— А зачем? Вон там еще одна лодка осталась, не прогорела толком. Думаю, пару бревен на ней обогнуть можно.
На берегу началась суета. Пятеро лучников ушли по крышам и встали над проходом, ведущим кратчайшим путем к воротам. С ними ушел гончар, неплохо разобравшийся в устройстве лабиринта. Вагр и Аграв бросились в воду и дошли до конца частокола. Здесь глубина доходила обоим до горла. Еще шаг, и накроет с головой.
Но шаг этот можно сделать и по дну. За частоколом и участком воды начиналась вырубка перед крепостной стеной, за которой маячил спасительный лес.
На баркасе долгое время не понимали, что за суета творится среди ополченцев. Когда слуги Нечистого разобрались, что раненых грузят на лодку, обгоревшие края которой едва выступали над волнами, там начался смех и улюлюканье. Трое пиратов бегом направились к копьеметательной машине.
Не все раненые поместились в утлой посудине. Некоторым пришлось идти по дну, держась за черпающие воду края. Остальные ополченцы бросились вплавь.
В этот момент на баркасе поняли, что накрыть их всех одним-двумя залпами не удастся. Отец Вельд с помощью острых зубов водяного хищника потрудился на славу. Тогда на баркасе начался хаос. Одни пираты ставили парус, другие хватались за арбалеты и луки, третьи тянулись к веслам.
— Наверняка их командир пошел берегом, — заметил Вагр, толкающий лодку в корму и поддерживающий под руку Глисса. Аграв выразил свое отношение к творящемуся на флагмане Нечистого одной короткой фразой:
— Плавучий бордель.
Вскоре появились бегущие по крышам лучники. Их привел гончар, ослушавшийся приказа Глисса. Он быстро догнал лодку, уже огибавшую частокол, и извиняющимся тоном сказал:
— Там наши, которые у ворот были, по крышам бегут. Скоро лемуты на собаках ворвутся, и могут отрезать кое-кого от воды. Их все равно не остановить.
— Правильно, сопляк. Потом я тебя, конечно, выпорю вожжами посреди деревни. Но в целом — правильно.
Глисс при этих словах хлебнул воду, и закашлялся. В это время с корабля, наконец, догадались спуститься в лодку, а в воде мелькнули морды трех норок, несущихся к отступающим ополченцам.
— Поднажмите, кто лодку толкает! — заорал Аграв, косясь в сторону баркаса. — А остальные — плывите к берегу и готовьте луки. С норками драться в воде бесполезно.
Почти одновременно в реку кинулись отступающие от ворот пятеро флоридян, и трое мужчин, охранявших стены с другой стороны крепости. Теперь все оказались в воде.
Норки стремительно приближались, а пиратская лодка сильно отстала. Вагр взял в зубы нож и толкнул побратима в плечо. Тот понял чернобородого без слов. Когда полузатопленное суденышко с ранеными, обогнув частокол, двинулось к берегу по ту сторону крепости, друзья остались на месте.
Зеленоватая вода доходила им до пояса. Одна из норок, скользнувшая с баркаса в реку первой, показалась в нескольких саженях от них, издала леденящий душу охотничий клич и нырнула.
Аграв разглядел мелькнувшую во взбаламученной воде торпедообразную фигуру, и выставил навстречу сабельный клинок. Хищница изогнулась, оттолкнула клинок лапами и рванулась вперед. Аграв набрал в легкие воздух, и присел, выставив левое предплечье.
Норка заглотила наживку. Она собиралась вцепиться зубами в конечность жертвы и вытащить ее с мелководья на глубину, но просчиталась. Поднятые со дна множеством ног тучи ила помешали ей разглядеть два шипастых ошейника, обмотанных вокруг запястья человека. Аграв почувствовал несильный рывок, и вода вокруг окрасилась кровью. Подскочивший Вагр несколько раз ударил ножом, метя сквозь потемневшую воду в спину твари. Раненый лемут метнулся в сторону, появившись над волнами уже на значительном от друзей расстоянии. Из пасти у него буквально хлестала кровь.
Рыжий поднял к глазам свою руку. Ошейники оказались срезаны с запястья, на кисти четко выделялись три неглубокие белые полосы, быстро наполняющиеся алой сукровицей. Боль он в воде не почувствовал.
— Назад, побратим! — вскричал Вагр, повернув голову. Ополченцы достигли берега и сейчас старались отнести раненых как можно дальше от воды. Раненые оказались спасены. Теперь оставалось как можно дальше отойти от реки и крепости. Флоридяне выскользнули из ловушки, в которую превращалась Мертвая Балка.
Друзья кинулись на сушу, но ноги основательно вязли в иле. Первая стрела, пущенная с приближающейся пиратской лодки, бессильно плюхнулась в воду слева от них. Когда они брели уже по колено в воде, Аграв услышал голос Глисса:
— Сзади!
Они едва успели обернуться, когда две норки стремительно атаковали добычу. В веере брызг, поднятых метнувшимися лемутами, мелькнули какие-то серые отростки, и обе хищницы оказались сбитыми с курса. Визжа от страха, они устремились в открытые воды. Ничего не понимающие Вагр и Аграв, которых налетевшая волна окатила с ног до головы, рассмотрели лишь темную тушу, вознесшуюся над ними. Но потом они разглядели, кто их спас, и закричали в один голос:
— Кочевники!
Побратимы бросились к береговой полосе, ожидая неизбежного удара щупалец, однако вскоре достигли мокрого песка невредимыми.
Те ополченцы, кто мог еще держаться на ногах, оттаскивали раненых. Двое или трое замерли рядом с Глиссом, с луками в руках.
А гигантский спрут, над головой которого отчетливо виднелся шлем-ракушка наездника, вдруг развернулся и атаковал приближающуюся лодку. Бросок гиганта был стремителен — за пару мгновений он преодолел расстояние, отделявшее его от пироги, вцепился всеми щупальцами в украшенный резным дракончиком нос и сильно качнул судно. Вопящие от ужаса пираты посыпались за борт. Спрут некоторое время колыхался на волнах на расстоянии вытянутой руки от пироги, потом выхватил из воды одного из солдат Нечистого и швырнул в стремительно уплывающих норок. Безжизненное тело с переломанными костями шлепнулось в реку, словно тряпичная кукла.
Совершив бросок, всадник развернул своего «скакуна», и они стали стремительно удаляться вдоль берега. Скорость движения водяного Коня поражала воображение. Через несколько мгновений гигант уже скрылся на небольшом лесистом островке, влетев под густую сень ветвей, свешивавшихся к самой воде.
— Что это было? — оторопело спросил Аграв, провожая глазами левиафана, мелькнувшего в островных зарослях.
— Потом разберемся, — Глисс заковылял к отряду, и принялся раздавать указания. Из последних сил люди тащили покалеченных, стараясь как можно дальше оттащить их от воды. Вагр и Аграв некоторое время наблюдали, как пираты плывут к своему баркасу, взявшись руками за борта полузатопленной пироги, с ужасом оглядывая окружающие зеленые волны. Тела двух норок уже мелькнули на спущенной к воде доске, по которой испуганные хищницы взлетели на палубу. Третья норка, раненая побратимами, похоже, утонула.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
