Сказав это, она повернулась и пошла в том направлении, откуда они пришли, оставив Сеннара и Ниал в нерешительности на берегу.
— Что теперь? — спросил Сеннар.
— Святилище — на вулкане, — спокойно ответила Ниал.
— Отлично! — заметил Сеннар. — Как мы туда попадем?
— При помощи волшебства, — улыбнулась полуэльфийка.
Маг отметил, что ее голос звучал странно и был лишен оттенков.
— Все в порядке?
— Сделай мостик, — продолжила Ниал таким же бесцветным голосом.
Сеннар несколько мгновений смотрел на нее, потом повиновался. Непрочный мостик нарисовался на поверхности воды, и полуэльфийка ступила на него. Сеннар собирался последовать за ней.
— Ты остаешься здесь, — остановила его Ниал.
— Почему? Я заходил с тобой почти во все святилища.
— На этот раз ты не можешь следовать за мной. Меня ждет тот, кому я посвящена.
— Но… — попытался протестовать Сеннар. Ниал уже удалилась, и ее обволокли дымки, поднимающиеся над озером.
Маг сел на берегу и стал ждать не шевелясь. Значит, ее звал Шеврар.
Ниал шла, чувствуя, что подчиняется какому-то приказу, странно знакомому призыву, которому не могла противостоять. Талисман, спрятанный под жилетом, ясно указывал ей местонахождение святилища. Ниал почти чувствовала сверкание камня.
Посередине озера, на острове, она нашла любимого слугу Шеврара.
Ниал быстро оказалась рядом с вулканом. Она обошла остров и поначалу обнаружила повсюду только лаву. Никакого входа, который вел бы внутрь. Затем, всматриваясь, она увидела маленькую платформу, залитую лавой, но все же состоящую из твердой земли. Ниал подошла.
Перед ней, окруженная стеной пламени, находилась дверь, на которой огненными штрихами была сделана надпись: «Фларен». Место, где находился Флар, святилище Шеврара.
Ниал внезапно утратила ощущение безопасности. Она почувствовала, что огонь зовет ее, и ей стало страшно. Что он мог хотеть от нее? Она не знала этого бога, не любила его имя, которое было связано с битвами и разрушением. Она не хотела переступать огненный порог, но должна была сделать это. Она подошла к огненной двери, вошла в нее. На полпути остановилась в нерешительности. Огонь лизал ее тело, но не обжигал. Значит, это место принимало ее.
Ниал вошла. Перед ней был огромный круглый зал со стенами кровавого цвета, невероятно сияющими. Языки пламени тянулись колоннами к потолку, в глубине, на возвышении, на погребальном костре виднелся красный Фларен. Ниал казалось, что жара должна быть непереносимой, однако она ее не ощущала и чувствовала себя тут спокойно, как будто это было место, давно ей предназначенное. Она правильно сделала, не взяв с собой Сеннара, он бы не перенес такой жары и, может быть, не смог бы невредимым перешагнуть через порог.
Ниал пошла вперед, эхо ее шагов наполняло тишину.
— Рассен, Сирен тор Шеврар, — произнес голос.
Человек, облаченный в пламя, встал перед ней на колени.
Однажды с ней уже говорили на этом наречии, но она не поняла его. Теперь она понимала приветствие стража и ответила ему:
— Рассен тор сель, Фларен терпен, — и потом сама восхитилась произнесенными ею словами.
Страж поднял голову и посмотрел на нее, потом улыбнулся. Это был прекраснейший юноша, его глаза блестели, как угли, и даже его волосы были из пламени. Когда он снова заговорил, зазвучал уже язык Всплывшего Мира:
— Наконец-то ты пришла, Посвященная.
27
ФЛАРЕН, ИЛИ СУДЬБА
— Слуга Шеврара ты, правда? — спросила Ниал.
— Я тоже Посвященный, но не так, как ты. Ты всегда остаешься созданием этого мира. Я же — существо, созданное для управления этим местом, — ответил юноша.
Ниал вдруг почувствовала, как рассеивается волшебство, окутавшее ее, когда она ступила в святилище. Инстинктивно она захотела отступить от этого существа.
— Я здесь только из-за камня, а не как Посвященная, — сказала она.
— Ты здесь, Сирен, именно потому, что ты — Посвященная, — ответил юноша, снова улыбаясь.
Ниал вопросительно посмотрела на него.
— Когда твоя мать в отчаянии попросила мое божество, чтобы оно спасло тебя, Шеврар сделал тебя предназначенной, как я уже сказал.
— Я не знаю, кто такой Шеврар, — возразила Ниал. — Рейс рассказывала мне о нем, она сказала мне, что это — бог Войны. Я знаю только одно: поскольку я посвящена ему, я хорошо сражаюсь.
Юноша покачал головой:
— Он — не только бог Войны, Рейс плохо объяснила тебе. Будучи ослеплена своим гневом, Рейс видела в моем боге только разрушение, но он — не только огонь и война. Аэль тоже говорила тебе об этом, ты помнишь? Только другими словами. Тебе сказали, что Шеврар — начало и конец, смерть и жизнь. Такова его сущность, и в этой сущности заключается твоя миссия.
— Я посвящена ради своей миссии? Я думала, что мне нужно сражаться…
— Ты, как и другие, видишь только ненависть. Поэтому мир идет к гибели. На самом деле любое страдание порождает и радость, и у каждого конца есть начало. Когда, много лет назад, Тиранно захватил власть, один мудрец того времени произнес пророчество, которое и обратил на Тиранно, как проклятие. Он был последним из жрецов Шеврара, потому что уже тогда полуэльфы забывали своих богов, богов своих отцов эльфов. Мудрец сказал, что цель, которую преследует Тиранно, никогда не будет достигнута, потому что последний срок еще не пришел, и он — не в природе Шеврара. Поэтому одна Посвященная, полуэльфийка, своей рукой остановит святотатство. Эта Посвященная — ты, Сирен. — Страж замолчал.
— Какова же последняя цель Тиранно? — спустя мгновение спросила Ниал.
Флар покачал головой:
— Тебе еще не время знать об этом. Знай только, что он восстал против богов, в первую очередь против Шеврара, забыв о вечном ходе вещей.
Ниал молча застыла.
— Так что же я должна делать? Почему Шеврар спас только меня одну из всех полуэльфов?
— Для того, чтобы ты наконец пришла сюда и получила из моих рук Фларен, и при помощи его свергла Тиранно.
— Но почему именно я? — опять спросила удивленная Ниал.
Она почувствовала, как тень судьбы распростерлась над ней, тень смерти и мести, от которой она долго пыталась бежать.
— Потому что твоя мать молила за тебя.
— Значит, моя жизнь — вся здесь? Это — тот ответ, который я искала?
Юноша встал и посмотрел ей в глаза. Его взгляд был бесконечно мудрым и снисходительным.
— Когда ты была спасена кровью своей матери и своего отца, боги, и в первую очередь Шеврар, хотели дать твоим существованием надежду этому больному миру. Твоя миссия — надежда на новую эру, надежда на мир.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
