– Барсик, кто это с тобой сделал? – сквозь слезы спросила девочка. Корби вдруг показалось, что на поверхности раны, сливаясь с белым пунктиром оголенных костей, поблескивает серебристый кристалл.
– И мы придумали способ его убить. Мы решили выжечь ту часть леса, где оно живет, закрыть его ходы и навсегда запечатать страх. Но вышло не так, как мы хотели. У его логова мы нашли мальчика.
Корби увидел пятерых подростков с канистрами горючего и черную, обросшую корнями деревьев дыру в земле. Казалось, из темного провала дует ветер. Он не касался лиц детей, не трепал их волосы, не заставлял ткань их одежды хлопать и вздуваться пузырями. Он был неосязаемым, не принадлежащим физическому миру. Но идти против него было почти невозможно. Струящийся поток энергии был таким плотным, что Корби буквально видел его. Он видел, как странно искажается пространство, как шевелятся коряги и камни, как ползут тени. Он слышал шепот, будто чей-то холодный безгубый рот почти касался его уха. А у самого провала, раскинувшись на земле, лежал маленький Андрей. Его кожа была такой бледной, что казалась совсем прозрачной, над губами колебалось облачко пара, на ресницах блестящими кристалликами застыли капли росы. Рядом с ним и из-под него по черной земле тянулись тонкие серебристые ленты, по которым, как жидкость, уходила его жизнь.
_____– Мы спасли его, и сожгли там все, что могло гореть. Нам казалось, что мы победили. Страх ушел. Но через несколько лет он вернулся, и мы поняли, что дело в Андрее. Он подошел слишком близко. Он стал почти частью. Его надо было сжечь прямо там, вместе…
– И вы начали охотиться на него? – спросил Ник.
– Мы были еще детьми, а его было не так просто найти. Особенно когда он уезжал за границу. Мы не столько искали его, сколько следили за лесом. Четыре года назад он снова туда пришел. Тогда мы проследили за ним до школы.
– И попытались убить, – тихо сказал Корби.
– Да. Но нам помешал несчастный случай. Только несколько месяцев назад мне удалось найти его снова, потому что я получил звание и статус, позволяющий искать людей.
– После этого вы его убили.
– Нет. Когда он понял, что мы его нашли, он дал нам знать, что мы все делаем не так. Он говорил, что знает способ, как по-настоящему победить. Я ему поверил. Остальные – нет.
– Но ты не остановил их.
– Они мои самые близкие люди. Но они все сошли с ума оттого, что ходили по этим лесам и думали о чудовище. Что мне было делать? До этого дня я пытался защитить и помочь им. Но Леонид стал убивать свидетелей дела. Твой дед. Леонид считал, что все, кто в этом замешан, могут быть заражены. Он напал на Крина и даже на меня.
Белкин явно выдохся – его шепот стал совсем слабым, рубашка на груди с новой силой набухла от крови.
– На следователя? – переспросил Ник.
– Крин догадался, что мы собираемся похитить тело, и за это сильно получил по голове. Он в больнице.
– Как ты нас нашел?
– Я пришел в квартиру Токомина.
– Неправда, он здесь не живет.
– Он здесь прописан.
– Где эти леса? – спросил Корби. Но глаза Белкина закатились, и он замолчал.
– Умер? – упавшим голосом спросил Ник.
– Скорая едет, – сообщил Комар. Алекс подошел к раненому, наклонился, пощупал пульс на шее.
– Потерял сознание. Думаю, выживет.
Корби поднялся с колен.
– И как мы их найдем? – спросил Ник.
– Я же знаю, где был мой сгоревший дом, – ответил Токомин. – Это неподалеку от Майского. Поехали.
Ребята удивленно посмотрели на него. Корби вспомнил, как он душил своего сына рядом с пылающим особняком, вспомнил слова Белкина, что через несколько лет стало ясно, что ничего не закончилось. Он подумал, что это связано.
Тот, кто приходит из долин. Как сказал Белкин: «Те, кто в него не верил, просто погибали». «Верю ли я в него?» – спросил себя Корби, и у него перед глазами встала разбитая машина его родителей и кровь, хлещущая из его перерезанных вен.
Он верил.
Глава 30
ДОРОГА
– В машине только пять мест, – сказал Токомин. Корби переглянулся с Ником и Арой.
– Я еду точно. Что касается остальных, я больше не вправе тащить вас за собой. Там может случиться все, что угодно. – Он почувствовал, как кровь отливает от его лица. На мгновение ему стало страшно, что никто сейчас не сдвинется с места, что ему придется ехать вдвоем с полусумасшедшим отцом Андрея.
– И это после всего, что мы сказали друг другу? – странным голосом спросил Ара. Его губы дрогнули. Неожиданно он положил свою ладонь Корби на лоб, другой рукой оттянул средний палец и закатил другу звонкий щелбан. Ник бледно улыбнулся.
– Мы не делали так уже года три. Тоже хочу.
Он повторил жест черного брата. Корби почувствовал его теплую руку у себя на лбу, но не отстранился. От щелбана Ника у него загудело в голове.
– Конечно, мы едем втроем, – подытожил он, и рассмеялся на грани истерики.
– Еще одно место, – сказал Токомин.
– Я побуду с раненым, пока не приедет скорая, – решил Алекс. – Если он притворяется, я помешаю ему убежать. Если он начнет захлебываться кровью, я его откачаю.
– Я хочу поехать! – вызвалась Алеся.
– Нет, ты остаешься, – резко ответил ей Токомин. Он посмотрел на Аню. – Девушка, извините, я даже не знаю, как Вас зовут. Вы побудете с моей дочерью?
– Да, – ответила Аня.
– Но, папочка… – начала Алеся. Ее отец только мотнул головой. Маргарита по-прежнему была в обмороке. Определились все роли, кроме одной. Корби взглянул на Комара. Тот стоял бледный, прикусив нижнюю губу, и молчал. Корби подумал, что сейчас он скажет: «Я еду».
– Удачи, – пожелал Комар.
– Хорошо, – сказал Корби. – Значит, нас четверо.
_____Никто не прощался. Трое подростков и мужчина с покалеченным лицом в безмолвии вышли из квартиры.
«Хаммер» вблизи показался Корби очень большим и угловатым. Он выбрал сиденье рядом с водителем, друзья сели сзади. Когда двери захлопнулись, из-за тонированных стекол в салоне наступила зеленоватая полутьма. Корби невольно вспомнил свою поездку в Москва-Сити. «Тогда у меня не было надежды, – подумал он, – и я совсем не боялся. Теперь надежда есть, но я не знаю, что делать, и мне страшно».
– Пристегнитесь, – сказал отец Андрея. Его лицо бледнело в полутьме. Корби взялся за ремень, но не успел его застегнуть: Токомин выжал сцепление и сдал назад так резко, что пришлось упереться руками в бардачок. Он пристегнулся чуть позже, на выезде со двора. Они вылетели на улицу.
– Если будете так ехать, нарветесь на ДПС, – заметил Ник. Токомин не ответил, перешел на другую передачу. Тяжелая машина лавировала, оставляя позади другие автомобили.
– А если план Белкина был в том, чтобы нас разделить? – вдруг предположил Ара.
– Тогда мы скоро об этом узнаем. Я все равно поеду спасать Андрея.
– Корби, неужели все это правда?
– Что именно?
– Вся эта мистика. И то, что Андрей может быть жив. Он же не только упал. Он лежал в морге. Я точно не знаю, но ведь там с телами делают всякие разные вещи.
– Я дал Белкину взятку, чтобы он устроил все без вскрытия, – не отводя взгляда от дороги, сказал Токомин. Корби вспомнил, как они с Белкиным разговаривали во дворе отделения полиции.
– Вы знали? – спросил он.
– Я не знал, кто такой Белкин. Думал, просто чей-то влиятельный сынок решил поразвлечься, тираня простых ментов.
– Я не о том. Вы знали, что Андрей не умер?
– Не знал. До того момента перед клубом, когда ты вцепился мне в лицо, я почти ничего не знал. У меня в голове была страшная путаница. – Машина пронеслась по трем улицами, вывернула на большой проспект. Игнорируя правила, отец Андрея повел «хаммер» мимо пробки по полосе, выделенной для автобусов. – Думаю, что косвенно помог им украсть тело.
