Читаем без скачивания Хронокорректоры - Кирилл Мамонтов

Назревала очередная, на грани рукоприкладства, перепалка, какие постоянно случались на этом корабле. Лантаниум, астронавт старой школы, успевший послужить в астрополиции, повидавший разборки гангстеров и схватки с пиратами, относился к неврастеничному экипажу снисходительно. Обычно командир до последней возможности терпел истерики самовлюбленных неудачников, а затем успокаивал их народными средствами вроде электрошокера или дурманящих аэрозолей.

Но сегодня, предвкушая первый за три года сеанс связи, Лантаниум воздержался от применения силы и лишь объявил:

– Отставить! Леди и джентльмены, я вырубаю двигатель.

Все мгновенно притихли.

Вот уже три месяца звездолет сбрасывал субсветовую скорость, развернувшись кормой к Солнцу. Поток энергии, отбрасываемый квантовым отражателем, заглушал любые сигналы, поэтому связи с Землей не было давно. Когда замолчит двигатель и стихнут помехи, появится возможность увидеть и услышать передачи земных станций.

Лантаниум и Рагнара шаг за шагом отключали системы, снижая подачу энергии на генераторы. Наконец тяга упала до нуля, и Бартольд развернул звездолет носом к Солнцу. «Мечтатель» приближался к желтой звезде со стороны северной небесной полусферы. Мониторы выдавали массу ненужных сведений, но экипаж читал главное:

– расстояние до Земли – 1.03 светового часа;

– скорость – 0.04 световой;

– траектория проходит между орбитами Венеры и Меркурия.

Подсчитав на калькуляторе, Альтаира промурлыкала с блаженством в голосе:

– Сутки полета – и мы дома. С учетом маневров и торможения – двое суток.

– Примерно так, – умиротворенно подтвердил командир. – Бартольд, найди какую-нибудь передачу.

Навигатор, он же инженер-оператор, сканировал эфир с видом великого факира, превращающего нечистоты в монокристаллы золота. Постепенно выражение его лица становилось растерянным и жалким.

– Что там, дорогой? – осведомилась Кориандра. – Если провозишься еще минуту, оставлю без секса.

– Заткнись, идиотка! – прохрипел Бартольд и продолжал с перекошенной физиономией: – Месье командир, Земля молчит! Ни единой передачи! На всех диапазонах!

Испуг инженера не слишком встревожил экипаж: все знали, что Бартольд малодушен и легко впадает в панику. К тому же астронавты давно привыкли, что связи нет. Последние сигналы были приняты антеннами звездолета почти три года назад, когда «Мечтатель» удалился от Солнца на 23–25 световых лет.

– Проверь аппаратуру, лузер, – насмешливо посоветовала Рагнара.

– Наверняка люди больше не пользуются радиоволнами, лазерной связью, другими видами электромагнитных колебаний, – зевнув, равнодушно изрек Лантаниум. – Давно предлагалось перейти на гравитацию или модулированное эльфонное поле.

Благодушное настроение покинуло их через два дня, когда «Мечтатель» обосновался на стационарной орбите над Землей.

За долгие годы полета они успели многократно прокрутить романы во всех мыслимых сочетаниях, переругались и перессорились, но случившаяся катастрофа сплотила их снова. Как в первые недели полета.

Земля превратилась в радиоактивное кладбище с отравленными океанами, кратерами на месте городов и пустынями там, где когда-то были поля. Из крупных животных процветали только крысы-мутанты размером с овчарку, методично доедавшие малочисленные деревеньки мутантов-людей. Планета стала братской могилой как минимум для двадцати миллиардов человек.

Спутники давно сошли с орбит и сгорели в атмосфере, стационарных ретрансляторов тоже не осталось – вероятно, были сбиты в ходе войны. Удалось найти места падения на поверхность больших орбитальных станций, построенных в прошлые столетия.

Не было и речи о высадке – на поверхности работали только зонды активной разведки. В развалинах Мекки, Глазго и Бухареста удалось найти несколько плохо сохранившихся жестких дисков, информация на которых не представляла интереса. Лишь на Луне чудом уцелела научная станция, экипаж которой прожил почти полвека после катастрофы, но погиб, когда вышла из строя система жизнеобеспечения.

Прочитав записи в компьютерах лунных исследователей, астронавты узнали, что ядерная война разразилась 19 июля 2157 года, то есть почти за полтора века до старта «Мечтателя». Все долго вопили, что подобное невозможно, только Бартольда вдруг осенило:

– Возможно, если кто-то воспользовался машиной времени.

Не меньше трех голосов назвали его идиотом, алкоголиком, наркоманом и психопатом, но после долгой перебранки, вдыхания разных аэрозолей и последующей детоксикации Лантаниум и Кориандра, а затем и остальные вспомнили, что в последних передачах земных станций говорилось о создании хрономеханики.

Радиоволны с кратким описанием новейшей технологии настигли звездолет, когда «Мечтатель» мчался по инерции, преодолев почти половину расстояния до Капеллы. Так было принято – сообщать межзвездным экспедициям о последних достижениях, поскольку считалось, что исследователи Дальнего Космоса должны быть в курсе новейших открытий. Небольшой файл с формулами, схемами и диаграммами изучал лишь Бартольд, остальные же не слишком заинтересовались хронодвигателями, занятые своими повседневными склоками.

Хмуро глядя на команду, Лантаниум осведомился:

– Мы не знаем, работает ли так называемая хрономеханика.

– Работает, – буркнул Бартольд. – Я проверял.

– Не поняла! – взвизгнула Рагнара. – Что ты проверял?

– Нечего понимать… – Бартольд пожал плечами. – Корабль шел по инерции, свободного времени сколько угодно… Я был просто восхищен идеей, немного поработал, и кое-что получилось. В лаборатории собран портативный хронодвигатель.

Альтаира задумчиво спросила:

– Действует? Поэтому ты выпытывал у меня про эльфонные резонансы?

– Именно. Маленький движок действует отлично. Я отладил режим привязки к объекту. Заступал на дежурство, перемещался на десять часов, передавал вахту сменщику и занимался своими делами.

Если перемещения во времени были возможны, становилось понятнее, как случилась катастрофа. Рагнара, любительница истории, напомнила политическую обстановку на Земле к моменту старта «Мечтателя». Талибанский Халифат стоял на грани катастрофы, проиграв «битву за русское наследство». Поэтому религиозные фанатики отправили агентов или войска в середину позапрошлого века, то есть в эпоху наивысшего могущества исламистов. Вероятно, пришельцы из будущего спровоцировали войну, направив ракеты Талибана против Евро-Американской Федерации, Китая и остатков Евразийского Союза.

Остальные не слишком поняли, о чем говорит инженер-энергетик и резервный пилот. Давние события и названия древних государств были едва знакомы людям, плохо знавшим историю. Рагнаре просто поверили на слово.

Однако извращенный разум Альтаиры сделал оригинальные выводы, и астрофизик экспедиции после напряженных размышлений поинтересовалась:

– Барти, ты мог бы сделать большую машину времени?

– Более мощный хронодвигатель? Принципиальных препятствий не вижу, но понадобятся сложные вычисления.

– С вычислениями помогу, – заверила, подмигнув, Альтаира. – Все-таки я лучше тебя разбираюсь в физике.

Следующие три ночи она провела в каюте Бартольда. Это был своего рода рекорд: Альтаира не спала с ним уже несколько месяцев, а трое суток с одним и тем же мужчиной не жила больше двух лет.

На четвертое утро любовники объявили, что расчеты закончены, и начался монтаж огромного сверхмощного хронодвигателя, который с этого момента все называли просто Машиной.

Пока технари Бартольд, Карло и Рагнара собирали Машину, в кают-компании решали, что делать, когда «Мечтатель» сможет прыгать через время.

– Мы отправимся в год катастрофы и предотвратим ее, – предложила Кориандра.

Идея звучала прекрасно, Лантаниум даже поручил астробиологу написать обращение к правительствам цивилизованных стран. Однако затем он выругался и сказал:

– Это слишком опасно. В те времена все страны готовились к большой войне в космосе. Никто не знает о нашем звездолете. Сразу расстреляют средствами противокосмической обороны.

Он проверил по базам информации: действительно, глобальные комплексы ПКО появились почти на столетие раньше той войны. Между тем хронодвижок был построен, и Бартольд объявил, что нужно провести калибровку. Оставив спутник на орбите в далеком прошлом, они совершили несколько переходов через время. Часы на спутнике показали время перемещения, так что Бартольд завершил отладку Машины. Теперь, по его словам, они могли путешествовать по времени с точностью до сотых долей процента.

За эти дни у Рагнары появилась другая идея – поскольку все неприятности начались в Северо-Восточной Евразии, можно было попытаться как-то изменить эту страну. В исторических файлах туманно говорилось о тоталитарном государстве, гибель которого запустила цепную реакцию войн и потрясений, завершившихся «войной за русское наследство» с ограниченным применением ядерного оружия.