сторону утихшего парка.
— Да что ты⁈ — я оскалился, с трудом удержавшись от шага назад. — Туда? Серьёзно⁈
Сакага вздохнул и двинулся ко мне… плавно обогнув вздрогнувшего, почти поверившего, что сейчас тот набросится. Сделал несколько шагов от брошенных фургонов, обернулся и улыбнулся в своей раздражающей манере:
— Не заставляй себя заставлять, терюнаши. — Он почти ласково поманил когтями, каждый из которых вдвое увеличивался в длину по приказу его мозгового имплантата. — Или хочешь выполнить лишь половину приказа моего казоку-хетто?
Я вздохнул, вынул из рюкзака бутылку и снова напился. Подумать только, водой, не паймой! А затем задумался, что фер Сакага, в сущности, ничего не знает. Ни о моих переговорах с Песчаным Карпом, ни о взаимных угрозах, ни о записи с напутствием и упоминанием моих родителей. Ни о, естественно, истинной сути своего господина.
Он был лишь костяшкой моннго, пусть и не самой дешёвой. Но всё равно безвольной, выполняющей привычную работу по тем рецептам, что доступны его ограниченному бандитскому сознанию…
— Ладно, — кивнул я, подтягивая рюкзак и шагая в сторону парка. — Идём…
Даже если Сакага удивился, то виду не подал. Двинулся следом, мягко, почти бесшумно, и я прикинул, что по уровню боевой подготовки Пыльный едва ли уступает любому из сопровождавших нас «Садовников».
Мы вошли в «Хари’н’ханси».
п.3.; г.11; ч.3
Наёмников видно не было, но я знал, что они наблюдают за нами из темноты. Очень странной парой мы с Пыльным двинулись по центральной аллее под прихлопывание старых дырявых вымпелов на верёвках.
Остовы аттракционов навевали жуткую тоску. Тёмные, крупные, возвышавшиеся справа и слева, они отчего-то напомнили мне пробиваемую ветрами пустыню, усыпанную бетонными хребтами заброшенных, неведомых построек древнего Тиама…
Однако куда больше тоски нагоняли трупы защитников, изрешечённые фанга, они попадались чуть ли не на каждом шагу. На втором десятке я перестал считать, но всё ещё всматривался в неподвижные тела, безуспешно пытаясь рассмотреть нашивки кланов или иные опознавательные знаки.
Все убитые казались совершенно разными, будто наугад собранными с улиц и спешно вооружёнными новенькими ассолтерами. Одеты бедно, часто неопрятно; среди них встречались даже откровенные подростки, совсем молокососы, в основной массе босолапые.
На третьем десятке тел я в очередной раз отдал должное высокому профессионализму чу-ха, нанятых мной для штурма «Небесного моста».
А вот раненых среди побеждённых не оказалось, дурной знак…
Мы продолжали шагать, сворачивая там, где указывал фер Сакага.
Не скажу, что ситуация была непривычной — на этапе ритуального посвящения в казоку мне доводилось участвовать в паре боевых операций «Детей заполночи», и всякий раз меня негласно опекали, окружая опытными бойцами и аккуратно оттирая от передовой. Но одно дело, стоять в рядах собратьев, и совсем другое, тащиться за ненавистным ублюдком по усыпанным трупами аллеям…
Путь окончился у неприметной кирпичной постройки в дальнем конце парка.
Као-ду провожало нас взглядом огромных тактических окуляров под козырьком шлема. Позицию бесполый занял на ржавой вагонетке миниатюрного скоростного транзита, умевшего взлетать на дугу монорельса, а потом стремительно падать с неё на умопомрачительной скорости.
Панго, деловито переоснащая супрессор новыми дисками, засел поодаль. Прикус, сопя из-под вечной маски, подпирал бледно-красную стену у железной двери.
Одноэтажный домишко оказался непримечательным и скромным — обычная техническая постройка среди нагромождений таких же. Вот только если бы не уйма энергетических кабелей, ведущих к нему по земле и воздуху с ближайших мачт.
— Как ваши? — спросил Сакага, обгоняя меня на последнем десятке шагов.
— Цена ранен, — хмыкнул Прикус, неопределённо дёрнув плечом. — Но в строю.
— Отлично сработано, — кивнул Пыльный. — Господин будет доволен.
— Гхмм… нам ждать гостей?
— О, безусловно, новых вводных пока нет, — улыбнулся посланник Господина Киликили, заставив меня вздрогнуть от простоты произнесённого приговора. — У вас всё та же четверть часа на подготовку оборонительных рубежей.
— Принято.
«Садовник» двинулся в темноту, бормоча в закрытый канал тактической «мицухи».
Я остановился:
— Ты, байши, шутишь⁈
От кирпичной стены и двери, к которой меня вёл черноспинка, отделяли три шага. Фер Сакага терпеливо обернулся.
— Ланс, ты утомил, — тихо сказал он, обнажая клыки. — Завали свою уродливую пасть и входи, пока я не заставил силой.
Какое-то время мы мерили друг друга взглядами из-за непроницаемых очков, словно собирались на скорость выхватывать башеры для нелепого поединка. Затем я глубоко вздохнул и взялся за дверную ручку.
Что ж, это точно не казнь. Но я всё ещё решительно ничего не понимал…
Внутри здание оказалось даже проще, чем снаружи. Лёгкие перегородки выломали, освободив квадратное помещение примерно семь на семь шагов, мусор старательно замели к углам.
В центре возвышался массивный серый куб больше двух метров высотой, по виду металлический, напоминавший причудливый сейф с вереницей круглых окошек по периметру; в ближайшей к входу стене тонули выдвижные консоли.
Под основание куба, сплетаясь и объединяясь, уползали кабели, проброшенные снаружи через высверленные в кирпиче дыры. Две потолочные лампы светили тускло и постоянно мерцали; внутри устройства размеренно полыхало зелёным, причём едва ли не ярче.
Кажется, теперь становилось понятно, почему Ниточка погрузилась в полумрак… что, впрочем, никак не объясняло природу угловатого монолита.
Фер Сакага за моей спиной запер дверь на засов. Расстегнул броневоротник, снял и привесил к поясу шлем.
— Не отвлекайся на то, что услышишь снаружи, Ланс, — негромко велел он, медленно обходя куб и ловко переступая через нагромождения толстых кабелей. — Ясно? Парням тоже приказано не мешать нам ни в коем случае. Что бы ни случилось, сисадда?
Я кивнул, хотя никакого понимания не было и в помине.
— Допустим… Но что дальше?
Пыльный остановился справа от меня на расстоянии вытянутой лапы, поднял гаппи и чиркнул когтем.
— Слушать, — просто ответил он.
А в мой заушник снова ворвался бесплотный голос его грозного господина.
— Ланс, я тебя вижу, — сказал фер Шири-Кегарета, волшебством выверенного тона заставив вспотеть и приготовиться к чему-то важному. — Знаю, ты много лет терзался мыслью, а не избранный ли ты, так? Знаю, что в какой-то момент эта мысль покинула твоё сознание… Ты устал и сдался. Я ощущаю и понимаю. Но, что, если я скажу, что ты сдался чуть раньше времени?
Я перевёл взгляд на терпеливо выжидающего Пыльного, но тот определённо был лишён возможности слышать речь казоку-хетто.
— Не мне винить тебя, Ланс фер Скичира, — продолжал тот. — И я не стану. Потому что точно знал, что нужный миг настанет. И что только мне по силам в целости сохранить тебя в нашем непростом и весьма опасном мире, и подготовить к его защите…
Байши! Существо, ещё недавно открыто угрожавшее мне смертью, а затем возопившее о спасении чуть ли
