почти не слышу их, они пробиваются сквозь рыдания, рвущиеся из моего горла.
Джаред пару раз моргает, а затем отворачивается. Он идет в крошечную прихожую, берет чемодан и перекидывает ремешок камеры через плечо.
Если я позволю ему выйти за порог, то могу потерять его навсегда. Я должна все исправить. Мне все равно, что нужно сделать, чтобы вернуть его к ребенку и ко мне.
Найдя в себе силы для борьбы, я спускаюсь по лестнице, стараясь не споткнуться.
Есть только один выход из этой ситуации. Мне нужно признаться. Как только он узнает правду, он может решить, уйти или остаться. Я буду уважать любое решение, которое Джаред примет, узнав правду.
Когда я подхожу, он не уходит. Я касаюсь его руки своей холодной ладонью.
— Джаред, пожалуйста, ты должен меня выслушать. Сегодняшние результаты действительно подделали. И мне кажется, я знаю, кто это сделал. ― Поджимаю губы. — Есть кое-что, что ты должен знать… обо мне.
— Что ты можешь мне сказать такого, чего я еще не знаю? ― Он делает шаг назад. — Ты хочешь признаться? Готова ли ты признаться, что ребенок от Ральфа?
— О чем ты говоришь? Джаред, ребенок не от Ральфа. Я говорила тебе, что между нами ничего нет. Я никогда не спала ни с ним, ни с кем-либо другим.
— Я в это не верю. Я всегда догадывался.
— Если ты мне не веришь, почему бы тебе самому не пойти и не спросить у него?
— И снова услышать ложь? Я не верю ни одному из вас.
— Ральф — пешка в этой игре, также как и ты. ― Медленно выдыхаю. — Происходит нечто гораздо большее.
— У меня есть вся необходимая информация. ― Его голос звучит надрывно. — Он отец твоего ребенка. Нет смысла больше отрицать это.
— Ты же не серьезно?
— Вообще-то, серьезно.
Он бросает чемодан, достает из кармана сотовый телефон и поворачивает маленький экран ко мне.
Ваша жена беременна от Ральфа Дженкинса. Xo-xo
Я отшатываюсь, как от удара.
— Ты никогда не задумывался, кто посылает тебе эти сообщения? Я знаю, кто это. Но это долгая история. Останься, и я расскажу тебе всю правду.
— Твоя версия правды меня не интересует. Все кончено, Кейтлин. Ты разрушила наш брак, и пути назад нет.
— Выслушай меня, пожалуйста, ― умоляю я. — Я не та, за кого ты меня принимаешь.
— Я это уже знаю. ― Он снова поднимает чемодан. — Я не вернусь. Не звони мне.
Мое сердце обливается кровью с каждым шагом, который он делает по направлению к двери.
Я стою на пороге, дрожа, и смотрю, как он закрывает дверцу машины и уезжает прочь из жизни, которую мы построили.
В оцепенении, я, спотыкаясь, возвращаюсь в дом и сажусь на ступеньки, обхватив голову руками. Моя жизнь разлетелась в клочья, и у меня даже нет больше сил плакать.
Утром, когда прихожу на работу, первой я встречаю Джорджию. Она сразу же отправляет меня домой, сказав, что я выгляжу неряшливо и мне лучше побыть в отпуске, пока не родится ребенок. Я слишком разбита, чтобы спорить с ней, поэтому ухожу из «Сильвер Оук». По какой-то странной причине это похоже на прощание.
Глава 40
Понятия не имею, как добираюсь от дома до школы. Я чувствую себя совершенно потерянной после вчерашнего ухода Джареда. Я не хотела выходить из дома этим утром из-за того, что мне трудно делать вид, что я в порядке. Но мне нужно взять себя в руки. Чтобы разрешить проблемы, нужно с ними столкнуться.
В «Сильвер Оук» сейчас обеденный перерыв. Часть учеников на улице, они тусуются группами на территории школы, а другая часть в столовой.
Внутри здания все взгляды устремлены на меня. У меня такое чувство, что все знают мои самые глубокие, самые темные секреты. По взглядам, которые на меня бросают, когда я иду по школьному коридору, и по шепоту, я понимаю, что стала темой обсуждения. Интересно, что они говорят обо мне.
Не обращая внимания, я иду, высоко подняв голову. Я испытываю облегчение, добравшись до учительской. Делаю вдох и толкаю дверь.
В комнате два учителя: один из них замещающий и Джорджия. Джорджия встает из-за стола, прежде чем я успеваю войти в комнату. Она выглядит удивленной, увидев меня.
— Кейтлин, ты в отпуске. Что ты здесь делаешь?
От нее пахнет луком.
Я отвожу взгляд.
— Я… я здесь не по работе. Мне нужно поговорить с Ральфом. Он здесь?
Я несколько раз пыталась дозвониться до него, но он не брал трубку.
— Боюсь, Ральф тоже в отпуске.
— Почему?
Я закрываю глаза, осознав ответ. Я снова открываю их и встречаюсь взглядом с Джорджией.
— Причина во мне, да?
Она переминается с ноги на ногу.
— Кейтлин, я уверена, ты знаешь, что по городу ходит несколько слухов о вас двоих. Ученики только об этом и говорят.
Я наклоняю голову.
— Что ты говоришь, Джорджия?
Джорджия скрещивает руки на своей широкой груди, как будто хочет сохранить дистанцию.
— Я думаю, вам обоим будет лучше какое-то время держаться подальше от школы, пока все не уляжется.
Я опускаю голову.
— После декрета я смогу выйти на работу?
Джорджия долго не отвечает. Ее молчание само по себе ответ.
— О, ― натягиваю на лицо улыбку, — понятно.
— Мне жаль. Родители жалуются. Ты замечательный учитель и помогла многим ученикам получить хорошие оценки по математике, но…
— Что бы ты ни слышала, это неправда. Это все ложь.
— Прости, Кейтлин. Мои руки связаны. Я пыталась игнорировать слухи, потому что ценила твой вклад в развитие школы, но…
Я поднимаю руку, останавливая ее.
— Тебе не нужно ничего объяснять или извиняться. ― Грустно улыбаюсь. — Ты была добра, дав мне эту работу. Мне очень нравилось здесь работать.
— Желаю тебе и малышке удачи.
От меня не укрывается тот факт, что она не упомянула имя Джареда. Она знает, что он ушел от меня. Кто-то, должно быть, видел, как он уходил, и распространил новость. Но откуда им знать? Он мог уехать в одну из своих поездок.
— Спасибо.
Тут не о чем говорить, я уважаю ее решение и ухожу.
Я держу голову опущенной, стараясь не встречаться ни с кем взглядом, пока не оказываюсь за школьными воротами и в безопасности своей машины. Я кладу голову на руль. Слезы грозят пролиться. Я сдерживаю их. Я устала плакать. Все думают, что я изменщица. Результаты теста не смогли опровергнуть это, но есть кое-кто, кто может.
По пути к Ральфу
