без тебя. Но смотри, если твое «разовое» отсутствие станет регулярным, на меня не обижайся. Найду на подработку другого человека. Мне тут всякие ненадежные студенты без надобности…
— Больше не повторится, — твёрдо повторяю. — Завтра график конференции такой, что я к вам обязательно успею. Просто сегодня особый случай — первый день, нужно встретить гостей, помочь с гостиницей, сопроводить на пару мероприятий.
— Ладно, поняла, — смягчается Ли Джинг, хотя в голосе всё ещё слышится недовольство. — Иди уж, занимайся своими делами. Но завтра чтобы был как штык.
Разобравшись с подработкой, покидаю комнату и направляюсь к лифту. Главное теперь — договориться на основной работе, чтобы отпустили на весь день. Без этого никак.
Двери лифта мягко открываются, и я шагаю в холл ресторана. Чэнь Айлинь, завидев меня, удивленно приподнимает брови:
— Извини, Лян Вэй, обед закончился шесть минут назад, — недоуменно тянет она.
Подхожу к стойке:
— Да я здесь не за этим. Мне опять нужна твоя помощь, — лицо администратора становится серьёзным. — Мне сегодня позарез нужно быть в университете. Пригласили сопровождать важную делегацию иностранцев. Нужно побыть их переводчиком. Я долго думал, соглашаться или нет, и вот я здесь. Решил не упускать шанс показать себя с лучшей стороны нужным людям. Это может очень хорошо сказаться на моей дальнейшей жизни.
— М-м-м.
— Я не только про учебу, а вообще. Сможешь что-нибудь придумать? Я готов потом отработать хоть две смены подряд, если найдется кто-то на замену.
Договорив, замолкаю и выжидающе смотрю на Айлинь. Та хмурит брови, о чем-то напряженно размышляя.
— Тебе очень повезло, — начала она. — Правильно, что согласился. Главное — предупредил меня заранее, ещё не поздно что-нибудь придумать, — она достаёт телефон и начинает листать контакты. — Так… Есть пара официантов, которые мои должники. Или вот, могу попросить Сянь Вана — ему как раз позарез нужны деньги, — бормочет она, изучая контакты на экране. — В общем, не волнуйся. Всё сделаю!
— Спасибо огромное, — искренне киваю. — Даже не знаю, как отблагодарить. Неловко постоянно напрягать тебя своими проблемами.
— Да брось! — отмахивается Айлинь. — Я как никто понимаю, насколько это важно для будущего студента. Кстати! А с ужином что делать? Может, заберу с собой одну порцию для тебя? Вечером придёшь, накормлю. Хотя, раз у тебя такое серьёзное мероприятие, то и без нас накормят…
* * *
— … Мы искренне рады, что наша программа академического обмена вызвала живой интерес у ваших исследователей, — произносит проректор Цзян Вэйлун мягким, сдержанным тоном. Его безупречная осанка и уверенные жесты выдают в нём опытного дипломата. — Я твёрдо убеждён, что наше сотрудничество позволит не только обогатить друг друга знаниями, но и перенять бесценный практический опыт…
За круглым столом переговоров, покрытым тёмно-зелёным сукном, расположились семь маститых политологов, представляющих Австралию, Новую Зеландию, Канаду, Россию, Вьетнам и даже одну из стран Африканского континента
Пока декан факультета политологии Жан Цзяньго вполголоса беседует с высокими гостями, я невольно перевожу взгляд на стену, увешанную многочисленными сертификатами и благодарностями, свидетельствующими о тесных научных связях нашего университета с ведущими зарубежными вузами. Гарвард, Оксфорд, Сорбонна… Впечатляющая коллекция.
Помимо меня, в просторной аудитории с высокими потолками и дубовыми панелями присутствуют ещё трое студентов, приглашённых в качестве волонтёров-переводчиков. Особенно выделяется один — высокий, с пронзительным взглядом. Уже битый час он неподвижно восседает на месте, демонстрируя безукоризненную осанку и внимая каждому слову гостей. Если и подаёт реплики, то исключительно по делу, чётко и лаконично, без малейшего намёка на эмоции.
Явно человек непростой, такой же «обычный» студент, как и я.
Украдкой кошусь на представителя вьетнамской делегации, мужчину средних лет со звучным именем Нгуен Ван Киет. Меня сразу по приходу предупредили, что господин Нгуен приходится сыном действующему министру экономического развития Вьетнама. Что примечательно, Вьетнам делегировал сразу двух участников — помимо Нгуена, в Китай прибыла миловидная девушка. Сначала мне казалось, что она аспирантка, но по мере дальнейшего разговора стал очевиден её отсутствующий интерес ко всему происходящему. Возможно, из-за плохого английского, оттого сын министра и переводит коллеге какие-то реплики, пусть и без особого энтузиазма.
Вообще, странно. Такой уровень, приехала по обмену в один из лучших университетов Пекина, а по-английски изъясняться не может. Политолог ли она вообще?
Проректор Цзян, тем временем, подводит черту под затянувшейся беседой:
— Что ж, на сегодня, пожалуй, закончим — не хотелось бы вас чрезмерно утомлять. Всё-таки позади длительный перелёт, а у некоторых, насколько я знаю, дорога заняла добрых десять часов… — он сочувственно качает головой, обводя взглядом притомившихся гостей. — Не волнуйтесь, наш секретарь Лин Мин обо всём позаботилась. Сейчас вас доставят в гостиницу неподалёку от кампуса, а наши волонтёры помогут с размещением и ответят на любые вопросы. Отдыхайте, набирайтесь сил. Завтра будет насыщенный день.
* * *
Холл гостиницы «Золотой Лотос».
Девушка-администратор протягивает господину Нгуену пластиковую карту-ключ:
— Ваш номер сто сорок шесть. Люкс с панорамными окнами и видом на город, как вы заказывали. Желаете, чтобы багаж доставили в номер?
Не дожидаясь ответа, портье в ливрее и белых перчатках подхватывает чемоданы вьетнамца и исчезает с ними в недрах лифта.
Я растерянно перевожу взгляд на остальных членов делегации. Неужели на сегодня всё? А как же культурная программа, ужин, неформальное общение? Я зря с работы что ли отпрашивался.
— Вы что, уже уходите? — возмутился сын премьера, глядя на шагающих к лифту членов делегации. — А как же проехаться по экскурсиям, город посмотреть в конце концов!
Высокий австралиец, окинув его усталым взглядом, снисходительно улыбается:
— Послушайте, молодой человек. Все мы смертельно вымотались за эти чёртовы перелёты. Особенно наш коллега из Ганы, — он кивает на африканца, клюющего носом в кресле. — Бедняга Зейн добирался сюда без малого двадцать часов с тремя пересадками. Сами понимаете, не до светских раутов. Дайте людям отоспаться, ей-богу!
Нгуен раздраженно бормочет что-то себе под нос на вьетнамском, его тон не предвещает ничего
