Оставим вопрос о том, почему не отказался убивать меня. Почему ты банально не поддержал меня, когда я неделю ходила, как зомби, после смерти матери? Боялся, что проявление эмпатии Лэн расценит, как слабость и сопереживание потенциальному злодею-шпиону?
— Да. Именно так.
Честный и прямолинейный ответ даже удивил Кагами и вызвал нечто, похожее на уважение. На фоне других чувств оно, конечно, терялось, и все же.
— Я решил, что не могу так жить дальше. Выполняя грязную работу комитета, когда каждым твоим действием управляли, диктовали, как жить. Каждый, кто мне был дорог… они исчезали, и сближаться с тобой я не хотел, потому что понимал, что рано или поздно ты тоже… Так всегда происходит с теми, кто пытается войти в этот мир слишком поздно. Я рос таким, меня учили с ранних лет жить по законам того мира, который не показывают по ТВ.
— Значит, — отвернувшись к гавани и обнаружив, что небо стало светлее, Кагами предположила: — Я стала последней каплей для того, чтобы осознать, что ты хочешь жить иначе? Быть свободным?
— Что-то вроде.
Кагами помолчала, обдумывая подходящий ответ, и в глубине души ей хотелось верить, что парень говорит правду.
— Красиво сочиняешь, Кейго, — да только она достаточно хорошо успела его узнать, чтобы не верить красивым словам. Душу тяготила уже не злость, а обременяющее разочарование. — Можешь пробовать вешать лапшу на уши Лиге злодеев.
— Ты не веришь мне?
— Нет, почему? Я верю в то, что ты сожалеешь, — подойдя ближе, Кагами не могла не признать, что ей больно смотреть на парня, потому что, несмотря на злость, она не могла забыть того, что чувствовала к нему. Как цеплялась за него и надеялась, что он поможет ей. — Верю, что тебе плохо, что ты не хотел убивать меня. Иначе бы убил и не колебался. Но я не поверю, что из-за своих сожалений и эмоций ты предашь государство.
Надо отдать ему должное, взгляд парень не отвел, чем бы только подтвердил слова Кагами. Он смотрел на нее, словно проходил через испытание, в его взгляде была и боль, и сожаления, и отчаяние. Отчаяние от того, что она отталкивала его, не тянулась принять красивые слова.
— Что мне сделать, чтобы убедить тебя?
Кагами затруднялась ответить. Убей бы Таками Харуку Лэн, может, и задумалась бы над искренностью его желания освободиться от тесного ошейника государства. Вопрос, который ставил ее в тупик.
— Сейчас твоя цель не убедить меня в чем-то, Кейго, — решила девушка. — Дешифратор. Через два дня в шесть часов. И без фокусов. Если ключ окажется фальшивым, не передо мной тебе оправдываться.
Комментарий к Глава 17: Ненавистный союзник
Даже злодеи перед дорамами не устоят
Глава 18: Чужие ошибки
Я перешёл дорогу тем, кто ложь возвёл до культа
Тем, кто легко каналы мне переключает с пульта
Я стал бельмом в глазу у тех, кто травит меня ядом
За мной следят слепые псы! Манипулятор рядом!
2rbina 2rista — Погребенный заживо
— Как это понимать? — при всем самообладании, голос Кохэя прозвучал угрожающе, и причина тому была основательная. — Где ному?
— М-м, кажется, я могу тебе сказать.
Сидя в телефоне чуть ли не круглые сутки, Кагами мониторила новостную ленту и наткнулась на прямую трансляцию одного из новостных каналов с оживленного района города, где развернулась нешуточная битва. Протянув смартфон Кохэю, чтобы он также видел картинку, они вместе наблюдали за тем, как Старатель добил ослепительной вспышкой пламени ному.
— Доктор, вы, возможно, меня неправильно поняли, когда я говорил, что испытание эволюционировавшего ному — моя ответственность?
— Я это прекрасно помню. Но вы попробуйте отказать мальчишке, который угрожает превратить тебя в груду пепла.
Старичок, оправдывавший все клише безумного ученого, не испугался слов Кохэя, даже несмотря на то, что лаборатория полностью была погружена в полумрак. Свет исходил только от множества мониторов, а также подсветки колб, где в формалине или какой-то другой жидкости плавали химеры.
Срываться на доктора мужчина не стал, только раздраженно скривился. Использовать в своих целях химер хотела как Лига злодеев, так и Кохэй. Ученому же без разницы, кто первым возьмется за то, чтобы провести боевые испытания, поэтому слова о страхе перед Даби прозвучали откровенной ложью. Кто успел — тот и съел, пусть сами договариваются о нюансах.
Кагами не принимала участия в плане по испытаниям ному, ее пригласили, чтобы она познакомилась с доктором, а также увидела, наконец, этих ному. Но все, что она пока видела, это трансляцию, где главным героем выступал, оказывается, не только Старатель. Таками тоже там? Совпадение?
— Кстати, о поджигателе, — картинка была нечеткой, однако девушка разглядела, как в голубое пламя, окружившее героев, врывается Мируко. — Можем открывать шампанское, его сейчас в котлету превратят. Там появилась Мируко.
— Значит, пора вытаскивать его, — как ни в чем небывало заключил доктор, погладив мелкого уродца-ному, сидящего у себя на коленях. — Что ж, Джон, возвращай Даби и ному.
Монстр, покрутив выпученными глазами, распахнул пасть и выплюнул неожиданно большое количество вязкой черной жидкости, от вида которой Кагами скривилась. Отвратительное зрелище, и не менее отвратительно оказалось наблюдать, как из этих соплей появлялась фигура человека.
Откашливаясь и смахивая с лица остатки черной жидкости, Даби поднялся с колен и хотел, видимо, продолжить кривиться, не увидь в паре метрах от себя мрачного Кохэя. Надо отдать должное, в полумраке, увидь бы Кагами, например, столь внезапно исцарапанное шрамами лицо мужчины, схватилась бы за сердце. Да она и не раз пугалась мужчину, когда он подкрадывался или неожиданно появлялся из тени. Поначалу кричала, как маленькая девочка, теперь только вздрагивала.
Даби мгновение задержал на мужчине настороженный взгляд, словно ребенок, которого схватили за руку во время кражи конфет. Выпрямившись и не разрывая зрительный контакт, парень колюче ухмыльнулся. Кохэй радости не разделил.
— Где ному?
Удивительно, что парню пришлось осмотреться. Кагами только покачала головой, отметив, что отсутствие монстра заставило и доктора расстроиться.
— Что ж, если ты следил за боем, то мог понять, что я не мог дотянуться до тела. Вы меня вытащили раньше.
— То есть тело осталось у героев?
Бегло глянув на смартфон, Кагами удостоверилась, что обгоревшая туша ному все еще лежала посреди дороги среди булыжников. Вертолет с оператором, наконец, подлетел ближе, что позволило увидеть состояние героев. Старатель уже на ногах не держался, его жутко потрепало, Ястребу же повезло больше, хотя от его крыльев ничего не осталось почти. Но живой. От неожиданно возникшего чувства облегчения Кагами постаралась рьяно отбиться, а затем убрала телефон во
