— Необходимо кое-что купить в Уэркингтоне, мадам, — заявил он странным, низким шепотом. — И мне показалось, что прогулка порадовала бы вас. Я попросил Эгги сопровождать вас.
— А вы разве не поедете, милорд? — спросила Эриенн, с трудом скрывая нотки надежды в своем голосе.
— Мне необходимо заняться другим делом и не удастся составить вам компанию.
— Что я должна буду делать?
— Ну, я полагаю, мадам, что вы проведете день, делая покупки, которые вам по душе, — ответил он несколько удивленным тоном.
Он бросил на стол рядом с Эриенн небольшой кожаный кошелек, который шлепнулся с солидным стуком, выдававшим приличные размеры содержимого.
— На один день этого должно хватить. Если же вы захотите приобрести вещь более дорогую, то сообщите об этом Тэннеру, он запомнит и заедет за ней позже.
— Я уверена, что здесь более чем достаточно, милорд, — тихо заверила лорда Сэкстона Эриенн, беря кошелек.
— Тогда отправляйтесь в путь. Эгги, вне сомнения, горит желанием поскорее тронуться в дорогу.
Он долго молчал, потом добавил:
— Я полагаю, что вы снизойдете к этой женщине и не станете доставлять ей огорчений…
— Милорд? — смущенно произнесла Эриенн.
— Если случится какая-то неприятность, то Эгги будет переживать, что она пренебрегла своими обязанностями.
Эриенн ощутила острый взор и опустила глаза, так как краска залила ее щеки. Поскольку мысль о бегстве не раз промелькнула в ее мозгу, ей трудно было встретиться с ним взглядом и притвориться невинной. Уступая, она слегка кивнула:
— У нее не будет оснований для беспокойства, милорд. Я не потеряюсь по собственной воле.
— Тогда хорошо.
Он неуклюже подошел к камину и долго стоял там, смотря на пламя, прежде чем повернуться к ней. Когда он заговорил, то глаза из-под прорезей маски, казалось, засверкали:
— Я буду ждать вашего возвращения, мадам.
Эриенн нерешительно поднялась:
— Значит, я могу идти?
Он кивнул головою в шлеме:
— Разумеется, мадам.
В волнении от того, что она на один день вырывается на свободу, Эриенн было трудно сдержаться и уйти с достоинством. Ноги быстро понесли ее через комнату, и хозяин Сэкстон-холла остался один, молча смотря ей вслед.
С какой-то детской живостью Эриенн плюхнулась на роскошные сиденья кареты и уткнулась улыбающимся лицом в свой бархатный плащ. Присутствие Эгги напоминало ей, что она не совсем свободна, однако счастливая болтовня этой женщины помогла оживить дорогу. После почти недели супружеской жизни дозволенное бегство, пусть и на короткий срок, было подобно освобождению из ада. Не то чтобы лорд Сэкстон дурно с ней обращался. Несмотря на свою ужасную внешность, он, право, вел себя весьма благородно. Тем не менее временами Эриенн казалось, что она чуть ли не заключена в подземную темницу и ждет лишь начала пытки. Неделя была тяжелой, напряженной, но теперь, по крайней мере на несколько часов, она могла отдохнуть от опасности его присутствия.
Протиснувшись по узким улочкам Уэркингтона, карета добралась до «Фартингейл инн», где и остановилась. Пока дамы слегка перекусили в гостинице и посетили близлежащие магазины, Тэннер оставался там и ждал, чтобы отправиться с ними на прогулку или по делам.
Подкрепившись согревающим чаем и закусками, Эриенн изучила список товаров, которые было необходимо купить, а затем тут же взялась за дело, сопровождаемая Эгги. С уверенностью хозяйки большого дома Эриенн заходила в различные лавки и магазины, осматривала товары и торговалась до тех пор, пока продавцы не начинали молить о пощаде. Она терпеливо выслушивала, как они нахваливают свой товар. Не поддаваясь на их слова, Эриенн заявляла, что если не будет названа справедливая цена, то она пойдет в другой магазин, после чего торговцы расстроенно вздыхали и сдавались, не в состоянии смириться с тем, чтобы сквозь их пальцы утекала хоть какая-то прибыль. Экономка стояла позади с довольной улыбкой, уверенная, что такой хозяйкой муж может гордиться.
Эриенн вовсе не думала о побеге, когда попросила Эгги купить свежих фруктов на рынке, расположенном ниже по улице, пока она будет искать лавку медника, у которого можно было бы приобрести чайник для кухни. Эгги, не раздумывая, убежала. Прежде чем отправиться по своему делу, Эриенн переложила в руках свертки, которые забрала с собою.
Поиски ее не увенчались немедленным успехом, и она уже подумывала о том, чтобы вернуться к карете и оставить в ней свои покупки, как из лавки, расположенной поблизости, на булыжную мостовую вывалилась толпа чрезмерно нарядных и чрезмерно оголенных проституток. Эриенн защищалась своими свертками от широченных юбок и пышных панталон, а также опасных ребер и кончиков зонтов, которые, как казалось Эриенн, тыкались в нее со всех сторон. Не успели женщины и шагу сделать, как на них навалилась компания матросов, и Эриенн в ужасе почувствовала, что ее обхватили сзади. Свертки с покупками полетели на булыжную мостовую, и бородатый моряк притянул Эриенн к своему лицу, по форме и размерам напоминающему морду моржа.
— Ох, какая девочка! Да ты красотка, точно говорю. Я такой девки еще не встречал.
— Отпустите меня! — воскликнула Эриенн.
Она всерьез сражалась за свое достоинство, пытаясь одновременно уклониться от красных выпяченных губ, которые жадно искали ее рот. Зловонное от крепкого эля дыхание вырывалось из ухмыляющейся пасти, которая становилась все шире, по мере того как он грубо лапал мускулистыми руками ягодицы Эриенн.
— Уберите руки! — закричала Эриенн и уперлась локтем мужчине в шею, пытаясь с помощью такого рычага вырваться на свободу. Матрос разразился гоготом и без труда отбросил ее руку. Его объятия становились все крепче, стиснутая Эриенн задохнулась и передернулась от отвращения, когда его слюнявые, влажные губы скользнули по ее щеке вниз к шее.
— Ты сладкая, как грех, девочка, — смеялся мужик.
Внезапно на них упала чья-то огромная тень, и, подняв глаза, Эриенн обнаружила стоящего возле локтя моряка Кристофера Ситона. Она вскрикнула, и моряк обернулся.
— Ну кто тут еще? — насмешливо поинтересовался он. — Что за щеголь положил глаз на мою девочку? Иди и найди себе другую, приятель. Это моя.
На красивом лице промелькнула едва заметная сдержанная улыбка, однако блеск в серо-зеленых глазах был жестким, как сталь.
— Если не хочешь, дядя, чтобы тебя сегодня оплакивали друзья, немедленно отпусти эту даму, — предупредил его Кристофер с легким укором в голосе. — Владелец Сэкстон-холла весьма дурно отнесется к тому, как невежливо ты обошелся с его леди.
