Похоже, золотых монет оказалось недостаточно, чтобы привлечь внимание зацепившей сердце дворянина девушки.
Найл ждал, следя за разгорающейся в душе графа надеждой.
— Я приглашу сюда ее отца… Да, да, вместе с ней… Приглашу посмотреть на алхимические опыты… Демон, тебе нужно много времени, чтобы навсегда приворожить ее сердце? — Несколько минут, — кивнул Найл.
— Да, я это сделаю, — забегал де Сен-Жермен по подвалу от стены к стене. Сделаю. И когда Мария станет моей… — Он резко остановился: — В следующий раз, демон, принеси вдвое больше золота! Мне не хватает той мелочи, которой ты надеешься откупиться! Ты меня понял, раб? Вдвое… Нет, втрое больше золота!
Колдун вернулся к столу и забормотал заклинание…
— Что с вами?!
— Все в порядке, — отодвинул от себя профессора Найл. — Просто я в последние дни изрядно устал.
— Вы так больше не шутите, — Флойд с явным облегчением вернулся на свое место. Даже не представляю, что будет, если вы вдруг умрете, находясь у меня в гостях.
— Ничего особенного, просто вырежут все селение вместе с вами, и все, — хмуро пошутил Посланник. Значит, вы говорили, что глиссер к вам все-таки прилетал? И где же он приземлялся?
— Внизу, на побережье.
— Давайте прогуляемся туда, профессор, и посмотрим?
— Чего там смотреть? — удивился Флойд, но из кресла поднялся. Хорошо, пойдем.
На этот раз местный Бог оставил девушку в доме, однако Юлук Найл все равно забрал с собой. Они прошлись по ровной дорожке вдоль опрятных полей к ровной стене густых сосен. Дальше между стволами петляла обычная узенькая тропинка.
Однако уже отсюда был слышан шелест тяжелых волн, доносились пряно-соленые ароматы. Еще несколько шагов, и сквозь плотные еловые ветви уже стал просвечивать бесконечный голубой простор.
Люди вышли на высокий обрыв.
— Вон там Оксана глиссер сажала, прямо на песок у воды, — указал рукою Флойд. — Хотите спуститься?
— Нет. Найл покачал головой, с наслаждением вдыхая свежий прохладный воздух.
— Красиво, правда? — Профессор повысил голос, стремясь перекричать ветер. Я их научу строить настоящие мореходные шлюпы, ловить рыбу, ходить к другим берегам. Зачем мне войны? Поверьте моему слову, Посланник Богини, но лет через двадцать баронские крестьяне сами начнут сбегать сюда от своих хозяев, и никакого оружия не потребуется.
— Я понял, — негромко ответил правитель. Я уже понял все это. Понял слишком хорошо.
* * *
— Где оно?! Где мое золото?! — метался в ярости по подвалу де Сен-Жермен. — Почему ты не принес его?!
В разгоряченном мозгу одна за другой вспыхивали картины того, как через три дня приедут де ла Тремойль с супругой и дочерью, которых заинтересовало приглашение внезапно возникшего из безвестности блестящего графа де Сен-Жермен, вдруг — демон не принес золото!
После поездки в столицу в замке не осталось ни одной монеты, до приезда прекрасной Марии осталось три дня, а у него нет даже меди, чтобы привести замок в порядок!
Ах, как хотелось графу снять факел со стены и полюбоваться корчами демона, но…
Через три дня здесь будет Мария. Демон должен приворожить ее, сделать послушной, покорной рабой.
— Почему ты не принес золота?! — остановился граф, и с силой вывернул шею, словно ее обнимало не жабо, а петля висельника. Где оно?
— В пределах моих чар имелось только лишь золото Мастера, — сдержал улыбку Найл. — Не хотите же вы, граф, прикоснуться к нему? К золоту Мастера?
Было интересно наблюдать за танталовыми муками де Сен-Жермена, который никак не мог понять, о ком толкует демон, но который не желал выказать перед рабом свою неосведомленность. Что за Мастер?
Сам Люцифер?
Один из его приближенных?
Или человек, колдун и чернокнижник, обитающий в другом краю Ойкумены?
— Если ты готов на прикосновение, я принесу, — не удержался Посланник.
— Нет, — испугался доморощенный колдун, — этого золота я не хочу! Принеси мне другое, нормальное.
— Откуда в моих кругах нормальное? — пожал плечами Найл. — Я могу доставить только безопасное. Но не раньше, чем завтра вечером.
— Завтра вечером, — опять заметался де Сен-Жермен. — Завтра вечером. Один день… Правда, теперь мне верят в долг…
Связываться с золотом, на котором лежит некое проклятие или колдовской долг он не хотел. Разве мог дворянин подумать, что при отряде Найла просто-напросто нет войсковой казны, и «демон» тянет время до прибытия шерифа!
— Хорошо! — остановился граф. Завтра вечером ты обязан принести мне много золота, демон. Или мне придется тебя наказать. Ты понял меня? Ступай.
Де Сен-Жермен отошел к столу и принялся читать колдовские слова, отпускающие Посланника Богини назад к морю, соснам, солнцу и теплу.
— Надеюсь, Поруз не опоздает, — зевнул Найл, перекатываясь по выворотке на спину и жмурясь высокому солнцу. Иначе колдун вправду не выдержит и начнет поджаривать меня факелами.
— Вы что-то сказали, господин? — откликнулся ближний арбалетчик.
— Ничего.
Найл встал, потянулся. Отряд стоял у засеки почти неделю, заметно обогнав остальные части армии.
Войска заканчивали прочесывание приморских лесов, отлавливая дикарей, решивших тихо вернуться в свои дома и затаиться. Увы, жадность человеческая порою превышает все мыслимые пределы — никто из дикарей не смог заставить себя расстаться с драгоценным трофейным оружием. Теперь их вязали и отправляли в княжество, а оружие так и так переходило в армейский обоз. Впрочем, по сообщениям пауков, всем отрядам до моря оставались считанные километры. Найл надеялся, не сегодня — завтра все силы вновь соберутся в единый кулак.
Отношения воинов с местными дикарями постепенно стали почти дружескими. После того, как выяснилось, что местные воины не принимали участие в нападение на баронства, а северяне не собираются нападать на поселок, и те и другие расслабились.
Профессор в знак дружбы раз посылал для кашеваров Найла пряности и травы, указал несколько источников чистой воды. А после того, как соскучившиеся по нормальной работе ремесленники помогли дикарям поставить загоны для скота, засека уже практически не закрывалась, позволяя людям ходить в обе стороны.
Правда, войска, пусть и дружелюбно настроенные, но стоящие буквально за калиткой родного дома могут заставить нервничать кого угодно, и профессор Флойд раза три мягко намекал Посланнику, что вот-вот начнется сезон дождей — но правитель только улыбался в ответ, и уверял что, лесные дороги не столь плохи, чтобы оказаться размытыми до непроходимости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
