем убежище, – проговорил он наконец.

Хитро улыбнувшись, Призрак высыпал пепел и исчез в тумане.

– Мне он никогда не нравился, – сказал Кельсер.

Миновав богатые кварталы, Призрак вскоре добрался до нижней улицы и, не останавливаясь, прыгнул – только плащ захлопал на ветру.

Приземлившись, двинулся дальше. Без пьютера он бы точно что-нибудь себе сломал. Теперь же Призрак двигался с той ловкостью, которой всегда завидовал, когда смотрел на Вин или Кельсера. Настроение у него было приподнятое. Когда внутри горел пьютер, не чувствовалось усталости – ни малейшего намека на утомление. Совершая даже самые простые действия, молодой человек ощущал себя грациозным и сильным.

Он быстро добрался до Хэрроуза. В лабиринте его узких канав Призрак теперь прекрасно ориентировался и знал, где именно искать свою жертву. Дарн был одной из самых заметных фигур в преступном мире Урто. В Хэрроузе этот информатор и король нищих считался кем-то наподобие мэра, поэтому отыскать его не составляло особого труда.

Призрак все еще помнил, как несколько недель назад очнулся после лихорадки и, отправившись ночью в таверну, услышал разговор о самом себе. На протяжении нескольких дней он заглядывал в другие таверны, и везде говорили о нем, о Призраке. Прибытие Сэйзеда и Бриза заставило его отложить разговор с Дарном – очевидным источником слухов. Пришла пора исправить упущение.