что за последние полмесяца Логан ни разу мне не звонил и не писал. Хотя я ждала. Очень ждала. Каждый раз, когда мой телефон сигналил, я надеялась увидеть звонок от него или хотя бы сообщение. Но каждый раз меня постигало разочарование. Звонил кто угодно, но только не Логан. А Оливер особенно часто. И если уж быть совсем точной – по два раза в день. Утром и вечером. Спрашивал, как у меня дела, как я себя чувствую, чем планирую заниматься, не нужно ли мне что-нибудь – деньги или любая другая помощь, и разок даже уговорил меня с ним встретиться в городе.
Знаю, мне не следовало даже номер ему свой давать, а встречаться с ним – тем более. Особенно сейчас, когда я живу одна и пытаюсь разобраться в своих чувствах. Но, как я уже говорила, Оливер имеет надо мной власть. К тому же он мастер убеждения, каких ещё поискать. Он умеет подбирать нужные слова, чтобы добиться от людей желаемого. А от меня – так подавно.
Я сама не поняла, как от стадии «я ни за что не стану с ним встречаться» перешла к тому, что начала подбирать одежду для встречи с ним. Моей целью не было поразить Оливера своим внешним видом. Ни в коем случае. Как и подстраиваться под его «правила в одежде» я тоже не собиралась. Я надела то, что захотела. А именно – джинсы с завышенной талией и облегающий кроп-топ без рукавов, оголяющий часть живота. На улице уже сентябрь, но погода до сих пор стоит жаркая. Желания натягивать на себя закрытые кофты, как я делала это раньше, лишь бы угодить Оливеру, абсолютно не было.
И надо же: Оливер и слова злого не сказал по поводу моего внешнего вида. Только засыпал комплиментами – как насчёт одежды, так и выбеленных волос. Он сказал, что мне очень идёт. Потом подарил шикарный букет роз и чуть не задушил в объятиях. В этот момент на меня снова нахлынули приятные воспоминания о наших отношениях, оттеснив всё плохое на второй план, а родной запах его кожи и одеколона окатил трепетным теплом. Однако я сумела взять себя в руки и высвободилась из объятий Оливера, а после в сотый раз напомнила ему, что не собираюсь к нему возвращаться.
Что бы я ни испытывала к Оливеру (а я до сих пор не могу разобраться что?), я не хочу больше жить по его законам и правилам и не могу вытравить из памяти его измену. О чём я ему и сообщила. Однако Оливер будто пропускал все мои слова мимо ушей, не уставая повторять, что не успокоится, пока я не прощу его и не вернусь домой. А мне нужно вернуться туда, хочу я того или нет. Но лишь для того, чтобы забрать кое-какие вещи. Я имею в виду не одежду или украшения – на всё это мне параллельно – а блокноты со старыми рецептами, которые я придумывала на протяжении пяти лет, паспорт и другие документы.
Ясное дело, Оливер мог привезти всё это на наше «свидание», но он не сделал этого. Сказал, чтобы я сама заехала домой и забрала всё необходимое. Возможно, помимо рецептов и документов, я увижу ещё что-то, что пожелаю забрать. А потом добавил, что очень надеется, что вскоре я приму верное решение, и ему придётся помогать мне перевозить всё обратно.
Оливер в самом деле хочет вернуть меня. Причём настолько, что готов ждать, сколько потребуется, и даже меняться. Он мне прямо так и заявил:
– Я стану таким, каким ты хочешь меня видеть, Диана. Только не бросай меня. Я сделаю всё, чтобы ты была со мной счастливой. Нужно будет – запишу нас обоих на сеанс к психологу. Или один буду ходить. Всё будет, как ты скажешь.
А после этих слов, поразивших меня до глубины души, он начал заверять, что больше не будет мне ничего запрещать, контролировать, следить и станет прислушиваться к моим желаниям. Оливер готов пойти на любые перемены и уступки, лишь бы я к нему вернулась, потому что не видит своей жизни без меня.
В общем… Как и в первую нашу встречу, он опять говорил много и долго. Забрасывал обещаниями, клялся в любви, говорил, как сильно скучает по мне. Это было слишком больно слушать и в то же время – приятнее некуда. Я не могла контролировать свои эмоции. Кажется, с каждой минутой его монолога я начинала запутываться в своих чувствах всё больше.
Одна часть меня безгранично скучала по Логану и не могла прекратить думать о нём, а вторая – подпускала к себе глупую надежду в то, что наши отношения с Оливером могут стать совсем другими.
Но хочу ли я этих отношений? Нужны ли мне они, даже в улучшенной версии, если такая вообще реальна? И самое главное – смогу я вновь довериться Оливеру на сто процентов?
Не уверена. Я ни в чём не уверена. Абсолютно.
Несмотря на все его громкие обещания и приятные слова, я ушла со встречи с Оливером в расстроенных чувствах. Разбитая, потерянная, запутавшаяся как маленький ребёнок. Сразу позвонила Агате, так как с Мией я по-прежнему смущаюсь подробно обсуждать тему бывшего. Всё-таки она сестра Логана. Мне не хочется углубляться с ней в разговоры о другом мужчине. А моральная поддержка подруги мне была очень нужна. Однако вместо неё, Агата организовала мне часовое промывание мозгов.
Агата и до этого злилась на меня за то, что я дала Оливеру свой номер. А когда я ей рассказала, что ещё и встретилась с ним, и поведала обо всех словах Оливера, она совсем пришла в ярость. Надеюсь, на своих будущих пациентов подруга не будет так негодовать. Со мной же она себя не сдерживала. Ни в плане эмоций, ни в плане высказываний.
Агата не поверила ни единому обещанию Оливера. И всё диву давалась, как я, вкусив жизнь с нормальным мужчиной, могла повестись на трёп Оливера? Как, ощутив вкус свободы, задумалась о том, чтобы снова вернуться в клетку к абьюзеру? И как смогла поверить хоть единому его слову?
А я и сама не знаю, почему поверила? Почему подпустила к себе мысль, что Оливер действительно сможет измениться? И почему продолжала думать о такой вероятности даже после длиннющего монолога Агаты?
Неужели я всё ещё его люблю? И люблю настолько, что готова забыть про измену и дать Оливеру второй шанс? Даже после того,
