чат. — Мне понадобятся все, кто сейчас здесь присутствует.
Состав отряда № 1:
Максим «Инженер» Ларионов (капитан) — 95 уровень
Марат «Душегуб» Основной (старший сержант) — 52 уровень
Борис «Мех» Климов (сержант) — 62 уровень
Амир «Крылан-6» Сафин (сержант) — 51 уровень
Федор «Ключ» Разводной (рядовой) — 42 уровень
Ольга «Ведьма» Сердюкова (рядовая) — 64 уровень
Пётр «Каскадёр» Решаев (рядовой) — 71 уровень
Мария «Милаха» Королёва (рядовая) — 48 уровень
Егор «Глухой» Восставший (рядовой) — 54 уровень
Анжелика «Ева» Куратова (рядовая) — 46 уровень
Волк «Пушистик» — 37 уровень
— Вот это другое дело! — хлопнул в ладоши «Пётр». — Мы от этих морских котиков, что засели в Путоранском заповеднике, мокрого места не оставим.
— Не говори «гоп» раньше времени, — серьёзно посмотрел я на него.
— Стоп, а Почему я Егор Восставший? — написал в чате «Глухой». — Кто мне имя такое дал?
— Я, — ответил я ему. — Нужны были имя и фамилия. Поэтому взял их из головы. А что, не нравится?
— Почему же, — не стал дикий возражать. — Вполне сносно.
— А можно придумать название нашему отряду? — подала идею «Ведьма». — А то во «Вторжении» сплошные номера. Может пора исправить это?
Возражать насчёт названия отряда никто не стал. Но на чём-то конкретном сойтись нам не удалось. Поэтому на обед отправились тем же отрядом №1, без названия.
* * *
После утренней тренировки я первым делом заглянул в статистику операции «Чистота».
Операция «Чистота». День 4.
Статус миссий: в процессе — 28, завершено успешно — 49.
Статус отрядов: отправлено — 69, вернулись — 44, погибли — 6, на дежурстве — 9.
Действующих опасных аномальных зон — 32.
Исходя из этих данных, в России осталось всего четыре опасные зоны, где сейчас не работают наши солдаты. Выходит, что операция и впрямь даёт свои плоды и такими темпами вполне реально закончить её в поставленные сроки.
Но вот меня сильно смутило то, что в дежурных отрядах теперь значилось девять отрядов, а не два, как это было утром. И при этом моя группа по-прежнему числилась в самом конце списка.
Получается, на дежурство поставили тех, кто вернулись первыми с миссий и уже успели отдохнуть. Причём их поставили перед нами, что означало, что вероятность нашей отправки на задание сводилась почти к нулю.
— Они издеваются что ли? — Борису тоже не понравилось, что нас оставили в конце списка. — Кудрин за кого нас держит?
— Нахрена нас отправлять в Сибирь, если он считает, что мы не справимся со стандартной зоной? — поддержал «Меха» Пётр.
— А может не нужно делать поспешных выводов? — предположила «Ева». — Возможно мы чего-то не понимаем?
— Я не знаю, что на уме у Кудрина, — заключил я, — но я тоже не согласен с его позицией. У нас сильный отряд. И нечего держать нас в запасе. Вот только переубеждать полковника нет никакого смысла.
Затем я еще раз пробежался по сводкам. Но никакой информации о судьбе отряда, который отправился на помощь «Кулаку», не нашёл. Чуть позже я выяснил, что им добираться до места примерно три реальных часа. То есть восемнадцать аномальных. А это означало, что они приступят к заданию только ночью. И какую-либо информацию от них стоит ожидать, в лучшем случае, рано утром.
После обеда тренировки продолжились по той же программе. «Порох» и Ван Ваныч заставляли нас из раза в раз отрабатывать то, чему мы научились утром. И ничего нового изобретать мы не стали.
На отбой отправился с тяжёлыми мыслями. Из головы никак не выходил отряд «Кулака». Гоняя эти мысли по кругу, я так и не смог уснуть. Впрочем, это и не нужно было. Ведь в полночь я получил тревожное сообщение от самого Кудрина:
— Ларионов! Группа, отправленная на помощь «Кулаку», пропала. Поднимай по тревоге свой отряд. Вы выдвигаетесь!
Что ж, этого я и опасался. Как бы красочно не расписывал «Порох» отправленную группу быстрого реагирования, а они задачу провалили. Выходит, как говорит в подобных случаях тот же «Порох», «никто, кроме нас».
Глава 25
Команда спасения
Вологодская область.
15 июня 2024 года.
Московское время — 21:40.
Аномальное время — 10:01.
В этот раз на борту привычного нам вертолёта «Мишка» мы пробыли недолго. Он лишь доставил нас до ближайшего военного аэродрома. А там мы перебрались в самолёт ИЛ-76, на котором мы и добрались до потерянного города в Вологодской области.
— Итак, ещё раз, — следуя командирским инструкциям, решил я провести финальный брифинг, а заодно попытаться поднять боевой настрой. Убедившись, что все члены отряда, сидевшие по обе стороны грузового отсека, услышали меня, я начал. — Город, в который мы направляемся, был потерян в результате смещения зоны. Тринадцатый отряд под командованием капитана Кулакова отправился исправить ситуацию. Но задачу они провалили и потому запросили поддержку. Отряд быстрого реагирования, что отправился им на помощь, так же пропал. Таким образом в этой зоне пропало три отряда.
— Четвёртого не будет, — усмехнулся «Каскадёр».
В этот момент наш ИЛ-76 попал в зону турбулентности. Причём начало болтать так сильно, что я даже хотел вернуться на своё место и пристегнуться. Разумеется, посчитала своим долгом напомнить о себе и моя «любимая» боязнь летать.
Но я старался не показывать отряду никаких эмоций. Я и раньше никому не рассказывал, что, как любой нормальный человек, иногда испытываю страх. А сейчас, будучи командиром боевого отряда, и вовсе глушил в зародыше все подобные чувства.
Когда самолёт перестало болтать, я вернулся к своей речи:
