– Я не хочу его пачкать...
– Не будь смешной. Мне очень жаль... – он наклонился к ней и убрал ей завиток за ухо, – что я причинил тебе боль.
Она воспользовалась платком и поправила смятые одежды. Как она будет после всего этого смотреть ему в лицо? Он взял ее за руку.
– Я не хочу, чтобы ты когда-либо переживала это еще.
Шарлотта закусила опухшую губу.
– Ну, тут была не только боль.
Он улыбнулся и, обняв ее за плечи, легонько поцеловал в лоб.
– Как мне рассказывали, вначале чувствуется только боль. Затем не будет ничего, кроме удовольствия. Для нас обоих.
У нее было множество вопросов. Ей так много хотелось узнать. Отбросив чувство стыда, она спросила:
– А ты испытывал такое могучее... такое ошеломляющее... оно происходило с тобой?
Джеймс широко улыбнулся белозубой улыбкой.
– Вполне определенно.
– Так бывает всегда, – она покраснела, но мужественно закончила вопрос, – когда это делаешь?
– Если все идет так, как надо.
Шарлотта медленно кивнула.
– Это изумительно.
– Я рад, что ты так считаешь. – Он поднялся, надел рубашку и панталоны. – У нас будет много возможностей для того, чтобы все шло как надо, когда мы поженимся. У меня нет намерения жить в отдельных комнатах. У нас все будет общее.
Шарлотта ощутила легкий холодок в позвоночнике. Прежний страх из-за того, что хотят ее приданое, а не ее самое, поднял свою мерзкую голову. Она посмотрела на Джеймса сквозь густые ресницы.
– То есть если мы поженимся, то все мое станет твоим?
– В общем, таков смысл, разве не так?
Мысль о том, что он хочет ее за ее приданое, словно ударила ей в грудь. Она поправила платье, тщательно скрывая появившийся на щеках румянец. Почему это так ранит ее, если она уже раньше подозревала эту истину? Тем не менее она хотела услышать это от него самого.
– Почему ты объявил о нашей помолвке в Саутбридже?
– Прошу тебя, не надо об этом, Шарлотта. – На его щеке нервно дрогнул мускул. – Это сейчас неуместно.
Она почувствовала, что ею овладевает гнев. Как же это унизительно – находиться в такой ситуации! Он не имеет никакого права обращаться с ней как с несмышленышем.
– Я могу сама решить, что уместно и что неуместно. Или же, если это намек на то, как ты будешь обращаться со своей женой, я могу пересмотреть свою позицию.
– Мы только что занимались любовью. – Джеймс сцепил руки и выглядел так, словно собирался грызть ногти. – Нет никаких оснований что-либо пересматривать. Ты моя, я обладал тобой и буду обладать впредь.
Шарлотта прищурила глаза.
– Я не какая-то вещица, черт возьми, Джеймс! Я сама делаю выбор, и меня насильно не втянут в брак.
– У тебя небольшой выбор в этом деле, Шарлотта. – Он схватил запачканный розовый носовой платок с дивана с торжествующим видом показал его ей. – Свой последний выбор ты сделала.
Она вдруг ужаснулась, насколько правильно он оценивал ситуацию. Тем не менее она не возьмет на себя всю вину.
– Это несправедливо. Я невинна... то есть была невинна. Ты опытный мужчина... вероятно, у тебя было много женщин... – При мысли об этом она ощутила спазм в желудке и нервно глотнула. – Я не думала о замужестве... или о чем-то таком... – Голос ее прервался.
Он провел ладонью по волосам.
– Должен признать, что разум мой слегка затмился в силу твоей соблазнительной игривости. Мы были немного пьяны...
– Пьяны как сапожники... – Эти слова показались нелепыми даже для ее ушей.
– Ну и в чем беда? Мы помолвлены. Мы можем даже продолжить это.
– Я настаиваю на том, чтобы ты сказал, почему ты попросил у меня руки.
– Какое это имеет значение? – резко спросил Джеймс.
– Это основа... основа всего. – Шарлотта откинула локон за ухо. – Я имею в виду, что на этом строятся наши ожидания, наши перспективы – одним словом, все.
Возникла напряженная пауза.
– Мне нужно знать правду, Джеймс.
У него было такое ощущение, будто кто-то уронил на его голову карету, пригвоздив его к земле. Им овладел панический страх, во рту пересохло. Он не хотел этого делать, однако же, оторвав взгляд от ее блестящих голубых глаз и уставившись в дальнюю стену, он хрипло проговорил:
– Ты была тогда в Саутбридже, и ты отлично знаешь, что произошло. Мне нечего больше сказать.
Она долго молчала, и Джеймс засомневался, расслышала ли она вообще его слова. Она сидела мрачная, насупленная, плотно сжав губы, и ему стало не по себе.
Он отошел на пару шагов, затем снова вернулся, пытаясь понять смысл и причину ее неожиданного требования. Она должна попытаться принять все как есть и не настаивать на раскрытии правды.
– Я просто попросил тебя быть моей женой, Шарлотта. Моей герцогиней. Чтобы избежать все возможные скандалы, которые неизбежно возникнут, если мы разорвем помолвку. Чтобы ты была со мной, спала со мной. Я предлагаю тебе жизнь в качестве моей жены и матери моих детей.
Она распрямила плечи и поднялась.
– То, что ты мне предлагаешь, Джеймс, меня не устраивает.
Круто повернувшись, она подошла к двери и вышла из комнаты. Звук ее шагов еще долго раздавался в коридоре.
Джеймс смотрел ей вслед, будучи не в силах ее остановить. Он не мог вынести, чтобы она узнала, каким монстром он сделался. Он понимал, что с потерей ее в его груди образуется пустота. Он окинул комнату взглядом. Все шло так хорошо. Так удивительно, фантастично хорошо! А затем она попросила его поделиться с ней одной истиной, которую он не хотел раскрывать.
Он заметил маленькую кожаную ленточку с ее головы, лежащую на полу. Нагнувшись, он поднял ее, покрутил между пальцами. Затем увидел испачканный в розовый цвет носовой платок, который она оставила на диване. Он владел ею. Она отдалась ему. С желанием и любовью. Она любила его. Джеймс прижал кожаную ленточку к губам, ощутив легкий аромат. Война не завершилась за ночь победой. Он добьется того, что эта идея завладеет ею. А он будет сражаться. Сражаться со всем. Он вдруг понял, что воевал не просто за то, чтобы уложить ее в постель, или за ее руку. Он воевал за ее доверие. И несмотря на всю заварившуюся кашу, он докажет, что достоин доверия. И если Шарлотта сможет поверить ему, сможет полюбить его, то никаким монстром он не будет.
Глава 25
Джеймс и Эйвери медленно ехали на лошадях по тропе, которая шла вдоль ручья Нэнси. Они возвращались домой после посещения мельницы. Эйвери показывал Джеймсу свои недавние усовершенствования в хозяйстве.
– Так как развиваются у тебя отношения с твоей очаровательной Шарлоттой?
