В 2 часа ночи открыли огонь. Подразделения дружно атаковали фашистов. Через 15 минут вперед двинулся транспорт. Поднятый машинами шум был воспринят гитлеровцами как атака танков и вызвал у них панику. Этим воспользовались наши бойцы. Они устремились в образовавшуюся брешь и вырвались из окружения. Вскоре противник подбросил резервы и вновь занял Негино. Часть армейских тылов, арьергардная 155-я стрелковая дивизия полковника П. А. Александрова и 275-й инженерный батальон остались в тылу у врага. Они прорывались из окружения ночами, отдельными группами.
Штаб подготовил маршруты движения. Мы шли на юго-восток и с 12 октября вели бои уже на территории Курской области.
В ночь на 14 октября вновь отличилась 6-я стрелковая дивизия, которая вместе с 462-м артиллерийским полком майора И. И. Собкалова наносила удар на Хомутовку. Дивизия разгромила фашистский кавалерийский полк, пытавшийся преградить ей путь, и захватила большие трофеи.
Когда войска армии подошли к большаку Рыльск - Дмитриев-Льговский, гитлеровцы начали атаки с разных направлений. Мы вновь оказались в кольце. Боеприпасов, продовольствия и горючего недоставало. Авксентий Михайлович Городнянский принял решение в ночь на 17 октября ударом на Сковороднево, Нижнепесочное (на реке Свапа) пробиться на восток. Прорыв, как и предыдущий раз, был назначен на 2 часа ночи. 52-я кавалерийская дивизия обеспечивала переправу через Свапу. 307-я стрелковая прикрывала войска армии с тыла.
Укрывшись в густом сосняке, у самого переднего края вражеской обороны сосредоточивались подразделения 6-й стрелковой дивизии. По общему сигналу ее отважные воины бросились на противника. Их поддержали подошедшие 132-я и 143-я стрелковые дивизии. внезапность и слаженность ударов вызвали панику в частях фашистского 48-го танкового корпуса.
В дальнейшем, непрерывно маневрируя и отражая атаки гитлеровцев в течение девяти суток ожесточенных боев, армия вырвалась из окружения. Самым эффективным методом наших действий были сосредоточенные, внезапные ночные удары по наиболее уязвимым участкам обороны врага. Здесь хорошо проявили себя наши{разведчики, постоянно державшие связь с местным населением. Благодаря этому командование, как правило, знало силы и намерения противника. Несложно попять, какие трудности испытывали войска в отношении боеприпасов и продовольствия. Выручало нас широкое использование захваченных в боях трофеев. Продуктами питания охотно делились с воинами местные жители. Выходя из окружения, мы нанесли фашистам значительные потери. Не менее 3 тысяч гитлеровцев из 48-го танкового и 34-го армейского корпусов навсегда остались в древней курской земле.
Возможно, кто-либо из читателей подумает, что при выходе из окружения штабная работа сводилась к минимуму или вовсе отсутствовала. В действительности же она шла необычайно интенсивно и осуществлялась в архитрудных условиях. На анализ и обобщение разведданных, как и на составление оперативной документации, отводилось предельно малое время. Столами и стульями нам служили зачастую пни и колодины бурелома, но тем не менее отрабатывалась вся документация по организации взаимодействия и огневой поддержки при атаках. Особой заботой были ведение карты командующего, определение маршрутов при маневре, выбор направлений ударов. Работники штаба нередко шли в цепях атакующих, когда этого требовала обстановка. Весь состав штаба оказался на высоте своего положения, так что трудно кого-нибудь выделить.
С наилучшей стороны зарекомендовал себя командарм А. М. Городнянский всегда спокойный, трезво взвешивавший обстановку, неистощимый на поиск самых неожиданных для врага маневров. Он прекрасно сработался с членом Военного совета М. А. Козловым и начальником штаба А. В. Петрушевским. Все они непрерывно были в гуще войск. Начальник политотдела 13-й армии П. И. Крайнев, кажется, знал наперечет всех коммунистов объединения и имел к сердцу каждого свой ключик. У нас было очень мало танков, но использовались они весьма эффективно, и в этом громадная заслуга генерала М. А. Королева. Командующий артиллерией генерал В. Н. Матвеев, начальник тыла генерал Г. А. Халюзин, начальник инженерных войск полковник А. В. Бабин, начальник связи полковник И. Ф. Ахременко - все проявили максимум выдержки, профессионального мастерства и предприимчивости.
13-я армия вышла из окружения в составе примерно 10 тысяч человек. Все коммунисты имели при себе партийные билеты. Те, кто почему-либо не смог выйти и остался на юге Брянских лесов, организовались в партизанские отряды{86}.
Многих боевых товарищей не досчитались мы. Самоотверженность и презрение к смерти было нормой поведения.
Другие объединения фронта выходили из окружения тоже с громадными трудностями и немалыми жертвами. Так, в 50-й армии смертью храбрых пали командарм генерал М. П. Петров и член Военного совета бригадный комиссар Н. А. Шляпин. Был тяжело ранен командующий фронтом генерал А. И. Еременко, пробивавшийся из окружения с 3-й армией.
Ставка ВГК 24 октября приказала командованию Брянского фронта с целью сохранения вышедших из окружения армий отвести их на рубеж восточнее Дубны, Плавска, Верховья, Ливн, Касторного (села){87}.
Затем мы приняли участие в обороне Курска, получив в качестве пополнения боеспособные 2-ю гвардейскую стрелковую дивизию полковника А. 3. Акименко, 133-ю танковую бригаду полковника В. М. Полякова, 38-й мотоциклетный полк майора Абибулы Мустафаева, 386-й зенитно-артиллерийский дивизион и один бронепоезд. Возращались в армию малочисленные 121-я и 160-я стрелковые дивизии, они прикрыли юго-западные подступы к Курску. В городе были сформированы четыре полка народного ополчения, которые вместе с войсками армии вели оборону.
Враг бросил на курское направление 48-й танковый, 34-й и 35-й армейские корпуса. Непосредственно на город наступали 9-я танковая и 95-я пехотная дивизии. В последних числах октября завязались жестокие бои на дальних подступах к Курску. Отважно встретила противника 2-я гвардейская стрелковая дивизия. Только через пять дней, используя свое превосходство в танках и авиации, немецко-фашистские войска приблизились к городу. Ведя уличные бои, наши части к 7 ноября отошли на реку Тим. К этому времени все ценности Курска были уже эвакуированы.
Брянский фронт 10 ноября был расформирован. 13-я армия передавалась Юго-Западному фронту. После перегруппировки ей поставили задачу прикрыть елецкое направление и пути, связывающие Москву с южными районами страны. Но в 13-й армии насчитывалось не более 20 тысяч человек, а ее фронт растянулся до 160 километров. Боевые возможности объединения позволяли организовать лишь неглубокую очаговую оборону.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
