— По дороге, по дороге шел веселый музыкант
Он объездил, он объездил на лошадке много стран
А вчера, не удержавшись, промотал последний грош
И теперь он по дорогам ходит грустный и пешком…
— О супер, спасибо, голос у тебя, конечно, не очень, зато песня в тему.
— В какую тему!? Да мне с тобой и говорить то ненужно было. Да я тебе 'щаз' как дам!
М-да, переоценила я здешний сервис, чужое терпение и уровень гостеприимства. Зато песенка была, и правда, в тему, иначе как объяснить, что закономерное 'щаз' не случилось, и никто меня кулаком по голове не долбанул. В смысле, переместилась я в свою дворцовую комнату, по совместительству бывшие покои Норки.
Радость моя правда была не долгой, только и успела сделать шаг к двери, как услышала голос безумной баронессы:
— Так и знала, что все надо делать самой. Руки вперед вытяни, а то слугам придется долго пол отмывать от твоего внутреннего мира.
— Привет, Нор, а я уже решила ты болеешь, — медленно повернулась на голос, предварительно выполнив чужую команду. Поразили сразу два момента. Во-первых, походу где-то недавно была распродажа арбалетов, иначе, откуда баронесса их набрала столько, что хватило вооружить ораву наемников и оставить один, а может и не один, себе. И второй момент. Норка зачем-то нацепила мое платье. Ну, то самое коричневое с бала. И не то чтобы оно на ней смотрелось дико (это так незначительный момент), просто, действительно, не было понятно зачем!? (Не косит же она под меня, воруя мои наряды)
Маньячка мои удивленные глаза заметила и все объяснила:
— Это драконийская ткань, такую ткань ткут только на одном острове, и стоит она очень дорого, потому что она невероятно крепкая, и отражает любую магию.
— Окей, это я поняла, меня другое интересует, Нор, ты собираешься меня убить!? Зачем тогда нужно было разыгрывать похищение, да и почему ты еще не выстрелила!?
— Лора, так не терпится умереть!?
— Не то, чтобы не терпится, но все это как-то глупо не находишь!? Зачем тебе меня убивать. Не хочешь быть…
— Да не собираюсь я тебя прямо сейчас убивать!
— Чего!?
— Лора, видишь ли, сейчас у меня немного поменялись планы, поэтому сегодня ты еще поживешь.
— Э-э!? В смысле, я за, но почему!?
— Скажем так, сейчас твоя смерть не в моих интересах. Поэтому милая сама возьми со стола стаканчик и сделай глоток. Не бойся не яд, хотела бы убить, не сомневайся, выстрелила бы в голову, чтобы наверняка.
А улыбаться, зачем так многообещающе, когда говоришь о моей гибели!? Блин, да хоть бы и яд, все лишь бы она заткнулась и как она, в обще, догадалась, что я сюда приду!? Думаю, а у самой ноги подкашиваются, стакан из-за обострения жажды осушила почти весь и комната сразу же поплыла. И что дальше!? Встреча с Везением или маньячка не наврала!?
* * *
Очнулась в той же камере, снова связанной, а рядом стоит маньячка:
— Нор, привет еще раз, может, руки развяжешь!?
— Развяжу, после того, как ты прикажешь своему телепорту проявиться. Видишь ли милая, все хорошо в этом платье, но амулеты я без желания владельца увидеть не могу, поэтому если не хочешь, чтобы я просто порезала тебе руки, прикажи ему появиться.
Слушая маньячку, сначала обрадовалась, затем расстроилась. Пришлось лишаться последнего шанса на спасение. Просто Нора держала в руках нож, а в ее честности в отношение угроз я не сомневалась. Пообещала, значит сделает. Она такая.
Браслет с меня стянули, запихнули в карман и, насвистывая, хотели уже уйти, когда я напомнила про руки.
— Нора, обещала.
Веревки баронесса разрезала одним махом, слегка при этом задев кожу, а я, посчитав, что это ее положение дает мне хороший шанс, толкнула Нору ногами в живот, руками вцепившись в лезвие. Нож, падая, маньячка отпустила, и мне даже удалось его поудобнее перехватить окровавленными руками, перед тем как баронесса вскочила на ноги и кинулась ко мне.
Я рубила воздух перед собой и кажется, все-таки немного ее задела, а как еще объяснить чужой мат и кровь!? Мне становилось дурно. Но я не сдавалась, медленно отступая в сторону так удобно оставленного Норкой у самой двери арбалета. В голове горел очень простой план. Наставить на маньячку оружие, потребовать браслет — вернуться к Гарру.
И я успела. Схватила арбалет, вскочила на ноги, уронила нож, чтобы держать было удобнее, затем попросила, почти дошедшую до меня Норку отойти. После стала требовать назад свой браслет, а та стала мне мотать нервы каким-то бредом:
— Лор, а ты во всех своих знакомых уверенна!?
— Браслет!
— Значит, уверенна. Это чудесное чувство. Так хорошо быть уверенной в других. В друзьях, в любимом, в семье. А ты точно во всех уверена, ты думаешь, друзья тебя не предадут. Ты действительно доверяешь каждому из них!?
— Нора заткнись, иначе я спущу курок. Пожалуйста, просто отдай мне мой браслет!
— Спускай. И не узнаешь имя предателя.
— Какого предателя!? Не неси бред. Нет у меня никаких предателей! Нора, верни мне мою вещь и я уйду.
— Нет!? Оу, нет!? — она засмеялась, а я, не выдержав, спустила курок, и баронесса резко подавившись воздухом, схватила окровавленную руку. И не такая и крепкая эта их хваленная ткань. Может подделка!? Везение, о чем думаю, меня сейчас прибьют:
— Прости, случайно.
Отбросила арбалет и кинулась к ножу, раз Нора не убита, меня сейчас кокнут. Не ошиблась, маньячка первым делом бросилась ко мне. Мы дрались, перетягивали нож, пинались, и не заметили, как дверь открылась, а на пороге нарисовалась Марьянка с очередным арбалетом. Точно распродажа.
— Спасибо, — еще никогда так не радовалась появлению чудо.
— Не за что, только я не к тебе, — в меня целились, какого!? Она что тогда со мной не болтала не из-за того, что я маленькая, а потому что решила предать!? Что с ней, в обще, случилось!?
— Хочешь узнать, почему тебя предала подруга!? — Норка снова активизировалась и намылилась к двери.
— Хотелось бы.
— Не узнаешь!
— Чего!? Ты же хотела поболтать!?
— Меньше надо было стрелять, посидишь, подумаешь над своим поведением, — и она захлопнула за собой дверь.
Э!? Меня что заперли!?
— Эй, сволочь открой, я готова услышать твою историю, какого лешего, ты куда-то поперлась, недоговорив, а как же я!? — да как идиотка начала пинать дверь ногами и орать. В свое оправдание сказать не могу ничего, зато могу красиво опустить глазки и обиженно шмыгнуть носиком.
Блин, она, что воспитатель в детском саду, а я ее нелюбимый ученик, почему меня заперли!?
