Вскоре подозрение укрепилось: шестеро покинули вышку этим способом, чтобы их не засекли из иллюминаторов гостиницы. Хотя «Тушка» стоит не так уж близко, к тому же сейчас ночь, и чтобы увидеть кого-то, выходящего из ворот, нужно специально наблюдать за ними, причем в бинокль.
Так кто мог засесть в гостинице?
Красный Ворон подозревал, что знает ответ. Левая рука задрожала, когда он подумал о человеке, прячущемся за тускло освещенным иллюминатором. То есть о двух людях. Ворон предпочел бы лично убить обоих. Капитан Ковач не был главным объектом мести, но он вместе с бойцами держал извивающегося Ворона, вместе с ними опускал его в «прорву»…
К тому моменту, когда он вышел к расчищенному участку у гостиницы, бойцы Ведьмака уже скрылись внутри. Туда вела завешенная брезентом дыра возле хвоста самолета, к ней тянулся трап из досок. Снаружи его не охраняли, но внутри всегда дежурили один-два человека.
Из самолета не доносилось ни звука. Ворон свернул, двигаясь вдоль границы зарослей, дошел до крыла. С веревкой можно было бы забраться на него, достичь фюзеляжа и попробовать залезть внутрь через иллюминатор. А так крыло слишком высоко, не достать. Ему нужна доска, прислонить ее и…
Тихий шум долетел из самолета. И тут же в третьем с хвоста круглом окошке мигнули тусклые вспышки. Заныло раненое плечо, и Ворон бесшумно выпустил воздух сквозь зубы. Донесся возглас, звук удара, еще один. Снова вспышки, в иллюминаторе замелькали силуэты. Вдруг изнутри на него брызнуло темным – как будто прыснули чернилами, так показалось в темноте, но он понимал, что днем цвет был бы другим: красным. Опять вспышка. К иллюминатору кто-то прижался, начал сползать, показались очертания головы, и человек упал на пол, оставив на стекле широкий кроваво-черный развод.
Наступила тишина. Красный Ворон не дышал. Он будто воочию видел, как внутри майор Титомир лежит на полу с простеленной головой, рядом истекает кровью капитан Ковач… Не так Ворон представлял себе месть, совсем не так! Он должен был сделать это сам! Из самолета снова донесся едва слышный шум. И опять тишина. Он стоял неподвижно, только ноздри раздувались. Костяшки пальцев, сжимающих пистолетную рукоять, побелели.
Раздались шаги, и на трапе показались люди. Один, второй, третий – он спотыкался, на голове мешок – и последний. Четверо! Внутрь вошли шесть человек, вышли четверо, причем один – пленник. Кто это, капитан или майор? Получается, второй мертв, как и трое бойцов Ведьмака?
Когда они спустились по доскам, из самолета выглянул охранник.
– А с телами что делать? – возмущенно зашептал он вслед. – С кровью на полу? С рюкзаками?!
Ему не ответили. Охранник плюнул и убрался в самолет, а четверо людей направились обратно к вышке. Ворон видел, что тот, у которого на голове мешок, и руки стянуты за спиной, покачивается. Ковач это или Титомир?!
Отряд свернул к прорехе в зарослях. Ворон прищурился, вглядываясь до рези в глазах, – ведь если это майор, можно убить его прямо сейчас! От возбуждения левую руку затрясло так, что пришлось сунуть ее в карман и прижать к бедру. Он поднял «Глок», целясь… И опустил. Нет, нельзя стрелять. Бойцы ведут к вышке именно майора, теперь Ворон узнал его. Ковач более долговязый, так что это точно Титомир. Но в темноте, к тому же когда цель окружена конвоирами, риск промахнуться слишком велик. Вот если бы у него был «Галац»…
Он дождался, пока четверо людей исчезнут среди кустов, и медленно двинулся в обратном направлении параллельным с ними курсом.
Ворон снова увидел их, когда они появились на свободном от зарослей участке перед воротами. С тихим скрипом приоткрылась дверь, выглянувший наружу охранник с автоматом спросил:
– Как прошло?
– А ты не видишь?! Зашибись! – зло хрипнул тот человек, который по пути к самолету приказывал Борову не шуметь. Он врезал пленнику кулаком между лопаток, майор упал на колени, но не издал ни звука. – Эти звери армейские троих завалили! Борову майор нож в глаз воткнул! Тварь в погонах, мутант кровожадный!
Он еще раз ударил Титомира, и тот повалился лицом на землю – все так же молча.
– Поднять его!
Двое других схватили пленного, поставили на ноги.
– Там же еще капитан был? – уточнил охранник.
– Капитан три пули словил. И двигался после того, прикинь? Чалому в лоб маслину заслал. У них с майором пистолеты с глушаками были, как и у нас… Я капитана добил, больше нет его. А ты шагай, тебя там очень ждут!
Он снова ударил пленника, и отряд вошел во двор. Дверь закрылась, донеслись голоса, удаляющиеся шаги. Стукнула вторая дверь, и стало тихо.
Красный Ворон запахнулся в плащ, сунув руки в карманы, уставился на вышку. Вверху за скошенным окном пентхауса мерцало пятно розоватого света – там горел «светляк», как у воргов.
Титомир внутри. Ведьмак внутри. «Доминатор» тоже внутри, хотя на него Красному Ворону, в общем, наплевать. Интересно, что Ведьмак собирается делать с майором?
Ворон зевнул. Нельзя все время поддерживать силы огневкой, а полтора часа сна за сутки, с учетом того, сколько ему пришлось двигаться, это слишком мало. Он по-настоящему устал, но нечего и думать о том, чтобы уйти отсюда. Надо оставаться и наблюдать – до рассвета несколько часов, и за это время много чего может произойти. Непослушными пальцами левой руки он нащупал оставшиеся на дне кармана орешки и несколько сушеных ягод. Достал, бросил в рот и принялся медленно, задумчиво жевать. Под утро часовые на постах засыпают чаще – можно все же попробовать пробраться в вышку и убить майора, а дальше будь, что будет. Он ждал целый год. Подготовил засаду на Станции, все спланировал… Теперь Ворон был готов умереть, чтобы довести дело до конца.
Он снова зевнул – широко, натужно. Скрипнула дверь возле ворот, и за ограду вышли трое. Один споткнулся, второй толкнул его, раздраженно проворчал. «Шагай, придурок!» – донеслось до Ворона. Он прищурился, сообразив, что знает всех троих: бандит по прозвищу Минус, с которым столкнулись на Станции, Татуха – один из подручных хозяина вышки, – и боец из Комплекса, Пригоршня. Этот что тут делает?
Оглядевшись, троица быстро направилась в северном направлении.
Красный Ворон разжал пальцы, выронив на землю оставшиеся орешки. Спать больше не хотелось. Ему вдруг стало очень, очень интересно, что будет дальше.
* * *
Пригоршня осознавал, что зомбирован. Понимание пришло почти сразу после того, как в лаборатории Ведьмак вытащил из его черепа «партнера». Как он это сделал, что за приспособу использовал – черт его знает, Пригоршня не видел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
