Читаем без скачивания Хронокорректоры - Кирилл Мамонтов

– Уже неплохо. Значит, мы движемся правильным курсом. Следующее воздействие закрепит наш результат.

Экипаж «Мечтателя» возбудился, словно после просмотра крутого порнофильма. Карло, Рагнара, Бартольд и Кориандра в один голос завопили:

– Какое следующее?! Не будет никакого следующего!

Альтаира, на секунду опередив Лантаниума, хмуро поинтересовалась, что они задумали. Не ожидавшие столь бурной реакции варвары немного растерялись. Дождавшись тишины, Гога-Зелен объяснил:

– После первых воздействий стало понятно, что результат не достигается одним ударом. Необходима серия осторожных воздействий, которые в совокупности направят поток событий в интересующем нас направлении.

Исполнители пустились в длинные рассуждения, из которых получалось, что теперь они лучше понимают эпоху, поэтому надеются продолжить циклическую хронокоррекцию. Сценарий воздействий на историю они успели составить, и на экипаж звездолета обрушился шквал имен, событий, дат, идей, географических названий, но люди XXIV века никогда не слышали прежде про древние войны, революции, политических деятелей, индустриализацию, разноцветные виды террора.

Даже неплохо, как считалось, знавшая историю Рагнара не интересовалась событиями ХХ века. Историю России она тем более представляла весьма смутно, поэтому не могла оценить корректность замысла. Не удалось ей разобраться в идеях исполнителей даже после просмотра файлов из библиотеки «Мечтателя». События того времени в том регионе толковались множеством авторов с диаметрально противоположных позиций. Оставалось положиться на варваров, уверявших, что прекрасно разбираются в обстановке, причем с главными персонажами даже знакомы лично.

Тут, однако, выяснилось обстоятельство, грозившее новым осложнением. У варваров накопилось множество претензий к экипажу. Рома раздраженно процедил:

– Вы нас обманывали. В дальнейшем никаких недомолвок не должно быть, иначе мы не сможем осуществить исправление прошлого.

– Нам врали, будто мультифункционалы могут перемещаться на сорок лет, но в действительности запаса энергии хватает на полвека, даже больше.

Причина варварского возмущения показалась несерьезной всем без исключения членам экипажа. Немного растерянный Бартольд объяснил, что конструировал портативный хронодвижок в расчете на короткие прыжки во времени.

– Значит, машинка получилась лучше, чем я полагал. – Он пожал плечами. – Хронофизика появилась незадолго до гибели цивилизации, многие аспекты путешествий во времени остаются неизученными.

– Покажи мне формулы, – потребовал Рома. – Все-таки я физик-теоретик. Может, смогу разобраться.

– Какие, к чертовой матери, формулы! – взорвался Гога. – Они в главном обманули нас. Уверяли, что спасут наших предков!

Альтаира насмешливо простонала:

– Дорогой, клянусь, я намерена выполнить обещание. Честно-честно.

– Не сможешь, – буркнул Роман. – Изменив будущее, мы сломаем судьбы множества людей. Никто не знает, появятся ли на свет наши родители.

По изумленным лицам экипажа нетрудно было понять, что люди будущего не задумывались над этим аспектом воздействий на время. Не стоило даже винить их в подобной непредусмотрительности: когда дилетанты берутся за дело, которого не понимают, ошибки неизбежны.

Просидев несколько дней над формулами хронофизики, Роман добился мизерных успехов. Результаты вычислений можно было толковать по-разному. Лишь масштабный эксперимент мог прояснить ситуацию, но исход эксперимента подобного размаха мог оказаться весьма неожиданным.

Глава 21

Принцип терпит неудачу

Воздух в жарко натопленной зале «Эрмитажа» наполовину состоял из табачного дыма. Звенела посуда, хлопали пробки шампанского, визгливо надрывались цыганские хористы, бегали официанты. В ожидании заказанных чудес кулинарии князь Георгий читал газетную статью с обзором военных действия. Статья не радовала.

Куропаткин все-таки отвел войска к Мукдену, хоть и не так стремительно, как это случалось в прежних реальностях. Японский флот, получив новые броненосцы, каждый из которых был сильнее «Цесаревича», добился превосходства над Тихоокеанской эскадрой и высадил десант на Ляодун. Японцы ожесточенно штурмовали Порт-Артур, и Макарову пришлось увести флот из обреченной крепости. В ноябре часть эскадры прорвалась во Владивосток, при этом Степан Осипович был тяжело ранен. Спустя два месяца пошла на прорыв эскадра Рожественского, сражение традиционно разыгралось в Корейском проливе возле острова Цусима. До гавани Владивостока добрались немногие корабли. Японцы хоть и понесли потери, но сохранили господство на морском театре. Тем временем случилось – день в день – Кровавое воскресенье 9 января, генерал Ноги бомбардировал Порт-Артур из тяжелых мортир, государь император Николай Александрович даровал бунтующим подданным Государственную думу.

– Все-таки революция случилась, – разочарованно резюмировал лжекнязь и залпом выпил стакан водки, пробурчав: – Тебе повезло.

– Мне-то какое везенье… – Рома рассеянно тянул мадеру, но вдруг сообразил: – Так ты надеялся, что победы в Маньчжурии отменят первую революцию?

– Угадал, предок.

– Зря надеялся… – Подоспевший официант расставлял на столе салаты, поэтому пришлось говорить осторожно, не произнося ненужных слов. – Она произошла бы в любом случае. На то имелись объективные причины, а война добавила субъективных.

Официант отошел, и Георгий с мрачной гримасой процедил:

– Вдобавок миллиону мужиков раздали винтовки, а режим все-таки проиграл войну. Боюсь, и следующая революция случится по графику. Даже не стоит пытаться…

– Чего не стоит?

– Была шальная идея – пробраться в Сараево и остановить Гаврилу Принципа. Но ты ведь скажешь, что прогнившее самодержавие все равно даст голодному народу повод взбунтоваться, чем воспользуются большевики.

– Обязательно даст. – Рома закивал, уплетая настоящий салат «оливье» с рябчиками, трюфелями, паюсной икрой. – К тому же подстрекаемая западными союзничками буржуазия поможет царской власти рухнуть. Как ты должен понимать, Февральскую революцию не большевики устроили. Большевики были кто в тюрьмах, а кто – в эмиграции.

– Знаю, – буркнул Гога, насаживая на вилку артишоки. – Но все равно тошно.

Официант, одетый согласно стилю а-ля рюс в голубую полотняную рубаху, перехваченную красным шелковым поясом, подал икру, стерлядь и привезенную из Франции утку, приготовленную под настоящим бургундским вином.

– Шампанского не желаете? – осведомился он. – Есть коньяк «Трианон» из подвалов короля Людови…

– Ступай, любезный, – отмахнулся Роман.

В соседней зале послышался долгий звон – похоже, купеческая свадьба вышла на стадию битья зеркал или хрусталя. Поморщившись неприязненно, Роман обвел взглядом зал. Разношерстная публика – коммерсанты, чиновники, купцы, карточные шулеры, дорогие журналисты, профессора – были веселы и довольны жизнью. Немало было и мужчин, одетых, как и хронокорректоры, в офицерские мундиры. В то время как армия истекала кровью далеко на Востоке, высшее общество беззаботно кутило, швыряя деньги на развлечения. Подобный отрыв элиты от обозленного нищетой народа неумолимо вел историю в объятия красного террора.

Словно угадав мысли спутника, Георгий вспомнил анекдот своего времени:

– Знаешь, какой была последняя запись в дневнике буржуя? Жрал ананасы, жевал рябчиков.

– Смешно, – согласился Рома. – Но мы уже видели, как страшно это будет…

Через два столика от них начинался скандал. Трое холеных мальчишек в дорогих одеждах задирали компанию обвешанных орденами офицеров, заглянувших в ресторан с дамами.

– Почему военные пьянствуют в Москве, а не сражаются в Маньчжурии? – явно нарываясь на неприятности, выкрикивали богатенькие сынки. – Сколько солдат вы замордовали, душегубы? Тыловые крысы, разбогатевшие на воровстве портянок! Наступит день, когда держиморд вроде вас будут убивать в подворотнях.

Встав из-за стола, драгунский ротмистр попросил молодых людей быть вежливее с офицерами, которые были ранены на войне и завтра возвращаются на фронт.

– Много пользы от вас, трусливые солдафоны! – взвизгнул упитанный юнец. – Бездарный самодержец с перепугу дал нам свободу, и мы не боимся вас! Вы – жалкие ничтожества, вы способны только убегать от врага и посылать на смерть одетый в шинели народ. Там, на фронте, погибают простые мужики, а вы здесь шлюх шампанским угощаете.

Женщины за столом охнули, одна из них расплакалась. Штатский молодняк жизнерадостно засмеялся. Капитан-артиллерист встал и произнес угрожающе:

– Попрошу немедленно извиниться перед нашими супругами.

– Я не собираюсь извиняться перед ничтожным солдафоном, – надменно выкрикнул парнишка, мысленно представлявший себя народным трибуном.