то просто о погоде или о температуре воздуха. Даже к Шакко перестал приставать. Она тоже на это обижается…
— Ладно, потом разберемся. Надеюсь, что это просто болезнь, от которой он вскоре выздоровеет.
— Участники приглашаются для первого заплыва! — раздался усиленный оммёдо голос ректора.
На этот раз мы не попали в первую пятерку, поэтому могли лицезреть, как будут продвигаться соревнования между «счастливчиками».
Первопроходцам всегда трудно идти. Особенно в плавании. Пока первая группа забиралась на специальные трамплины, мне вспомнился один случай из прошлой жизни. Как мы тогда хохотали с ребятами на работе. Просто в голос!
Дело в том, что в апреле двухтысячного года по радио в Малабо, столице Экваториальной Гвинеи, прозвучало сообщение о том, что любой желающий может попасть в олимпийскую сборную по плаванию! Фишка заключалась в том, что Международный Олимпийский комитет предоставил стране «шальной пропуск» для участия одного из пловцов на Олимпиаде в Сиднее. То бишь туда мог попасть совершенно любой человек, который бы изъявил желание.
И вот на это сообщение откликнулся всего один человек! Всего один! И этим смельчаком был Эрик Муссамбани. Он и плавать-то толком не умел. Так… держался на воде, да и только. Однако, было решено послать его на Олимпийские игры. Вроде как поставили галочку среди спортсменов.
Он тренировался в бассейне, который был всего тринадцать метров в длину. Этот самый бассейн любезно выделил один из отелей. Плавал туда-обратно, особо не утруждался… А уже бассейн длиной в пятьдесят метров он увидел только на соревнованиях.
И этому самому Эрику чертовски повезло в том, что два его соперника совершили фальстарт. То есть из трех участников остался всего один! Он прыгнул в воду, доплыл до бортика, а уже обратно… Обратно едва не утонул! Эрик не знал, что будет стометровка и готовился только на пятьдесят метров!
И всё равно — он доплыл! С самым худшим результатом среди всех олимпийских пловцов, но доплыл до конца! Почти две минуты Эрик барахтался в воде, но всё-таки смог дойти до конца!
Благодаря этому он смог уехать на учёбу в университет в Валенсии, где он получил профессию инженера в сфере компьютерных технологий. Больше уже он не выступал на Олимпиадах.
К чему я это вспомнил? К тому, что после заплыва Эрик Муссамбани получил кличку «Угорь». А как раз угри будут составлять нам компанию на заплыве в бассейне. Всё как-то воедино слилось и вызвало улыбку на губах.
— Чего скалишься, босс? — тут же спросил Малыш.
— Набираюсь боевого духа. Чем больше улыбаешься, тем больше удача благоволит тебе, — хмыкнул я в ответ.
— Да? Тогда я тоже буду скалиться, — ощерился Малыш. — Пусть удача на нас насядет и не слезает до конца военных игр.
Пока мы так болтали, первая пятерка заняла места на трамплинах. Прозвучал выстрел и почти сразу же раздался всплеск. Пять тел бросились вперед. Я смотрел во все глаза — как всё пройдет?
И прошло не очень хорошо. Пловцы скользили в воде и старательно огибали тела двухметровых рыбин. Первая половина пути прошла нормально, а вот на обратном пути… Двое из пловцов попали под разряды вертких угрей. Длинные тела метнулись к пловцам. Раздался треск, а затем двое курсантов начали тонуть.
Преподаватели тут же с помощью оммёдо выдернули беспомощных людей из воды. Они положили потерявших сознание на бортики, а к ним подскочили медработники. После небольшого осмотра они привели курсантов в порядок. Покачивающиеся ребята отправились в раздевалку. На сегодня их соревнования были закончены. Угри сняли их с соревнований.
— Да уж, круто, — помотал головой Малыш. — Интересно, а если меня шарахнут — меня смогут вытащить?
— Если трое сразу подключатся, то может быть и вытянут. Однако, имей в виду — тебя и шарахнуть должны трое или четверо угрей, — хмыкнул я в ответ.
Ну что же, примерный ход соревнования был ясен. Проплываем до конца бассейна, разворачиваемся и мчим обратно. По пути уклоняемся от разрядов угрей. Всё просто, как два пальца обмочить.
В следующей пятерке вызвали меня. На этот раз никого из четверки Минори со мной не было. Соревноваться пришлось с другими курсантами.
Я забрался на трамплин и приготовился нырнуть. Наука Кота должна пойти на пользу, так что я был уверен в своем быстром продвижении. Если получится, то промчусь под водой туда и обратно.
Шапочка чуть давила на уши, очки для плавания заняли своё место на лице. Я был готов!
— Приготовились! Внимание! Старт! — прозвучали команды преподавателя, и в этот же миг грохнул выстрел.
Я прыгнул вперед, выставив руки. Чуть теплая вода с радостью приняла в свои объятия. Тут же в ход пошли ноги, поднимаясь вверх и вниз. Они заставляли меня выполнять движения червяка, проталкивая тело вперед.
Перед прыжком я успел оценить уровень угрозы впереди. На моей дорожке плавали два угря. Так как этим рыбам был необходим воздух, то я рассудил так, что они будут держаться поверхности. Для этого нырнул глубже, чтобы в случае чего они прошли сверху.
В воде все звуки казались не такими громкими как на поверхности. Скорее, они все казались ударами в глухой барабан. Частые удары в барабан…
Другие кадеты уже выскочили наружу и забили руками, а я продолжал скользить по дну. Видел, надо мной прошел первый, потом второй угри. Мог бы выдохнуть, но воздух надо держать.
Плитки пола проплывали подо мной в нескольких сантиметрах. Я всё-таки смог добраться до конца и коснулся ногами стенки. Оттолкнулся и поплыл обратно.
В этот момент рядом со мной возник огромный угорь. Если прошлые были по два метра, то этот уже больше пяти.
Это что? Новый прикол от преподавателей?
Да если такая дура шарахнет по мне, то ведь и сердце может остановиться.
Округлая башка угря-мурены повернулась ко мне, в маленьких глазах мелькнул приговор: «Смерть!»
Вот этого бы мне не хотелось. Очень сильно не хотелось!
Я взглянул вверх — остальные только доплывали до бортика. Небольшой кусочек форы у меня был. Очень небольшой.
А ещё и эта дурища дернулась ко мне. У меня на всё про всё оставалось меньше трех секунд, поэтому я решил использовать оммёдо Бизона.
Если кто пробовал делать движения под водой, то знает, каково преодолевать водное сопротивление. Угорь целенаправленно летел ко мне. У меня почти не осталось времени, а оммёдо было ещё не завершено. Тогда я решил сделать то, что мог — выпустил из легких весь воздух, какой только был, по направлению подплывающему убийце. Этот фонтан ударил в морду угря и… заставил его свернуть на десяток сантиметров!
Немного, но мне хватило, чтобы докончить оммёдо, шарахнуть со всей дури по тупой морде угря и рвануть прочь
