- Зиндарии, - подсказал ему Гэйб.
Глаза Нэша сузились.
- Ты хочешь сказать, что знаешь, о чем он говорит?
- Да. Леди, которая в настоящее время занимает лучшую спальню тети Госфорт, приходится наследному принцу матерью. А тот парень, которого ты встретил, белокурый щеголеватый очаровашка по имени граф Антон.
- Боже мой. Но это же ужасно.
- Это он ужасный тип.
Нэш сделал нетерпеливый жест.
- Это серьезно, Гэбриэл. Это государственные вопросы. Он утверждает, что наследный принц был незаконно увезен из страны и его должны вернуть.
Гэйб пожал плечами.
- Мать увезла наследного принца из страны, потому что его пытались убить. Ему только семь лет, и, будучи его матерью, она естественно постаралась защитить его.
Нэш нахмурился.
- Я бы хотел, чтобы ты был более серьезным. Все это ведет к тому, что разразится международный скандал.
- Я чертовски серьезен, - заверил Гэйб, - жизнь ребенка действительно в опасности.
- Этот граф Антон является регентом. Он бы нес полную ответственность за безопасность мальчика.
- Он именно тот тип, который пытается убить принца. Он ведь следующий по линии наследования, кто займет трон.
- Ах, да, понимаю, - Нэш нахмурился, – какая запутанная ситуация, однако.
- Ничего запутанного в этом… - начал было Гэйб.
Нэш покачал головой.
- Ситуация очень деликатная. Граф Антон направил официальную жалобу на самом высоком уровне, и это означает, что наше правительство будет вынуждено действовать.
Гэйб подался вперед.
- Ты ведь не хочешь передать ребенка…
- Не я, а правительство. Я всего лишь незначительный служитель государства.
- Ребенок принадлежит матери…
- Только не по законам Зиндарии. Как наследный принц он принадлежит своей стране. И в любом случае он - гражданин Зиндарии.
- Его мать англичанка.
Нэш покачал головой.
- Нет. Когда она вышла замуж за принца Руперта, то стала гражданкой Зиндарии. Последние два дня я только и делал, что изучал все аспекты этого вопроса.
- Хотя ты и не верил, что это имеет ко мне какое-то отношение.
Брат окинул его испепеляющим взглядом.
- Даже из того малого, что я о тебе знаю, странная подоплека этого случая, мне показалось, очень тебе подходит.
Гэйб сухо улыбнулся.
- Ты знаешь меня куда лучше, чем я предполагал.
Нэш наклонился вперед, и его лицо внезапно стало серьезным.
- Гэбриэл, мне бы очень хотелось развеять семейную отчужденность. Теперь, когда наши родители мертвы, мы можем оставить позади их жалкую глупость, все их деяния и наконец вести себя как подобает настоящим братьям.
Гэйб приподнял бровь.
- Настоящие братья? - саркастически изрек он. – Когда я… э-э, как ты и твой брат меня называли? Узаконенный ублюдок. А Гарри был незаконным ублюдком. Воображали себя такими умниками.
Нэш покачал головой.
- В то время мне было одиннадцать, Гэбриэл, а Маркусу - тринадцать, и мы оба повторяли только то, что наш отец говорил о вас, и я признаю - это было глупо и жестоко. Я давно принес свои извинения и готов сделать это снова столько раз, сколько потребуется, чтобы ты меня простил, потому что я сильно раскаиваюсь в этом. Если бы отец когда-нибудь увидел тебя, он бы понял, что ты наш настоящий брат.
- А Гарри?
Нэш тщательно выбирал слова.
- Я признаю его как своего незаконного единокровного брата.
Гэйб фыркнул.
- Как благородно с твоей стороны. Я отношусь к нему, как к настоящему брату, и не признаю меньшего. Он такая же жертва безумия отца, как и я. И Гарри единственная семья, которую я когда-либо знал: Гарри, двоюродная бабушка Герта, и с последних школьных дней - тетя Госфорт. Гарри - мой брат, мой школьный друг, товарищ по оружию. А ты и твой брат незнакомцы для меня.
- Не говори «твой брат» таким тоном. Маркус и твой брат.
Гэйб скрестил руки на груди и сменил тему.
- Ты говорил о наследном принце Зиндарии. Ты не отдашь им мальчика. Я этого не позволю.
Нэш откинулся назад с задумчивым выражением лица.
- Я не откажусь от тебя, Гэбриэл. Что же касается того, чтобы вернуться к разговору о наследном принце… Если граф желает ему зла, я согласен с тем, что мальчика надо защитить. Но как?
- Пинком выпроводить этого ублюдка из Англии.
Взгляд Нэша говорил Гэйбу, что он может бросаться словом «ублюдок» сколько угодно, он все равно не станет реагировать на это.
- К сожалению, правительство не может, - сказал он, – Зиндария хоть и маленькая, малоизвестная и удаленная страна, но является союзником австрийцев, и мы не можем позволить себе спровоцировать международный скандал.
Он разжал пальцы и задумчиво уставился на них.
- Что нам сейчас нужно, так это какие-либо затруднения. Что-нибудь для Министерства иностранных дел, требующее обсуждения, дебатов, чтобы получить отсрочку. Отсрочка может быть самым полезным оружием правительства.
Гэйб фыркнул. Отсрочки причинили ему много проблем в армии. Отсрочка финансирования, поставок провизии. Он терпеть не мог отсрочки правительства. Он посмотрел на Нэша. Но возможно, в данном случае он прав, отсрочка могла бы помочь.
Гэйб поддался вперед, как только в голове вспыхнула идея.
- Если бы принцесса была замужем за англичанином, это изменило бы ход событий?
- Да, это здорово бы запутало ситуацию, но она не замужем.
- Она могла бы выйти замуж. За меня.
Нэш уставился на него.
- Ты с ума сошел? Ты едва ее знаешь.
- Это не важно. Что действительно имеет значение, так это то, что она будет замужем не просто за англичанином, а за англичанином с превосходными семейными связями. Тетя, задающая тон в высшем обществе, брат, непосредственно участвующий в принятии решений правительством…
- И другой брат, заседающий в Палате лордов, который поднимет скандал, если кто-нибудь попробует отнять сына у его невестки. И кроме того, ты - герой войны, – Нэш откинулся на спинку стула и посмотрел на брата восхищенным взглядом: – Блестяще. Это будет превосходным решением поставленной задачи… но ты уверен, что хочешь сделать это?
Гэйб кивнул.
- Уверен.
- Она соблазнительная кобылка, не так ли?
Гэйб строго посмотрел на него.
- Нет, – отрезал он.
- Она не соблазнительная?
- Не твое дело, брат.
Неистовая гневная реакция удивила Гэйба. Одна мысль о том, что его брат думает о Калли как о «соблазнительной кобылке», заставила его желать избить Нэша до полусмерти. Хотя тот еще даже не встречался с принцессой.
Взгляд Нэша похолодел.
