«РАЙСКАЯ ДОЛИНА!
РАСПРОДАЖА ОТЛИЧНЫХ УЧАСТКОВ С АУКЦИОНА!»
Зеваки толпились на тротуарах. Амелия, отправившаяся за покупками, решила переждать столпотворение в офисе Хендрика. На столе были разложены проекты расширения магазина. Хендрик и Бад стояли над ними и разгоряченно спорили: Бад шутливо, а отец раздраженно и напористо.
Он говорил:
— Где это видано, чтобы в скобяной лавке торговали мебелью, Бад?! — Как и всегда в минуту гнева, голландский акцент в речи Хендрика становился заметнее.
— Посуду в скобяных лавках тоже не продавали. До тех пор, пока мы первые не начали.
— Это абсурд!
— Вовсе нет, — хохотнул Бад. — Не абсурд, а прямая выгода.
Хендрик хлопнул здоровой рукой по бумагам на столе.
— Впрочем, что мне еще от тебя ожидать? Твоя голова слишком забита всем этим нефтяным бредом, чтобы руководствоваться разумом!
Глаза Амелии весело блестели, когда она смотрела на отца и сына. Доктор Видни подтвердил беременность. Бад был опьянен радостью. Рядом с мужем Амелия тоже радовалась. Наедине же с собой она рыдала.
Подняв глаза на дверь, она увидела, что кто-то вошел с улицы. Это был Три-Вэ. Все его лицо было покрыто какими-то шутовскими разводами. Такая же черная грязь пропитала его голову, бороду, всю его одежду. Он шел вперед по проходу, спотыкаясь, словно человек, спасающийся от стихийного бедствия. Покупатели расступались перед ним.
Амелия инстинктивно сжала ручку своего сложенного зонтика. «Случилось что-то ужасное, — подумала она. — Юта? Чарли? Донья Эсперанца?»
Ей хотелось крикнуть, привлечь внимание Хендрика и Бада, которые продолжали препираться между собой, но язык не повиновался ей.
Три-Вэ распахнул стеклянную дверь офиса, оперся обеими черными от грязи руками о косяк и широко расставил ноги. С улицы доносились звуки духовой музыки. Три-Вэ уставился на Амелию, беззвучно шевеля губами.
— Три-Вэ!.. — прошептала она.
— Что такое? — спросил Хендрик.
— Что случилось? — проговорил Бад требовательно. — Несчастный случай?
— Чарли? — встревоженно воскликнул Хендрик.
Три-Вэ продолжал во все глаза смотреть на Амелию.
— Нефть пошла, — наконец сказал он.
На какое-то мгновение Бад весь как-то напрягся. Затем, издав вопль ликования, он бросился на своего младшего, но крепкого брата и стиснул его в объятиях.
— О Иисус! Три-Вэ! У тебя получилось, получилось!!! Все говорили, что нефти нет во всем округе Лос-Анджелес! Ни капли! А ты, ты нашел ее, хитрый негодяй! Ну и башка у тебя, а!
Три-Вэ не отвечал на объятия брата. Он продолжал смотреть на Амелию.
— Прошу тебя! — сказал он. — Прошу тебя!
Бад недоуменно обернулся на жену.
Хендрик только сейчас проговорил:
— Нефть? — При этом голос у него был почти раздраженный.
Амелия подошла к братьям, одной рукой обняв за талию Бада, другой — Три-Вэ.
— Значит, все в порядке? — спросил Три-Вэ.
— Да, — сказала она так, словно это слово вытянули из нее клещами. — Да!
И тогда все трое обнялись. Пропитанная нефтью борода Три-Вэ смешалась с красивыми волосами цвета топаза, Бад колотил кулаком по спине Три-Вэ. Когда они наконец отошли друг от друга, белая английская блузка Амелии была вся измазана черным.
Нефть оставила отметины и на летнем костюме Бада из шерсти альпаки.
Хендрик, пытаясь сохранить чувство собственного достоинства, пожал руку Три-Вэ, затем Баду.
— Это великий день для Лос-Анджелеса, — объявил он дрожащим голосом. Его неприятие нефти и всего того, что было с ней связано, боролось сейчас с чувством отцовской гордости. Второе взяло верх.
Он прошел мимо своих сыновей и невестки. Возвысив голос, он обратился ко всем присутствовавшим в ту минуту в большом магазине:
— Мой сын, Винсент Ван Влит только что обнаружил в пределах нашего города нефть! Он и другой мой сын, Хендрик Ван Влит Младший, только что открыли первый в Лос-Анджелесе нефтяной колодец! Сегодня не простой день, это великая веха в истории нашего города! В честь этого события я делаю всем вам небольшой подарок, или, как говорили в старые времена — pilon. А после мы с вашего разрешения прервем на сегодня работу.
Разукрашенные клоуны делали пируэты и кувыркались на Спринг-стрит. Дети и несколько дам в шляпках наблюдали за этим. Остальные же столпились вокруг тех, кто выходил из магазина Ван Влитов.
Нефть...
3
Бад и Три-Вэ быстрым шагом устремились через весь город в конец Колтон-стрит. За ними следовало много народу. То и дело из толпы выходил кто-то, догонял Три-Вэ, от души пожимал его черную руку и поздравлял. Три-Вэ, настрадавшийся, когда над ним смеялись, теперь не радовался своему отмщению. Когда впереди показалась их буровая установка, Бад сорвался на бег, оставив брата позади.
Заключенная в трубу нефть с шумом извергалась наружу. Очередной бур Три-Вэ пробил дыру в древней скале, и кровь земли брызнула оттуда. Мощь струи создавалась давлением природного газа. За час до этого буровая установка задрожала, ворот стал дико поворачиваться, и канат выбросило из шахты на бурильную платформу. Три-Вэ и Ксавьер отскочили. Но Три-Вэ не убежал. Он стоял на месте, подставляя себя под струю неочищенной нефти. В ту минуту по его телу прокатилась волна ликования. Столь же сильная, как и то неудержимое вожделение, которое он испытывал тогда в ландо, когда был с Амелией.
Теперь он возвращался к бьющему фонтану почти неохотно. Он уже отчетливо сознавал, что он за человек. Для него мечта была гораздо важнее ее осуществления. Достижение цели было шагом к смерти. «По крайней мере она меня простила», — думал он, медленно продираясь сквозь толпу, окружившую буровую вышку.
Здесь уже была Юта с Чарли на руках. От волнения она позабыла снять фартук и опустить рукава блузки. Ее круглые щеки горели. Этот нефтяной фонтан стал чем-то вроде осенившего ее божественного перста. Она уже представляла себе красные атласные платья, шляпы со страусиными перьями, собольи мантильи, мебель, экипажи и ливрейных кучеров, нитки жемчуга, бриллиантовые диадемы, дом в пять — нет, в десять раз больше, чем у Амелии.
Она топтала ногами почерневшие от нефти сорняки и кричала:
— У тебя получилось, Три-Вэ, получилось! — Но взгляд мужа был настолько унылым, что она переложила Чарли на другую руку и потрогала лоб мужа. — Ты в порядке? — встревоженно спросила она. — На тебя балка упала, что ли?
— Все нормально.
— Тогда хотя бы улыбнись. Ведь ты теперь герой. Открыл нефть! Ты теперь первый нефтяник во всем городе!
— Через несколько месяцев в Лос-Анджелесе будет уже тысяча колодцев.
