Мы — три цессы шли позади короля Дэвида, который сегодня был горбуном. Рядом с ним шел высокий импозантный мужчина с роскошными гусарскими усами, черными, огненными глазами и королевской статью, лет тридцати. Дэвид своим внешним видом как бы подчеркивал красоту Лавтийца. Роредрик сен Стравия был прикрыт осканитом. Чему я была не удивлена.
В этот раз нас попросили надеть розовые платья. Мы смотрелись как три розочки, и все люди на приеме восхищались нашей красотой. Но я помню, как мы отреагировали на желание церемониймейстера одеть на нас платья юных дев. Все единодушно промолчали, но восторга, ни у кого на лице не было, даже Аканэ застыла со своей доброжелательной улыбкой. Ну да ладно, чем бы дитя не тешилось, лишь бы государству было хорошо. Мы в розовых платьях прошли через коридор из придворных к своему столу, расселись.
Король Дэвид сказал приветственную речь, о долгом союзе Архона и Лавты и о новом витке в отношениях государств. Несколько слов сказал об отборе, о том, что все цессы достойны быть королевами. Во время этой речи я заметила на себе оценивающий взгляд сена Роредрика. По — видимому приценивался, подойду я ему или нет. Увидев, внимание Лавтийца я любезно ему улыбнулась, во взгляде мужчины промелькнуло что-то хищное, я отвернулась.
За нашим столом, который стоял перпендикулярно, остальным столам было десять человек. Пять советников, король, три цессы и почетный гость. Все цессы сидели по правую руку от короля. Я была самая крайняя, мне было очень удобно прятаться от любопытных взглядов за цветком, который стоял рядом, а то кушать на виду у всех было не очень приятно. Естественно король сидел по центру, рядом с ним сидел Болк, а с другой стороны Роредрик. Советники расположились с двух сторон от короля. С нашей стороны кроме Болка был сен Нейтрин. Овид сидел рядом с Лавтийцем. Мы за столом практически не общались, ели тоже мало. Сотни глаз как-то не располагали к азартному поглощению ужина.
Сен Роредрик тоже сказал свою речь. У него был глубокий низкий голос, он умело выводил им слова, все словно завороженные слушали его. Я присмотрелась магическим зрением ментального воздействия не было, но что –то неуловимое витало в воздухе в виде светящихся частиц вокруг Лавтийца. В конце речи он приподнес нам всем подарки. Цессам браслеты, королю холодное оружие. Слуги выносили подарки и ставили их перед нами. Нам предложили надеть браслеты, они все были одинаковыми, но отличались друг от друга. Теперь было понятно, почему у нас были розовые платья. Браслеты были с розовыми камнями. Мы по просьбе гостя примерили украшения. Дэвид попросил слуг унести свой стилет, подаренный Лавтой архонскому королю.
Я смотрела на Лавтийца и он мне все больше и больше нравился. От него веяло мужской силой, я понимала, что с таким человеком "буду как за каменной стеной". Вскоре ужин был закончен, и нас проводили в зал, где должен проходить бал.
Бал открывался полонезом. Меня на танец сразу же пригласил сен Овид. Болк естественно пригласил Ренейт, а сен Завит Аканэ. Король и Роредрик не танцевали, они сидели на постаменте и за всеми наблюдали.
Мне хотелось потанцевать с Роредриком, я надеялась, на то что он пригласит меня. На вопросы Овида, пока мы танцевали, я часто отвечала невпопад, так как не могла сосредоточиться ни на чем другом, кроме мужчины, который мне жутко нравился.
— Кэтти, как тебе прием.
— Он великолепен.
— А как тебе наш гость?
— У него чудесный голос.
Овид удивился моему восторженному лицу, но тут мы повернули, и теперь я могла смотреть на Лавтийца во время шествия. Он отвечал мне страстным взглядом. «Неужели я встретила свою любовь?» — Пронеслось в моей голове.
— Кэтти, что происходит, ты опустила все щиты, — это был король Дэвид. Мне показалось настолько противным его вмешательство в моё личное пространство, как и его вид горбуна. Я захлопнула свое сознание от него. Так и хотелось в ответ сказать — «Отвали».
— Деда, я хочу замуж за Лавтийца, — отправила я послание и, похоже, сказала это вслух.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что? Я не понял, Кэтти. Так когда у тебя обучение твоей педагогике для офицеров, на этой неделе? — повторил свой вопрос сен Овид.
— Обучение? — Я посмотрела на Роредрика, мне хотелось, чтобы нас сегодня же обвенчали, как я буду жить до конца отбора?
Полонез закончился, Овид подвел меня к деду.
— Кэтти, я не понял, ты, увидев сена Роредрика, поняла, что хочешь за него замуж? — поинтересовался он.
— Совершенно верно. С ним я буду счастлива.
— Может ей что-то в вино подмешали? — скептически произнес Овид.
Ответ я не услышала, потому что мой кумир подошел пригласить меня на вальс. От голоса сена Стравия волна мурашек покрыла моё тело.
— Добрый вечер, сены. Я, так полагаю, вы легендарный генерал Роляини, разрешите пригласить вашу внучку на танец, — пророкотал приятным басом Роредик.
Я не могла оторвать от него восторженных глаз. Король в это время приглашал Ренейт. Дед, почему-то не был в восторге от внимания высокого гостя, но отказать при всем честном народе не мог и, к моему удовольствию, согласился.
Мы прошли в центр зала и начали вальсировать. Я не могла насмотреться на мужчину моей мечты. От его рук по моему телу струилось тепло. Ради Роредрика я была готова на все.
— Сенара Екатерина, я рад, наконец-то, познакомится с вами, поближе, — обратился он ко мне и от такого приятного голоса по телу поползли волнительные мурашки.
Мы смотрели друг другу в глаза, я читала в них свой приговор — я стала его навеки.
— Мне очень приятно встретиться с вами, я много слышала про вашу чудесную страну, — сказала я в ответ.
— Она действительно удивительна. Если вы когда-нибудь попадете к нам, то не пожалеете ни об одной потраченной минуте, проведенной в Лавте.
— Я обязательно приеду полюбоваться вашей родиной.
— А я в таком случае хотел бы познакомить вас со всеми нашими красотами.
Была бы моя воля, я бы прямо сейчас собрала все вещи, хотя нет можно и без вещей, лишь бы с ним.
После вальса Роредрик предложил прогуляться по залу. Мы шли под ручку, и я ничего не замечала вокруг. Самый главный человек моей жизни был рядом. Отказать ему было невозможно. Как-то незаметно мы вышли из зала в коридор и зашли в одну из пустующих комнат. Роредрик проводил меня к дивану и сел рядом.
— Сенара Екатерина, Кэтти, вы разрешите вас так называть?
— Конечно, — смущенно прошептала я, скромно опустив глаза к долу.
— С первого взгляда вы поразили меня своей красотой. Я многое слышал о вас. — Роредрик придвинулся ближе и страстно зашептал: — я не смогу жить без вас и сойду с ума если вас не будет рядом. Помогите моему безумию.
Он обнял меня за плечи и привлек к себе. Затем осторожно прикоснулся к моим губам своими, как бы боясь напугать. Мне же хотелось большего, захотелось всё. Вжиматься, чувствовать всем телом, его. Я обвила твердые, надежные плечи мужчины руками. С моих губ вырвался нетерпеливый вздох. Роредрик прижал меня еще крепче, потом пересадил одним движением к себе на колени.
Мы словно обезумели друг от друга и не могли оторваться от пьянящих поцелуев. Его губы мягко прошлись по моей шее. В ответ я расстегнула камзол моего мужчины, выкинула куда-то его галстук, дернула рубашку и, наконец то добралась до груди. Проведя по горячим мускулам ладонями, я ощутила, как он весь напрягся. Роредрик застонал.
Тут дверь в гостиную с грохотом распахнулась. На пороге стоял взбешенный король. Позади него маячили обескураженные советники. Они все зашли в комнату и плотно закрыли двери. Роредрик посадил меня на диван. А мне было совсем не стыдно. Мой мужчина на фоне этих щеголей и горбуна, даже полуголый, вернее особенно полуголый, смотрелся великолепно. Я не могла отвести от него восхищенного взгляда.
— Сен Роредрик Стравия, вы перешли все границы дозволенного и нарушили договор. Я вынужден просить вас оставить страну.
Какой этот король все же противный.
