Чуть позже Любимову позвонили из канцелярии Брежнева: «Спокойно продолжайте вашу работу. Товарищ Леонид Ильич Брежнев желает вам удачи». Великодушный генеральный секретарь даровал театру жизнь.
А Константин Георгиевич Паустовский тихо скончался И июля того же, 1968 года.
В конце мая Высоцкий залег в Люблинскую больницу — надо бы привести себя в форму перед сибирской поездкой на натурные съемки фильма по можаевскому сценарию «Хозяин тайги». Лежал себе в палате будущий бригадир Рябой, тихонько напевал под нос: «Цыганка с картами. Дорога дальняя. Дорога дальняя, казенный дом…» И накаркал. Очередной посетитель, сунув гостинцы в тумбочку, вручил свежий номер «Савраски» — «Советской России» и пробормотал: «Почитай, Володь. Я понимаю: гонцов, приносящих дурные вести, казнили. Но ты уж меня пожалей…»
Ну вот, и дождался. Ты жаждал славы, признания? Получай, вот тебе статья «О чем поет Высоцкий»…
«Летом был в отпуске в Москве, — рассказывал Кохановский. — Звонит Володя и спрашивает, читал ли я сегодняшнюю «Советскую Россию» — «Нет, — говорю, — не читал. А что там такое?» — «А там, — говорит Володя, — жуткий материал про меня».
«…Быстрее вируса гриппа распространяется эпидемия блатных и пошлых песен, переписываемых с магнитных пленок… Мы очень внимательно прослушали… многочисленные записи таких песен московского артиста В. Высоцкого в авторском исполнении, старались быть беспристрастными… В них под видом искусства преподносится обывательщина, пошлость, безнравственность. Высоцкий поет от имени и во имя алкоголиков, штрафников, преступников, людей порочных и неполноценных. Это распоясавшиеся хулиганы, похваляющиеся своей безнаказанностью…»
А вот уж совсем не к месту:
«В программной песне «Я старый сказочник» Высоцкий сообщает:
Но не несу ни зла я и ни ласки..Я сам себе рассказываю сказки…
Ласки он, безусловно, не несет, но зло сеет. Это несомненно».
Значит, и Кукину бумерангом досталось. А Юра Визбор вообще может привлечь Высоцкого за плагиат, коль он, по воле этих журналистов, считается автором песни про технолога Петухова.
«Мы слышали, что Высоцкий хороший драматический артист, и очень жаль, что его товарищи по искусству вовремя не остановили его, не помогли ему понять, что запел он свои песни с чужого голоса.
Г. Мушта, преподаватель консультационного пункта Государственного института культуры, А. Бондарюк (наш кор.), Саратов».
— Ну, как, Гарик, прочел? — в конце дня опять позвонил Высоцкий. — Что посоветуешь? Ты ж у нас матерый газетный волк?
— Прежде всего, не пороть горячки, — успокоил друга Кохановский. — У меня в «Савраске» товарищ есть, Новиков. Мы с ним вместе в Магадане работали. Я попробую его найти, что-нибудь выясню. Кстати, они крупно прокололись, раз чужие песни тебе приписали. Не переживай!
Новиков оказался надежным мужиком, навел справки: было указание опубликовать статью по Высоцкому, но для острастки, без «оргпоследствий».
Ага, но через неделю звонит Котеночкин, который еще недавно предлагал озвучивать Волка в своем первом мультике «Ну, погоди!»:
— Володя, извини, пролет. На пленуме ЦК комсомола сказали, что ты — одиозная фигура, тлетворно влияющая на советскую молодежь. Утвердили Папанова.
Да пошли вы все!..
Зато Мариночка снова в Москве, приехала доигрывать свою Лику Мизинову. Высоцкий возобновил осаду, ищет встреч, днюет и ночует на съемочной площадке «Сюжета», часами просиживает в гримерных. Это ему дорого обходилось: Таганка предъявляла счета. За Высоцкого перед Любимовым оправдывался Сергей Юткевич: дескать, это он виноват, не доглядел, не удержал… Словом, нес вздорно-прелестную чепуху. Впрочем, авантюрной натуре Юрия Петровича фантастический роман актера его театра очень даже нравился. Мол, мы тоже не лыком шиты…
Однажды во время съемок Владимир появился немного под-шофе. Марина уже привыкла к его неожиданным возникновениям: «А вот и мой паренек!» «Я находила его симпатичным, немного смешным, кем-то вроде «середнячка», — рассказывала Влади. — «Русский молодец» небрежно одет, коротко стрижен. Он невысок и круглоголов. И вдруг он меня приглашает танцевать. Он пытается поцеловать меня в шею! Я хохочу, как бы говоря этим: «Но послушайте, нет, как же так?!» Потом он говорил мне, что был этим ужасно раздосадован. Это было так смешно! Мне казалось совершенно немыслимым, чтобы наши отношения были иными, нежели дружескими».
Марина просит оградить ее от приставаний — у нее роман с румынской кинозвездой, который дожидается ее в Париже, и при каждом удобном случае она рвется домой.
Высоцкий об этом знал, во всяком случае, сплетни такие слышал, и все равно не оставлял планы «взятия Бастилии или Дарданелл». Как-то в ресторане ВТО атаковал вопросами свою давнюю симпатию, актрису Валю Малявину, которая только-только вернулась из Румынии со съемок совместной картины:
— Как там Румыния, Валюш? Румыны не приставали?.. Ты там не слышала случайно о таком актере Кристи Авраам? Говорят, звезда…
— Слышала. И даже видела. Знойный красавец.
— У него, говорят, роман с Мариной…
— Не знаю. И знать не хочу. А ты если любишь — люби. И никого не слушай.
— Я люблю Марину. До сумасшествия. Она уехала в Париж. Что мне делать?
— Жди.
Он встал и вышел… через раскрытое окно ресторана. А потом взял и написал:«Я встал и, как всегда, в окно, но на окне — стальные прутья…»
«Что была ей, французской актрисе с мировым именем, страсть барда с хриплым голосом, пусть даже суперпопулярного у себя на родине? — трезво рассуждал свидетель «поединка» Влади — Высоцкий Игорь Гневашев. — Там, где сдавались без боя любые отечественные крепости, французский форт стоял непоколебимо. Не думаю, что это уязвляло его самолюбие, он был выше этого. Скорее это подхлестывало его еще больше, может быть, впервые за последние годы он встретил такое сопротивление: пить — так пить, любить — так королеву. За Володю волновались. Он же просто шалел от любви. Таким он был совершенно беззащитен, все страдания легко читались на его лице».
Вот и кончилось все, продолжения жду,Хоть в других городах,Но надежды, надежды, одной лишь надежды хотим мы.Словно все порвалось, словно слышится SOSНа далеких судах…Или нет — это птицы на запад уносят любимых…
Высоцкого считали мистическим человеком, провидцем от Бога, Кассандрой в мужском обличим, обладателем потрясающей интуиции. Иначе как объяснить появление имени недостижимой Марины Влади в ранней песне Высоцкого«Сегодня в нашей комплексной бригаде. написанной за несколько лет до их непосредственного знакомства? Неужто исключительно благодаря удачно найденным парам рифм(«бригаде — маскараде — зоосаде — наряде — дяди — засаде — параде — Нади — Христа ради — Влади»)?Или настолько неизгладимым оказалось впечатление от кинофильма «Колдунья» по Куприну(«Я увидел ее — и погиб…»)?Или все же подспудным предчувствием неминуемой встречи(«Я ждал ее, как ждут стихийных бедствий…»)?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
