Тем временем огромный детина догнал-таки свою супругу и, схватив за шиворот, резко дернул ее назад. От этого рывка платье окончательно расползлось, не выдержав столь кощунственного к нему отношения, а так как он своей лапищей захватил и нательную рубаху, то взорам толпы предстали ее голые прелести. Видя это, стоявшие неподалеку мужчины одобрительно загомонили; и то правда, посмотреть было на что.
Услышавший, как прореагировали на прелести его женушки, Яков раздухарился не на шутку и ударил жену кулаком по голове. Андрея даже передернуло от звука, последовавшего за ударом. Он точно знал, что после такого на ногах не устоит и здоровый мужчина. Женщина безвольно сложилась на мостовой бесформенной кучей, но распаленный Яков не мог успокоиться и замахнулся для последующего удара.
Вот тут-то Андрей и не сдержался, вдруг четко осознав, что сейчас этот громила попросту забьет жену насмерть. Быстро подскочив к мужчине, он перехватил занесенную для удара руку за запястье и резко дернул ее назад, заставив мужика оставить свою жертву в покое и сделать шаг в сторону.
И вот теперь выходило, что ему придется отдуваться вместо этой женщины. Ему откровенно было страшно, это отчетливо читалось на его лице, и Яков это прекрасно видел. Андрей уже заметил, что тот хотя и изрядно выпил, но соображения еще не потерял, а в глазах читалось неприкрытое бешенство.
– Да ты кто такой?! – Было видно, что ему абсолютно наплевать, кто такой перед ним, не благородный – и ладно, но в глазах окружающих он хотел выглядеть в своем праве, так как намеревался примерно наказать того, кто влез не в свое дело.
Вопрос не подразумевал под собой ответа, Андрей и не стал отвечать, да ему было и не до того. Пудовый кулак с завидной скоростью устремился ему в лицо.
Чтобы блокировать такой удар, нужно быть самоубийцей, поэтому он и не стал этого делать. Впрочем, все было проделано на рефлексах. Хорошо все-таки драться в мире, где и понятия не имеют о рукопашном бое, во всяком случае те, кто не проходил обучения воинскому искусству. Хотя и воины, выйди они против него без оружия, имели бы немного шансов, во всяком случае, не умудренные многолетним опытом ветераны.
Слегка отклонившись в сторону, Андрей ухватил рукав рубахи Якова – захватить саму руку у него ни за что не получилось бы, уж больно неохватная она была, – и потянул вперед, одновременно насаживая солнечное сплетение громилы на свое колено. Андрею показалось, что ударил он каменное изваяние и тот даже не заметил этого выпада… но он ошибся. Конечно, из кого другого такой удар напрочь вышиб бы дух, Яков же только, недоуменно хекнув, повел плечами. В планы Андрея вовсе не входило давать тому время прийти в себя, ибо это означало бы его конец или вынудило бы взяться за меч, – а вот это уже попахивает убийством.
Не видя иного выхода, Андрей поступил нечестно – а не фиг, избивать слабых тоже нечестно! Быстро подшагнув к противнику, Андрей нанес сокрушительный удар коленом между широко расставленных ног Якова. Мужик, конечно, был здоров, что твой боров, но такого снести никому не под силу. Тонко подвывая, Яков сложился в три погибели и стал кататься по мостовой.
«Все, месяца два по бабам не ходок. Хотя, может, и больше, здоровый не здоровый, но пресс на яйца держать никто не может. Я таких, во всяком случае, не видел. Ого, а вот и стража. Сейчас начнется».
К месту разыгравшегося действа быстро, но не бегом и без излишней суеты, приближался патруль из трех стражников.
– Что случилось? – подпустив грозности в голос, спросил старший.
– Так Яков, господин десятник, опять свою бабу гонять начал, – стал объяснять один из зевак.
– Ясно. Ты кто таков?
– Андрэ Новак.
– Приезжий?
– Да, господин десятник.
– Ножны покажи. – Проверив печать на ножнах меча, старший несколько успокоился. – Зачем вмешался? – продолжил десятник, посматривая на тонко подвывающего Якова, что никак не вязалось с этой горой мускулов. – Он уже не впервой учит уму-разуму свою жену, пока не забил, ума не теряет. Ну наддал бы ей, уплатил бы штраф за нарушение покоя – делов-то, не впервой.
– Да прибил бы он ее. Он на улице как дернул ее за платье, так то и расползлось, выставив все прелести наружу. Мужики заохали, а этот Яков как с цепи сорвался.
– Если так, то мог и прибить, – задумчиво проговорил старший. – Ладно, вы двое, как оклемается, ведите его к капитану. А ты – пошли со мной. Если бы просто драка, так и я разобрался бы, а так… Как бы ты ему чего не повредил.
Все обошлось. Хотя Якова привести не смогли, так как тот на ногах стоять не мог, капитан стражи распорядился направить к нему лекаря – понятно, что за услуги пришлось платить Андрею. Потом еще уплатил Якову за увечье, деньги передал давешний десятник: Новака капитан решил лишний раз не светить перед отличавшимся задиристым характером каменотесом. Супруга гиганта, по всему видно, получила сотрясение мозга.
Освободился Андрей только ближе к вечеру и тут же направился в гостиницу, твердо пообещав самому себе ни во что больше не вмешиваться. Что вполне успешно и воплотил в жизнь.
– Ну и как тебе Йорк? – улыбаясь, спросил его Эндрю, так как Андрей, отказавшись от выпивки, сказал, что пойдет посмотреть город, что ему до сих пор никак не удавалось, несмотря на жгучий интерес.
– Да никак, – разочарованно махнув рукой, ответил Андрей. Потом ему пришлось рассказать о произошедшем.
– Нечестный удар, – вынес свое резюме Джеф, поддержанный Эндрю.
– Ага. А как бы я еще остановил эту гору мышц? Я ему так засадил, что колено до сих пор болит, а ему хоть бы хны, – вот и пришлось.
– Все равно не по чести это, – стоял на своем Джеф. – Это же не схватка на поле боя, где все приемы хороши и главное – выжить и противника укатать под горку.
– Посмотрел бы я на тебя, будь ты на моем месте, – недовольно буркнул в ответ Андрей.
В это время в помещение вошел какой-то молоденький паж и, направившись прямиком к Андрею, наклонился к самому уху и тихо, но вполне отчетливо проговорил:
– Господин, вас просит выйти моя госпожа.
– А кто такая твоя госпожа? – удивленно поинтересовался Андрей, впрочем, так же тихо.
– Достаточно того, что она благородная леди, – все так же учтиво, уклончиво ответил паж.
Справедливо рассудив, что нанести кому-либо из благородных обиды он еще не успел, Андрей решил не обострять отношений с незнакомой представительницей благородного сословия. По привычке он быстро провел рукой по кобуре со «стечкиным» и, убедившись, что тот на месте, направился следом за молодым провожатым.
Выйдя на улицу, он увидел стоявшую неподалеку карету без каких-либо гербов на дверцах, что говорило о том, что данное средство передвижения принадлежит какому-то мелкому дворянскому роду, ниже баронского.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
