На море я чувствовала себя как в клетке, поэтому решила сойти на берег. Сначала сделала это из любопытства: хотела увидеть то место, откуда ты пришел, узнать людей, ради которых ты пошел на отчаянный риск. Моему отцу это не понравилось, но он не протестовал. Сначала я отправилась в свободные Земли. Земля Солнца привела меня в ужас: все эти люди, которые только и делали, что пировали, женщины, увешанные украшениями, как божества… Потом я посетила Землю Воды, но была разочарована: люди и нимфы со злобными взглядами, спесивые генералы… Я не понимала, почему ты решил пожертвовать жизнью ради них.
И тогда я решила отправиться на вражескую территорию. Ночью я пересекла границу с Землей Ветра. И тут я начала понимать. Кровь и смерть не пугали меня, ты знаешь. Но тут царила такая жестокость, какой на море я и не знала. Люди, отданные в рабство, эти гнусные звери, фаммины, солдаты, которые с наслаждением убивали, массовые казни… Это было торжество самой настоящей жестокости. И потом… эта мерзкая башня Рока, которая царила надо всем. Она была видна из любого места.
Я долго бродила. Побывала в Земле Скал, наконец, пришла в Землю Вулканов, где невозможно дышать. Тут я впервые познакомилась с народом, томящимся под игом Тиранно. Это были закабаленные люди, чье достоинство растоптали, у них не хватало смелости восстать, они делали все, что им приказывали, даже если речь шла об убийстве друга. Сначала я презирала их, была убеждена, что они заслужили рабство. Однако потом я вспомнила те слова, которые ты сказал мне на островах Ванерие в тот день, когда я разговаривала с Мони: «Почему слабые должны погибнуть?»
Айрес долго смотрела на Сеннара. Смущенный маг опустил глаза. Она снова заговорила:
— Я попыталась всмотреться в этих людей, и то, что я обнаружила, привело меня сюда: я увидела зародыши свободы. Они были вынуждены жить как рабы, они были угнетены телом и духом, однако в глубине души оставались свободными, я чувствовала это. Я всегда думала, что свобода — это главное в жизни. Дать умереть зародышу свободы, которую каждый скрывает в своем сердце, это — преступление. Так я решила остаться тут, познакомилась с другими, кто думал как я, и вместе мы организовали сопротивление Тиранно, чтобы защитить эти ростки свободы, чтобы дать им вырасти.
Мне и не пришлось много делать. Уже существовали группы непокорных, по большей части гномов, а также и людей. Не хватало только структуры, способной объединить их и координировать действия. Когда мне рассказали об акведуке, я поняла, что это и было нашей козырной картой. Мы спрятались тут и начали действовать. Некоторые гномы работали здесь и знали каждый канал, каждый резервуар. Мы выкопали другие галереи, построили шалаши, организовали оборону. Кто-то перемещался в другие места, создавал новые группы. Так мы начали сопротивление. Живем здесь и выходим только тогда, когда надо совершить какой-то набег. Тайком наносим удар и прячемся под землей. Иногда народ помогает нам, иногда предает. Но мы идем вперед. — Айрес замолчала и сделала еще глоток «Сквало». — Смешно, да? Кто бы мог когда-то сказать, что я так кончу? Немногим больше года назад я была на своем корабле с тобой, восхваляла эгоистическую жизнь, а теперь вот здесь, говорю о свободе, возглавляю бедолаг, ввязавшихся в безнадежную борьбу…
Ниал слушала этот долгий рассказ молча и теперь смотрела на Айрес с восхищением. Даже эта женщина, которая была пираткой, которая, как она сама говорила, наслаждалась жизнью, обрела идеал и им руководствуется. Она знает что делает и почему. По сравнению с ней Ниал ощутила себя маленькой и ненужной со своим окровавленным мечом, с тысячью сомнений и неспособностью жить и находить собственный путь.
— В конечном счете ты осталась такой же, — улыбнулся Сеннар. — Когда ты рассказывала мне о своей жизни на море, я знал, что это было в твоем сердце. Я видел это в твоей любви к кораблю, в твоей верности своей команде.
Айрес посмотрела на него испытующим взглядом:
— А вот ты уже не такой, как прежде. Теперь ты кажешься грустным, подавленным, я читаю это в твоих глазах. Ты уже не тот мальчик, которого я знала. С тобой что-то случилось.
Сеннар опустил глаза, и Айрес переменила тему разговора:
— Как вы оказались здесь? Место советника в Макрате потеряно, или я ошибаюсь?
— Я больше не советник, — сказал Сеннар, а потом вскользь сообщил о том, что ради этого путешествия вынужден был оставить Совет.
— Значит, дело должно быть серьезным. Почему вы отправились в путешествие? — спросила Айрес.
Ниал поняла, что наступило время вмешаться:
— Мы не можем тебе сказать.
Айрес обернулась и загадочно посмотрела на полуэльфийку:
— А почему?
— Потому что от нашей миссии зависит множество жизней, а секретность — это оружие.
Женщина посмотрела на Сеннара.
— Это связано с войной и с Тиранно, — коротко добавил маг.
Айрес пожала плечами:
— Если это настолько серьезно, я и сама не хочу ничего знать.
Они продолжили разговор, но Ниал была далека от их рассказов и общих воспоминаний. Сеннар радовался, что встретил эту женщину, смотрел на нее ласково, а Айрес бросала на него свои кошачьи взгляды, будто пытаясь проникнуть в самые сокровенные закоулки его души. Ниал весь вечер сидела грустная и раздосадованная.
Выйдя из шалаша Айрес, Ниал почувствовала необходимость побыть одной, она сошла с площадки и погрузила босые ноги в воду. В резервуаре не было отверстий, ведущих наружу, так как было лучше, чтобы убежище не соприкасалось с верхним миром. Хотя время, проведенное с этой женщиной, казалось бесконечным, Ниал подсчитала, что недавно наступил вечер.
Она недолго находилась тут, медленно шевелила ногами, слушала шум воды и видела только круги, которые описывала ногами. И вдруг почувствовала, что за ее спиной кто-то стоит.
— Что ты делаешь?
Ниал не обернулась.
— Ничего, отдыхаю.
Сеннар присел рядом с ней.
— А что делал ты?
Он был у Айрес, вот что он делал…
— Я немного поспал, очень устал, — ответил маг.
Ниал продолжила шевелить ногами в воде. Она чувствовала, что Сеннару грустно, и спрашивала себя: почему, если он сейчас нашел эту женщину, которой, как казалось, так дорожил?
— Почему ты не рассказывал мне об Айрес? — спросила она.
Сеннар покраснел и не ответил.
— Она была рулевым… И потом вы были близки, как мне кажется, — настаивала Ниал.
— Не знаю… Я как будто забыл… — пробормотал Сеннар, а потом улегся на земле и стал смотреть на свод резервуара.
Ниал поняла, что ее друг никогда не казался ей таким далеким, будучи столь близким. Она тоже улеглась. Они оба молча смотрели на нависающую над ними скалу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
